Архипелаг раздора - Маргарита Вольная

— Помнишь тот день, когда мы с тобой столкнулись на берегу? Вот там и загораю.

— Но это было ночью…

— А до неё были вечер и солнце.

Он достал новую рубашку и стал степенно одеваться, не спуская глаз с девушки.

— А мы все думали, ты не умеешь отдыхать, — вздохнула та и отвернулась, будто потеряла интерес.

— Всем нужен отдых, а мне — особенно.

— Почему?

— Потому что у меня слишком много разнообразных дел.

— И посиделки с королевой?

— Какие посиделки?

— Ты часто приходишь к ней в покои.

Виктор замер и даже перестал шуршать одеждой.

— Можно я спрошу? — осторожно поинтересовалась принцесса, всё ещё не решаясь повернуться.

— Не стоит.

— Ты даже не знаешь…

— Знаю. Всех вас интересует, что между мной и королевой.

Он оказался совсем рядом, и тихий голос прошептал над ухом:

— Ты хочешь знать правду?

— Хочу.

— Что ж… — он помедлил, а затем развернул её к себе. — Вот единственная правда: никого из вас это не касается. Идём! Я покажу тебе орден!

Виктор отошёл от Марианны так же быстро и неожиданно, как и приблизился. Девушка следила за его порывистыми движениями, уверенными, отточенными, и ей хотелось пойти следом, но она приковано стояла у окна.

— Тебе не интересно? — он задержался в дверях и поправил плащ — последний штрих. — Я готов открыть тебе наши тайны, а ты собираешься дуться?

— Дуться?! Да кто тут дуется! — очнулась принцесса и пролетела мимо него в коридор.

В старом дворце пахло, как в детстве: засохшей известью и свежим морским воздухом. Каменные стены всё так же дышали стариной, полы отшлифовались ещё больше и теперь в них отражалось ослепительное солнце. Под высоким потолком висели лампы из лазурного стекла, раньше их каждый вечер зажигали слуги с лестницами, а теперь Марианна не знала, осталась ли там хоть капля масла.

— Сейчас мы в северном крыле. Сюда обычно захожу только я, — произнес Виктор, уверенно шагая к широкой винтовой лестнице.

— А где стража?

— Ты что, не слушала меня?

— Так тебе и кинжал не поможет.

— У меня есть кое-что получше, — загадочно улыбнулся мужчина и, когда достиг должного эффекта — девушка ловила его взгляд, — продолжил. — Внизу я устроил столовую, не хочешь перекусить?

— Я поела.

— А я жутко голоден!

— Ты специально тянешь время?

— А куда нам торопиться?

— А как же ученики? Они проснутся, начнут заниматься и увидят меня.

— Сегодня мы не выйдем из северного крыла, можешь быть спокойна.

— Значит, ты не собираешься показывать мне орден?!

Марианна остановилась на пару ступенек выше него, но Виктор продолжил спуск и будто не заметил, что за ним никто не идёт.

— А вот и столовая. Завтрак ещё не готов, но осталась вчерашняя рыба. Хочешь?

Он протянул ей сушеную золотистую полоску, убеждаясь, что принцесса всё-таки здесь.

— Я хочу посмотреть орден, — упрямо заявила та.

— Ты его уже смотришь. И даже больше — ты там, куда даже адепты не заходят.

— Это не то.

— А что ты ожидала увидеть? Сидящих на цепи огнедышащих драконов? — засмеялся он.

— Это просто дворец.

— Да, просто дворец. И просто орден.

Девушка залезла на высокий деревянный стул с мощными ножками и скучающе подперла рукой щёку.

— Я думала ты проведешь меня по библиотеке, покажешь, где проходят занятия, может быть даже познакомишь с кем-нибудь, продемонстрируешь свои силы…

— Чтобы на следующий день встретиться с палачом?

— Королева не будет рубить голову главе ордена Асха. Это уж слишком. Даже для неё.

— Кто знает… — уклончиво ответил Виктор. — Хорошо, чтобы окончательно тебя не разочаровать, давай я расскажу о том, что мы нашли в сундуке с папирусами.

Он сел рядом с принцессой, положил в пустую тарелку рыбу, овощи, плеснул в бокал воды из узкого графина и принялся рассказывать:

— Давным-давно жил на этом свете пастух Асх. Самый обычный, из самой обычной деревеньки.

— Это и есть тайные знания из сундука? — перебила Марианна, разочаровано сведя брови.

— И был у него конь, — с нажимом продолжил мужчина.

— Тоже самый обычный?

— Совершенно! Если ты и дальше продолжишь так же внимательно слушать, я попрошу тебя уйти.

Марианна закусила губу и смущённо опустила взгляд.

— У Асха был конь, догнать которого никто не мог — ни волки, ни псы. Когда люди заметили это, то решили — почему бы не украсть дивное животное? И однажды утром пастух проснулся и понял, что теперь ему придётся собирать стадо одному. Прошло время, он раздобыл себе мула и однажды на рынке увидел своего коня — заморенного, почти погибшего. Тогда он понял — выкинули беднягу, когда осознали, что тот — совершенно обычный. У Асха не было денег, он не мог выкупить животное, и пришлось пройти мимо. Но завистливые взгляды вновь обратились на Асха — его мула точно так же никто не мог догнать. И тогда украли уже самого пастуха. Пришли ночью, засунули в мешок и уволокли на тележке.

— Он что, не мог дать отпор? — возмутилась девушка, но мужчина поднял руку, и она замолчала.

— Утром его вытащили и посадили на старую клячу, но та не показала никаких чудес. Асх спросил у людей, чего они хотят? Те взмолились и пообещали золотые горы, если он расскажет свою тайну — почему одни животные под ним летят быстрее ветра, а другие — нет. Пастух согласился, но предупредил, что поведает о своём уменье лишь избранным, тем, кого сам выберет и посвятит в ученики. Жители провозгласили его великим, основали в его честь орден, а самые богатые постарались отправить к нему своих детей. Со временем Асх стал выгонять слабых и злых и, конечно, среди них оказались отпрыски могучих семейств. Родители не вынесли подобного обращения и вскоре сожгли орден. Вместе с главой и учениками.

— Хочешь сказать — это правдивая история об Асхе?

— Да.

— А всё остальное — выдумано?

— Может и не выдумано, но приукрашено точно!

— Если Асх погиб, кто тогда написал этот папирус?

— Его ученик.

— Но ты сказал, что все ученики тоже погибли.

— Почти все, — улыбнулся Виктор. — Одному удалось уцелеть. Именно он записал эту историю и ещё много чего полезного: скажем так, то, чему он сам успел научиться.

— Значит, остальные папирусы…

— Содержат чистую теорию!

— Теорию чего?

— Теорию того, как обуздать силу, которая позволит старой кобыле мчаться быстрее ветра.

— И ты её обуздал? — Глаза девушки горели нетерпением.

— И не только я.

— Покажи! — Она вскочила и готова была идти за ним, куда угодно.

— Я вообще-то завтракаю.

— Виктор!

Принцесса скулила, крутилась вокруг него, но не решалась коснуться. Она бы