Университет удавов - Елена Викторовна Силкина

Лаки открыто взглянул честными-пречестными глазами.

– А как я могу об этом знать? И порталы, и Храм Всех Богов курируют драконы, только они и могут ответить на этот вопрос, о великий вождь.

Каньядап переглянулся с женой и величественно кивнул. Они оба не очень-то поверили человеку, но придраться было не к чему.

Лаки победно улыбнулся, и старый наг слегка прищурился.

– Ещё мне сообщили, что ты желаешь поговорить о моей дочери. Это так?

– Так, великий вождь. Мне нравится Бьяринка, и я хочу взять её в жёны. Я говорил с ней об этом, она согласна. Я женюсь на ней по обряду шеххарскому и человеческому, по всем существующим законам, перед лицом богов, шеххаров и людей, всё, как полагается.

Шиасса еле заметно улыбнулась. В кои-то веки человек вспомнил, как они сами называют себя, а то всё – наги да наги.

Лаки перевёл дыхание, набрал новую порцию воздуха в грудь, вдохновенно взмахнул рукой и продолжил.

– И, поскольку отныне народ Эсса-Шио станет и моим народом, я клянусь защищать его всеми силами, делать всё, чтобы он жил мирно и благополучно, процветал, приумножался и продолжался в веках! Я давно уже поклялся в вечной дружбе с шеххарами, а ныне намерен скрепить её дополнительно, самым надёжным образом – браком!

Шиасса отодвинулась к спинке трона вплотную, спряталась за мужем и вжала лицо в его спину, чтобы не хихикать вслух. Пафоса-то, пафоса-то сколько! Вот же… человек!

Возле входа перешёптывались двое старых нагов.

– Дурят нашего брата. Ой, дурят!

У Лаки даже плечи задрожали, так захотелось расхохотаться. Высоко оценили змеи его умственные способности, даже лестно. В какой-то мере.

– Ладно тебе. Наш брат умный и хитрый, небось, не обдурят.

Этот диалог, кажется, услышали все.

И тут из толпы выдвинулся наг, на удивление, полностью белый, как вождь, но не старый и не альбинос. Он зашипел чуть ли не в лицо Лаки.

– Человек! Не давай напрасных обещаний, которые не сможешь исполнить! Ты кто? Дракон? Ты всего лишь человек, рядовой служащий, обычный инспектор! У тебя нет никакой власти! Как ты собрался защищать целый народ?

Лаки усмехнулся. Не давать напрасных обещаний? Щаззз! Не обманешь – не продашь, то есть, не заполучишь то, что хочешь.

Каньядап откровенно нахмурился.

– Хешкери, твоя очередь говорить ещё придёт.

Вождь неторопливо обвёл зал нечитаемым взором.

– Кто имеет сказать что-либо против брака моей дочери с человеком по имени Лаки Вармэн?

Белый наг не унимался.

– Я имею! Чем отдавать Бьяринку в чужое и чуждое общество, где ей придётся несладко, лучше отдайте её мне!

Старый вождь усмехнулся.

– Хешкери, тебе, похоже, рано жениться, ты не научился считаться с мнением женщины. Ты не спросил согласия моей дочери, а вот он спросил. Моя дочь сама выбрала свою судьбу и давно. Позовите её.

Лаки напрягся.

Двое старых нагов по знаку вождя выскользнули из зала.

Все смолкли и застыли в ожидании, словно величественные статуи. Только кончики перьев и края узорных накидок колыхались от лёгкого сквозняка

***

Изящная змейка скользнула от входа к трону и во мгновение ока пролетела это расстояние. Вождь наклонился, поймал дочь в объятия и мягко заговорил.

– Ринка, вот перед нами стоит человек, о котором ты с детства мечтала. Не смущайся, я видел, как ты на него смотрела. Он просит твоей руки и обещает защищать нас изо всех сил. Он утверждает, что говорил с тобой, и ты согласилась выйти за него замуж. Это так?

У Бьяринки слёзы хлынули градом, и она сама того не заметила.

– Отец! Выслушай меня, прошу! Я действительно мечтала о нём, признаю! Я люблю его! И он, в самом деле, просил меня выйти за него замуж! Но я больше этого не хочу! Ему нужна не я, а моё приданое! Он твердит о каких-то обязательных человеческих обычаях и требует часть нашей земли, которой и так не хватает для народа!

Каньядап строго взглянул на Лаки.

– Я ведь дал согласие жениться по всем законам, шеххарским и человеческим! – зачастил тот. – А в числе обязательных человеческих законов входит приданое невесты! Я согласен на какой-нибудь кусок ненужной скалы! Я всего лишь хочу построить для меня и моей жены достойный дом! Драконье гнездо! Это моя давняя мечта!

Каньядап коротко взглянул на Шиассу. Она не подала никакого знака, пока что наблюдала и размышляла. Присматривалась к дочери, разглядывала возбуждённо машущего руками Лаки, бешено шипящего Хешкери.

Лаки беспокоил её более всего.

Человек походил на кота, что всегда извернётся и упадёт на ноги. Эту бы силу да в мирное русло, на пользу всем, а не только ему одному. А то он ведь явный хищник-одиночка, он гребёт всё только под себя и он ненасытен, по глазам сразу видно. Но Ринке нужен именно он…

Старому вождю надоели разные проволочки.

– Дочь, этот человек обязался нас защищать, всех шеххаров. Понимаешь? Я ведь могу и приказать тебе. Он же тебе нужен, ты столько времени мечтала о нём. Так какая разница, какой ценой? Он получит то, что хочет, и будет обязан заботиться о тебе, а ты, наконец, получишь его. Ну?

Бьяринка зарыдала в голос.

– Нет! Я больше не хочу его! Он меня не любит! Он хочет не меня, а нашу землю!

Шиасса посмотрела на белого нага. Ободрённый этим взглядом, тот снова выдвинулся вперёд.

– Ты заявил, что женишься по всем шеххарским обрядам. Не испугаешься? Надрежешь себе руку без единого звука боли и окропишь своей кровью священную статую Пернатого Змея?

– Не испугаюсь, – вызывающе ответил Лаки.

– Тогда я напомню о другом шеххарском обычае! Женщина за женщину! Пусть мне взамен отдадут блондинку!

Хешкери демонстративно, медленно, со вкусом облизнул свои полные, яркие губы раздвоенным языком. И с удовольствием полюбовался, как Лаки тщетно пытается скрыть дрожь отвращения.

– Она уже просватана! – воскликнул он. – За лорда-дракона!

Врёт, поняла Шиасса. На что дракону бескрылая человечка?

– Значит, ты даёшь согласие, великий вождь?

Довольный Лаки уже протянул руку к Бьяринке. Змейка в