Правосудие в современной России. Том 1 - Екатерина Владимировна Михайлова

Защита публичного интереса в жилищной сфере, как стало ясно на примере дела А.Н. Дубовца, не всегда связана с необходимостью виндикации государственной квартиры. Иногда важнее сохранить жилое помещение за частным лицом, чтобы оно не оказалось в числе нуждающихся в предоставлении жилого помещения за счет государства. Это будет менее затратным и для гражданина, и для государства. В то же время точечная корректировка законодательства не может положительно сказаться на практике его применения.

Таким образом, при осуществлении правосудия нередко выявляются пробелы и противоречия в действующем законодательстве. Далее законодателю следует их устранять. Но для корректного устранения этих противоречий необходимо сначала вписать предлагаемые изменения в существующую научную доктрину. Это непросто и требует времени. Иногда решение вырабатывается на уровне судебной практики вследствие бездействия законодателя, как это произошло со снятием исполнительского иммунитета с единственного жилья. В другом случае потребовалось 10 лет, чтобы внести изменения в законодательство, зато решение оказалось достаточно взвешенным. Когда закон откорректировали за два года, это оперативно решило возникшую проблему, но с точки зрения доктрины решение не вписывается в сложившиеся каноны.

Глава 6

Правосудие в сфере защиты неимущественных прав граждан

§ 1. Рассмотрение судами дел о компенсации морального вреда, причиненного жизни или здоровью граждан некачественным оказанием медицинской помощи или услуг

Право граждан на охрану здоровья как высшего блага, без которого утрачивают значение многие другие блага и ценности[985], является одним из естественных прав и свобод человека, нашедших свое закрепление в Конституции РФ и иных правовых актах, в том числе международного уровня (например, Всеобщая декларация прав человека 1948 г.).

В Конституции РФ рассматриваемое право закреплено через ограниченный вариант его гарантированности посредством охраны здоровья (а не права на здоровье), обеспечиваемой комплексом мер медицинского, политического, экономического, правового, социального и иного характера. Согласно Стратегии национальной безопасности РФ, комплексный подход к охране здоровья граждан предполагает профилактику заболеваний, снижение уровня инвалидности и смертности населения, совершенствование системы безопасности лекарственных средств, разработку и внедрение новых медицинских технологий и др.

Одной из важных составляющих реализации права граждан на охрану здоровья является повышение доступности и качества медицинской помощи и медицинских услуг, своевременности их оказания, правильности выбора методов профилактики, диагностики, лечения, реабилитации и степени достижения запланированного результата (ст. 2 Федерального закона № 323-ФЗ).

К сожалению, в настоящее время в России удовлетворенность граждан качеством медицинских услуг остается низкой. Так, в 2023 г. Всероссийским союзом пациентов было проведено исследование удовлетворенности россиян качеством медицинских услуг. Недовольство высказали больше половины опрошенных респондентов, в том числе нарушениями в лекарственном обеспечении, несоблюдением сроков оказания неотложной медицинской помощи, неверной постановкой диагноза, недобросовестным отношением медицинского персонала к исполнению своих обязанностей и др.[986]

Некачественное оказание медицинской помощи или услуг все чаще становится предметом судебных разбирательств. Среди проанализированных нами дел основную часть составляют дела о возмещении медицинскими учреждениями вреда здоровью пациентов и/или компенсации морального вреда в связи с неверной постановкой диагноза, недооценкой данных анамнеза и тяжести заболевания, отказом в госпитализации пациентов, нарушением стандарта первичной медико-санитарной помощи и др.

Анализ судебной практики по рассмотрению дел данной категории подтверждает, что бремя доказывания отсутствия вины и обстоятельств, касающихся некачественного оказания медицинской помощи или услуг, должно быть возложено на медицинское учреждение, а не на пациента[987].

Так, Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ рассмотрела гражданское дело по иску по иску П. и А. к ГБУ здравоохранения о компенсации морального вреда, причиненного ненадлежащим оказанием медицинской помощи. Как было установлено судом, П. обратился в травматологический пункт больницы с жалобой на полученную в бытовых условиях травму грудной клетки и отдышку. После изучения рентгеновского снимка врач-травматолог поставил диагноз «ушиб грудной клетки» и назначил соответствующее лечение, однако через два дня П., находясь дома, умер. Согласно акту судебно-медицинского исследования и справке о смерти, причиной смерти П. явились острая респираторная недостаточность и острая плевропневмония.

Судебная коллегия Верховного суда РФ отменила принятые по данному делу судебные акты нижестоящих судов. Как отметил Суд, судебные инстанции возложили бремя доказывания обстоятельств, касающихся некачественного оказания медицинской помощи и причинно-следственной связи между ее ненадлежащим оказанием и наступившей смертью П. На истцов, в то время как ответчик не представил доказательств, подтверждающих отсутствие своей вины, что повлекло ненадлежащее и несвоевременное лечение, приведшие к ухудшению состояния здоровья П. и его скоропостижной смерти[988].

По другому делу Верховный суд РФ констатировал, что нижестоящие суды неправомерно возложили на истицу бремя доказывания обстоятельств, касающихся некачественного оказания ей медицинской помощи, в то время как ответчиком не было представлено доказательств, подтверждающих отсутствие его вины в установлении неправильного диагноза, повлекшего ненадлежащее и несвоевременное лечение истицы, ухудшение состояния ее здоровья и невозможности рождения детей естественным путем[989].

Из разъяснений Верховного Суда РФ следует, что на медицинском учреждении лежит обязанность доказывания невиновности в причинении потерпевшим морального вреда, требования о компенсации которого могут быть заявлены в том числе родственниками и другими членами семьи потерпевшего, что обусловлено близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между ними[990].

Так, по гражданскому делу о взыскании денежной компенсации морального вреда Ф. в связи со смертью супруги ввиду неоказания ей своевременной квалифицированной медицинской помощи, ответчик в лице районной больницы указывал на то, что дефекты оказания соответствующей помощи могут повлечь причинение морального вреда только потерпевшей, а не ее супругу. Однако, как отметил по данному делу Верховный Суд РФ, при смерти пациента нарушается и неимущественное право членов его семьи на здоровье, родственные и семейные связи, право на семейную жизнь, поэтому факт смерти супруги в результате оказания неквалифицированной медицинской помощи может являться основанием для компенсации морального вреда другому супругу[991].

Из практики Верховного Суда РФ следует необходимость соблюдения при оказании медицинской помощи и оценке ее качества порядка оказания, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций[992] (протоколов лечения). Так, по делу о компенсации Б. морального вреда клинической больницей в связи с ненадлежащим и несвоевременным оказанием медицинской помощи (непроведением лечения, направлением пациента в различные медицинские учреждения и отсрочкой времени оказания срочной хирургической помощи), Верховный Суд РФ подчеркнул, что Клинические рекомендации являются одной из основ формирования критериев оценки качества медицинской помощи, в связи с чем утверждение об их