Евгений Онегин. Роман с разбором психолога и литературоведа - Александр Сергеевич Пушкин

Поступком оскорбясь таким,

Все дружбу прекратили с ним.

«Сосед наш неуч; сумасбродит;

Он фармазон; он пьет одно

Стаканом красное вино;

Он дамам к ручке не подходит;

Все да да нет; не скажет да-с

Иль нет-с». Таков был общий глас.

Комментарий литературоведа

Глава вторая

Вторую главу Пушкин начинает почти сразу после первой, в 1823 году, а заканчивает в начале 1824 года, все еще пребывая в Южной ссылке. Время действия главы: лето 1820 года. Онегину около 25 лет, Ленскому и Татьяне – по 17, а Ольге – 16.

О rus!..

Пушкин здесь (и вообще довольно часто) использует цитату, чтобы вызвать у читателя определенные ожидания, которые потом не оправдаются. Так создается, например, иронический эффект – как в этом случае: популярный в литературе того времени идиллический образ деревни не соответствует реальному русскому.

I. Приют задумчивых дриад.

Дриады – античные лесные духи в женском облике, нимфы деревьев.

II. Почтенный замок был построен…

Отсылка к произведениям англичан Метьюрина, Байрона и пр., с помощью которой Пушкин задает ожидания авантюрного романа с закрученным сюжетом. Как вы уже догадались, они не оправдаются.

III. И календарь осьмого года…

Имеется в виду не просто календарь с датами, а справочник со всеми чинами Российской империи – незаменимый в то время помощник при подаче обращений в государственные инстанции.

IV. Сперва задумал наш Евгений

Порядок новый учредить.

Во времена Пушкина крепостные крестьяне практически находились в рабстве у помещиков. Под барщиной подразумевался принудительный труд, все результаты которого принадлежали барину. Чтобы получать больше денег, помещики увеличивали поборы с крестьян, не заботясь об улучшении их положения. Оброком называлась облегченная форма зависимости (трудовыми днями или продуктами труда), предполагающая некоторое самоуправление и возможность крестьянам самим улучшать свою жизнь. Онегин тут выступает как либерал и своего рода белая ворона.

V. Он фармазон; он пьет одно…

Фармазон – форма слова «франкмасон» (член масонской ложи – тайного общества, чьими приоритетами были благотворительность и нравственность, по крайней мере на словах). Ругательство, которым называли вольнодумцев.

V. Все да да нет; не скажет да-с

Иль нет-с.

«Да-с» и «нет-с» – смягченная форма ответов в светском этикете. «Да» и «нет» – резкая, демонстрирующая отказ от условностей света.

Комментарий психолога

Почему Онегин не хочет ни с кем общаться в деревне

Сам Онегин объясняет нежелание выстраивать дружбу с соседями их недостаточной образованностью. Неумение получить удовольствие от общения с людьми, которые от тебя отличаются, – одна из особенностей нарциссического характера. Нарциссические родители не получают удовольствия от общения с реальным ребенком – таким, какой он есть: маленький, неопытный, неумелый, часто характерологически иной. Поощряется только то, что родителям знакомо и ощущается ими как правильное.

Аналогичный подход выросший ребенок будет использовать по отношению к окружающему миру. У него нет опыта, что другой, непохожий на него человек из совсем другого мира может обогатить и наполнить общение новыми, непривычными смыслами.

Даже Ленский, с которым Онегин сходится как с наиболее похожим на себя, становится предметом его насмешек, как только из такого же холостяка, как Евгений, превращается в жениха, а скоро станет мужем и отцом.

Другая причина, по которой Онегин избегает соседей, – это зависть. В деревне его окружают люди, довольные своей жизнью. Большие семьи, знатные хозяйства, многолетняя дружба, супружеская любовь – у них всех есть то, чего у Онегина никогда не было. Человеку, лишенному семьи и родительской заботы, мучительно наблюдать за тем, как другие спокойно растят детей, ласково и внимательно общаются друг с другом, ходят к соседям в гости и на праздники. Проще счесть их недостаточно образованными и интеллектуальными, недостойными общения, чем встречаться со своей болью и брошенностью.

VI

В свою деревню в ту же пору

Помещик новый прискакал

И столь же строгому разбору

В соседстве повод подавал:

По имени Владимир Ленский,

С душою прямо геттингенской,

Красавец, в полном цвете лет,

Поклонник Канта и поэт.

Он из Германии туманной

Привез учености плоды:

Вольнолюбивые мечты,

Дух пылкий и довольно странный,

Всегда восторженную речь

И кудри черные до плеч.

VII

От хладного разврата света

Еще увянуть не успев,

Его душа была согрета

Приветом друга, лаской дев;

Он сердцем милый был невежда,

Его лелеяла надежда,

И мира новый блеск и шум

Еще пленяли юный ум.

Он забавлял мечтою сладкой

Сомненья сердца своего;

Цель жизни нашей для него

Была заманчивой загадкой,

Над ней он голову ломал

И чудеса подозревал.

Комментарий литературоведа

VI. С душою прямо геттингенской…

Геттингенский университет в Германии был самым либеральным в Европе во времена Пушкина. Его выпускники считались свободолюбцами. Среди них были любимый лицейский преподаватель Пушкина Александр Куницын, друг поэта и один из лидеров декабристов Николай Тургенев, уже ранее упомянутый Каверин.

VI. Поклонник Канта и поэт.

Иммануил Кант – немецкий философ, автор «Критики чистого разума» и «Критики практического разума», один из основоположников идеалистической философии, приверженец идеи связи разума и морали. Сам Пушкин знал Канта только в пересказах.

VI. Он из Германии туманной…

Намек на немецкий романтизм с его характерными образами.

VII. От хладного разврата света

Еще увянуть не успев…

Ленский противопоставляется здесь Онегину, и Пушкин придает ему свои юношеские черты.

VIII

Он верил, что душа родная

Соединиться с ним должна,

Что, безотрадно изнывая,

Его вседневно ждет она;

Он верил, что друзья готовы

За честь его приять оковы,

И что не дрогнет их рука

Разбить сосуд клеветника;

Что есть избранные судьбами,

Людей священные друзья;

Что их бессмертная семья

Неотразимыми лучами

Когда-нибудь нас озарит

И мир блаженством одарит.

IX

Негодованье, сожаленье,

Ко благу чистая любовь

И славы сладкое мученье

В нем рано волновали кровь.

Он с лирой странствовал на свете;

Под небом Шиллера и Гете

Их поэтическим огнем

Душа воспламенилась в нем;

И муз возвышенных искусства,

Счастливец, он не постыдил:

Он в песнях гордо сохранил

Всегда возвышенные чувства,

Порывы девственной мечты

И прелесть важной простоты.

X

Он пел любовь, любви послушный,

И песнь его была ясна,

Как мысли девы простодушной,

Как сон младенца, как луна

В пустынях неба безмятежных,

Богиня тайн и вздохов нежных.

Он пел разлуку и печаль,

И нечто, и туманну даль,

И романтические розы;

Он пел те дальные страны,

Где долго в лоно тишины

Лились его живые слезы;

Он пел поблеклый жизни цвет

Без малого в осьмнадцать лет.

XI

В пустыне, где один Евгений

Мог оценить его дары,

Господ соседственных селений

Ему не нравились пиры;

Бежал он их беседы шумной.

Их разговор благоразумный

О сенокосе, о вине,

О псарне, о своей родне,

Конечно, не блистал ни чувством,

Ни поэтическим