В начале было... - Владислав Владимирович

Первый, в который она зашла, оказался совсем недоделанным, только первый этаж был пригоден для жилья. Во втором, за забором оказался крупный пёс, и она не рискнула заходить внутрь, третий тоже не порадовал. Полностью готовым оказался большой особняк в центре, на 8 жилых комнат, с двумя ванными комнатами и просторным подвалом, в центре которого стоял бильярдный стол.

Решив на этом не останавливаться, Татьяна продолжила осмотр, дом за домом, отмечая подходящие, тем временем, обдумывая все, что произошло, анализируя свои эмоции, чувства и поведение. Она четко давала себе отчёт в том, почему так вела себя с этим мужчиной, да, она рассчитывала его затащить в койку, чтобы привязать его к себе, чтобы он даже в знак благодарности о ней заботился. Чувствовалось в нем что-то такое, надёжное. Поэтому Светка и вцепилась в него, как клещ. Да и Наташка не лучше, тоже, вон ночью, вообще к нему под одеяло залезла. Но в то, что между ними ничего не было, поверила сразу. Вика ещё, тоже тёмная лошадка, себе на уме. Да, при всей своей показушной напыщенности и блондинистости, Татьяна обладала на редкость, острой прозорливостью. Да и ум тоже, не так просто замаскировать, но последние годы, у нее это прекрасно получалось.

Так, переходя от дома к дому и рассуждая, решила, что хватит здесь жилья нормального, сотни на полторы человек, поэтому, прыгнув в свой шикарный автомобиль, помчалась обратно, к дому Сергея.

Вика ещё не вернулась, очевидно, разыскивая те самые генераторы, Наталья, процеживала молоко, а Светлана, сидела уткнувшись в кружку с кофе. Войдя в дом, Таня как раз услышала самую интересную часть их разговора.

— … понимаешь, мы же женщины, сами по себе такие, вроде и строим из себя сильных и независимых, а по факту, хочется, чтобы мужик рядом был сильный. А когда нет сильного, то хоть какой-то, нам так спокойнее. А Серёга всегда был надёжным и безотказным, как автомат Калашникова. Я сколько лет его знаю, он никогда не жаловался, не плакался. Да, он иногда рассказывал кое-что о происходящем, но не жаловался. Иногда придет на работу уставший, спрашиваешь, что случилось? А он рукой махнет, ребенок заболел, ночь не спал. И всё. Я смотрю, он себя не жалеет, и ждёт того же от окружающих. Вот и сейчас, мы остались одни, а рядом только он и Денис. Но Денис молодой ещё, не чувствуется в нем вот этого, что есть в Серёге, поэтому тебя так и тянет его потискать. Я вот тоже, вроде замужем, а хочется сейчас, чтобы Серёга под боком был, и в прямом и в переносном смысле. Я вот, Вовку своего люблю, и даже то, что сегодня к Серёге под одеяло залезла погреться, воспринимаю, как измену мужу. А вот ща стою, и думаю, а если бы вместо Серёги, был бы мой Вовка, и рядом была бы только какая-то знакомая, и также залезла бы к нему, чтобы прижаться к кому-то знакомому, я даже обвинить их не смогла бы… А ты, просто молодая ещё, более эмоциональная, да ещё и день вчерашний, вот и прорвало на слезы и обнимашки. А Серёга, мало того, что ничего против не скажет и поддержит, но и обвинять не будет. Да и в постель никого не потащит, потому что верный, до чёртиков. Думается мне, что пока не убедится, что жена не вернётся, ни к одной бабе не прикоснется.

— Интересные у вас тут разговоры. И знаешь, соглашусь с тобой целиком и полностью. — Татьяна поставила на плиту чайник, и пододвинув к столу табуретку, присела. — Я вот его сегодня прощупать пыталась, так сказать, а он меня отшил, да так, что даже обидеться не получилось. Так что да, согласна с тобой. И на счёт эмоций, что на стрессе все воспринимается по-другому. — женщины молчали, каждая думая о чем-то своем, пока Татьяна опять не нарушила молчание. — Так, девочки, я нам несколько домов нашла, собирайтесь, надо переселяться. Да и мужикам нашим немного вещей на смену взять. Предлагаю, в первую очередь, перевезти Свету и детей, оставив их в доме, потом вернусь за тобой, Наташа, и за Викой, главное теперь ее дождаться. Как вам такой вариант?

— Согласна, давай Светик, иди, собирай детей, а я пока шмотки соберу на Серёгу.

Время летело стремительно, пока перевезли детей, пока все разместились, Наталья, на пару с Викой перегоняли стадо коз, пока Татьяна носилась по округе, собирая в подвале дома крупы, консервы, копчёности и соленья, все то, что может лежать долго, рассортировывая по срокам годности. Работа кипела, женщины суетились, как могли, исчезли разговоры ни о чем, все стали предельно собраны и сосредоточены. Даже Андрей с Артёмом помогали носить продукты.

Только после обеда, ближе к вечеру, суета стала стихать. Татьяна, вытащив последние продукты, устало плюхнулись на стул, за огромный обеденный стол, стоящий посреди зала, в облюбованном ими доме.

— Всё, девочки, не могу больше, сил нет. — Закрыла глаза, посидев немного в тишине. Потом вытащила из огромного, застекленного посудного шкафа три фужера, а из холодильника бутылку вина, ловко откупорила и разлила по бокалам, пододвигая их по очереди, сначала Наталье, потом Вике, последний взяла сама.

— А мне? — тихо осведомилась Светлана.

— Я подумала, ты не будешь, просто тебе утром плохо было. Но если хочешь, не вопрос — с этими словами пододвигая свой бокал миниатюрной блондинке, а себе взяв новый и наполнив его. — Хорошее вино, испанское. Что-то наших мальчиков давно нет, я уже переживать начинаю.

— Быстро они стали "нашими", обрати внимание. Да и слово мальчики, применимо, пожалуй, больше к Денису, ему 22, а Сергей мужик. Кстати, а сколько ему? 32–33? А, Натах? — обратилась Вика, смакуя вино.

— 39, в этом году сорок. В августе будет.

— Ого! Такой старый? Я думала, он моложе! Особенно после того, как в душе его хорошо рассмотрела. — Задумчиво отозвалась Светлана.

— Глупая, мужик в самом соку! Он уже не молодой и горячий, не кидается на женщину, со своим удавом наперевес, такие как он, действуют обстоятельнее, с ласками предварительными, не спешат, наслаждаются процессом, стараясь доставить больше удовольствия женщине, нежели получить самому. Они, как хорошее, выдержанное вино, их надо уметь испить…

— Бля, я аж чуть не потекла, от такого изложения! Ну, Танька, ну даёшь! А у меня всего двое было мужчин, муж, и один парень, почти четыре года назад, а