«Агдан. Не стены, а паруса!" - Сергей Саут

Как бы нам с вами здесь крайними не стать? Поэтому надо хорошенько все обдумать. Все наши действия и даже бездействия!

Пауза. Господин Квак все-таки похоже взял себя в руки, по крайней мере внешне он успокоился, и произнес.

— Да, возможно, что в чем-то вы и правы госпожа НаБом. Но все равно, я этого оскорбления так просто так не оставлю. Это просто непомерная наглость и на нее должен быть адекватный ответ.

А иначе что? В следующий, раз не встречая отпора они могут и что-то и другое показать, более похабное.

Чиновник задумался, и после паузы добавляет.

— Госпожа НаБом, я знаю у вас есть контакты начальника Анянской полиции, наберите его, я с ним хочу поговорить по теме оскорбление человека при исполнении им своих должностных обязанностей неустановленными пока лицами.

Пожав плечами, НаБом достает телефон и совершает с ним нужные манипуляции, тем временем господин Квак ходит по кабинету в ожидании, и наконец он дождался.

— Господин Сон СиБак, добрый день.

Это НаБом, Анянская тюрьма.

Да, по какому поводу еще я могу вам звонить, конечно же, как вы выразилась, по не совсем законному лагерю между прочим на нашей с вами подведомственной территории.

Что там еще такого произошло спрашиваете?

Господин СиБак, давайте я сейчас передам трубку господину Кваку ЮнГи, он только что побывал в этом лагере и пообщался там с главными протестующими.

Господин ЮнГи заместитель заместителя министра юстиции по пенитенциарным учреждениям, он как раз сегодня специально прибыл из Сеула и именно поэтому вопросу.

Да, именно он сегодня рано утром и заезжал в ваш отдел полиции, но вас увы тогда не застал.

Да, да, хорошо, все я передаю ему трубку!

НаБом передает трубку, и с интересом вслушивается в разговор приезжего начальника с хитромудрым СиБаком, начальником Анянской полиции.

Хоть она и не слышит ответов от главного полицейского Аняна, но вот о чем идет в этом интересном разговоре речь ей в целом вполне понятно по репликам и ответам самого ЮнГи.

После краткого представления, ЮнГи сначала требует немедленно разогнать лагерь перед стенами тюрьмы и задержать всех протестующих для выяснений их личностей.

Услышав же в ответ от СиБака, что у него и свое начальство есть, которое уже в курсе этой проблемы, и занимается ее решением. Ну, а он пока ждет команды от руководства и подкреплений.

На вопрос господина ЮнГи Зачем ему подкрепления, следует вполне обоснованный ответ от полицейского начальства Аньяна.

Неужели господин ЮнГи не видел количество протестующих под стенами тюрьмы, которые кстати, по-прежнему еще прибывают и прибывают?

А если видел, то зачем задает такие… странные вопросы?

Сил у полиции сейчас просто не хватит для каких-либо решительных действий, ни по закрытию этого лагеря, ни по задержанию этих протестующих, по крайней мере пока.

Да, есть специальные подразделения полиции что базируются в Сеуле которые специализируются на разгоне демонстрантов, но вот что-то пока руководство полиции не спешит направлять их сюда, ну а причину этого ему увы не сообщили. Но если господин ЮнГи настолько влиятельный и уважаемый чиновник то может выяснить эту причину сам? А после выяснения любезно поделится и с ним.

Поэтому сейчас полиция ждет команд.

Вы предлагаете просто пойти и предложить протестующим разойтись по домам или гостиницам и забрать при этом все свое имущество?

Вы думаете господин ЮнГи, что они прямо все так и послушают меня?

Конечно не послушают, тем более это уже предлагалось им и не раз, у нас уже третий день противостояния с ними если вы вдруг не в курсе.

Говорите, что нам надо показать всю силу и мощь полиции Кореи? Это какую ещё такую мощь и силу?

Нет, что-то вы непонятное мне предлагаете господин ЮнГи.

Если понятное, то сами можете пойти и разогнать всех этих протестующих по домам, можете даже действовать от имени нашей городской полиции.

Да, я вам делегирую права на это как официальное лицо полиции и как лицо ответственное в том числе и за территорию вокруг тюрьмы Анян.

Каждый должен заниматься своим делом говорите?

Вы правильно рассуждаете господин ЮнГи, поэтому давайте вы занимайтесь своими делами связанные с осужденными в Анян и в Корее, ну а контакты с внешним миром в общем, а в частности с поклонниками Агдан оставьте полиции.

Такой вот примерно диалог и прослушала НаБом между важными людьми, разговор в котором они ни до чего не договорились. Но на этом интересное в этом разговоре еще не закончилось.

Поняв, что помощи от полиции по немедленному закрытию лагеря в ближайшее время не будет, господин ЮнГи ожидаемо вспомнил и об «ответе Квак ЮнГи» и похоже решил зайти с другой стороны, попробовал свести счеты с темнокожим «ответчиком», свести при помощи полиции Аняна.

НаБом даже навострила итак уже напряжённые уши, очень уж ей хотелось услышать, как господин Квак будет излагать необходимость задержания конкретно одного из протестующих с темной кожей. Впрочем, многие бы с интересом сейчас послушали господина Квака.

Ну и мы тоже послушаем что говорит об этом сам господин Квак ЮнГи, а ответы полицейского хоть и остались достоянием важного корейского чиновника, но что отвечает главный полицейский НаБом догадаться не сказать, что прямо так очень сложно. А вот и этот монолог от господина Квак ЮнГи с главным полицейским чином Аняна. Слушаем…

— Хорошо, если у вас в полиции мало сил для разгона всего лагеря, то задержать хотя бы одного из протестующих, на это резервы и возможности у вас найдутся?

Да конкретно всего одного человека надо задержать.

Что он сотворил вы спрашиваете?

Он оскорбил меня… и окружающих меня представителей Министерства юстиции, то есть можно сказать что оскорбил меня, а в моем лице и государственное учреждение страны, практически всю Корею.

Да, я как официальный представитель Министерства юстиции требую немедленного ареста этого лица, лица оскорбившего мою честь и достоинство.

Нет, это не громкие слова господин СиБак.

Что сделало это лицо вы спрашиваете?

Я же вам говорю, что оно оскорбило всё Министерство юстиции Кореи, в моем лице

Поконкретнее говорите? Что значит поконкретнее?

Для вашего рапорта?

Ну, напишите в нем что данное, не установленное пока вами лицо, нанесло своими действиями оскорбление официальному представителю Министерства юстиции.

В чем все-таки выражаются эти самые действия вы спрашиваете?

Я