Миссия Бога - Кристофер Райт

создано. Но одного лишь обращения к Книге Бытия и подтверждения великой истины о нашем мире недостаточно. Мы не можем чувствовать себя в безопасности за рулем, если наш обзор ограничен лишь зеркалом заднего вида. Нам необходимо знать, что ждет нас впереди. Подобным образом Библия учит дорожить землей, не только потому, что «мы вышли из нее» (важнее, благодаря кому мы вышли из нее), но также потому, что это наш пункт назначения. Иными словами, мы нуждаемся в эсхатологическом основании для формирования нашей экологической этики и миссии.

Одно из наиболее подходящих мест по данной теме – Книга пророка Исаии, и многое из того, что сказано в Новом Завете, лишь расширяет великое вселенское видение Исаии в свете Иисуса Христа. Мы можем начать с величественного видения Ис. 11, 1–9, в котором справедливое правление мессианского царя приведет к гармонии и шалому в творении. Подобным образом возвращение искупленных на Сион в Ис. 35 будет сопровождаться преобразованиями в творении. Однако кульминация ветхозаветного эсхатологического видения творения находится в Ис. 65–66. Выражение: «Ибо вот, Я творю новое небо и новую землю» (Ис. 65, 17) служит введением прекрасного отрывка, который следует прочитать полностью:

Ибо вот, Я творю

новое небо и новую землю,

и прежние уже не будут воспоминаемы

и не придут на сердце.

А вы будете веселиться и радоваться вовеки

о том, что Я творю:

ибо вот, Я творю Иерусалим веселием

и народ его радостью.

И буду радоваться о Иерусалиме

и веселиться о народе Моем;

и не услышится в нем более голос плача

и голос вопля.

Там не будет более

малолетнего и старца,

который не достигал бы полноты дней своих;

ибо столетний

будет умирать юношею,

но столетний грешник будет проклинаем.

И будут строить домы и жить в них,

и насаждать виноградники и есть плоды их.

Не будут строить, чтобы другой жил,

не будут насаждать, чтобы другой ел;

ибо дни народа Моего будут,

как дни дерева,

и избранные Мои долго будут пользоваться

изделием рук своих.

Не будут трудиться напрасно

и рождать детей на горе;

ибо будут семенем, благословенным от Господа,

и потомки их с ними.

И будет, прежде нежели они воззовут, Я отвечу;

они еще будут говорить, и Я уже услышу.

Волк и ягненок будут пастись вместе,

и лев, как вол, будет есть солому,

а для змея прах будет пищею:

они не будут причинять зла и вреда

на всей святой горе Моей,

говорит Господь (Ис. 65, 17–25).

Это вдохновляющее видение изображает Божье новое творение радостным местом, свободным от печали, слез, исполненным жизни и приятного труда, свободным от проклятия разочаровывающей работы и с безопасным природным окружением! Это видение оттесняет большинство мечтаний движения Новый век в тень.

Этот и другие похожие отрывки служат ветхозаветным основанием новозаветной надежды, которая заключается не в отрицании земли и не представляет нас улетающими в какое-то другое место. Вместо этого она сосредотачивается на ожидании нового искупленного творения (Рим. 8, 18–21), в котором будут обитать праведные после очистительного суда (2 Пет. 3, 10–13), потому что сам Бог будет обитать там со своим народом (Откр. 21, 1–4).

Это эсхатологические видение о судьбе творения в целом довольно позитивное и должно уравновешиваться общим библейским представлением о грядущем огненном уничтожении настоящего мироустройства, как об этом, к примеру, пишет Петр: «Придет же день Господень, как тать ночью, и тогда небеса с шумом прейдут, стихии же, разгоревшись, разрушатся, земля и все дела на ней сгорят» (2 Пет. 3, 10).

В конце 2 Пет. 3, 10 я предпочитаю текстологическое разночтение, согласно которому земля «будет узнана» вместо «будет сожжена», чему следуют некоторые английские переводы. Мне также представляется убедительным толкование, предложенное Бокэмом, что земля будет «узнана», то есть обнажена и разоблачена (ср. NIV) пред Божьим судом, так что нечестивые и все их дела более не смогут скрываться или найти убежище.[342] Цель сожжения, описанного в данных стихах, – не разрушение космоса как такового, а его очищение и новое сотворение. Такое представление хорошо вписывается в предыдущую картину суда во время потопа в 2 Пет. 3, 6–7, что служит историческим прецедентом последнего суда. «Потому тогдашний мир погиб, быв потоплен водою. А нынешние небеса и земля, содержимые тем же Словом, сберегаются огню на день суда и погибели нечестивых человеков».

Греховный мир погиб в водах потопа, но мир как Божье творение был сохранен. Таким же образом мир всякого зла и порока в творении будет уничтожен Богом во время последнего суда, но само творение будет обновлено и станет местом, где поселится Бог с искупленным человечеством.

Павел говорит о том же, сравнивая будущее творение с нашими будущими телами в Рим. 8. Есть нечто общее и вместе с тем отличное в творении настоящего и будущего, как и в наших нынешних телах и будущих после воскресения. Так было и с Иисусом, который воскрес в теле и стал первенцем всего нового творения. Наше настоящее тело подвержено тлению и превращается в прах. Но воскресшее тело, которое, конечно же, – «новое творение» (в этом смысле отличное), останется поистине моим, принадлежащим той личности, которая сотворена и искуплена Богом (в этом смысле общее). Поэтому огненный последний суд и окончательное уничтожение нашей вселенной в действительности означает восстановление и обновление, что всегда было извечной целью Бога.

Эта славная библейская надежда весьма важна для формирования экологической этики. И это не просто напоминание о сотворении, но ожидание нового творения. Таким образом, наша мотивация имеет двойную силу (своего рода «двухтактный» эффект). Это ожидаемая цель. Безусловно, только Бог может в конечном итоге достичь ее; но, как и в случае с другими аспектами библейской эсхатологии, то, что мы ожидаем от Бога, влияет на наш нынешний образ жизни и цели.

Роль апокалиптики и пророчеств в Библии не только предрекать будущее, но также поощрять и утверждать нравственное изменение и послушание в настоящем. Физический и эсхатологический характер библейских видений искупления дает надежду, что восстановление экологической гармонии на самом деле возможно. Это не устраняет нужности социальных и нравственных усилий в ответ на экологический кризис, но скорее утверждает, что человеческие сообщества, стремящиеся почитать Бога и отображать его справедливость, также принесут плоды справедливости и правосудия в человеческий нравственный