Ноктикадия - Кери Лейк

Он впился в мои губы, лишив меня дыхания, а когда оторвался от них, его рука переместилась к моему горлу, сжав его настолько, чтобы раздвинуть мои губы и задержать следующий вдох. Головокружительная эйфория охватила меня, и мое тело затрепетало, когда он задрал бюст моего платья, обнажив мою грудь, так что она подпрыгивала и покачивалась при каждом толчке.

— Эта киска — все, о чем я думаю. Все, чего я жажду. Ты заразила каждую мою частичку, и я не могу остановиться. Я не могу остановить это наваждение.

От нехватки воздуха, его слов и ощущения его члена, заполняющего меня, в моей голове царил хаос, мое тело было полностью обездвижено. Он сжал меня сильнее, и с моих губ сорвался слабый стон.

— Нет. Никаких тихих звуков от тебя. Я хочу слышать, как ты кричишь. Ты сейчас в муках огня, Маленький Мотылек. Покажи мне, как сильно ты горишь. — Он ослабил хватку настолько, что я издала хриплый и громкий стон.

Я ухватилась за сиденье позади него и жестко оседлала его, наслаждаясь болезненным выражением экстаза на его лице, когда он откинул голову назад, челюсть сжалась, вены выступили на шее.

— А-а-а, блять! — Его пальцы впились в мои бедра, и я увеличила темп, а влажные звуки свидетельствовали о том, как сильно он меня возбуждает.

— Я хочу почувствовать, как ты кончаешь на мой член, — прохрипел он.

Машина дергалась и подпрыгивала от его агрессивных толчков.

Мои стоны усилились, когда горячее, извивающееся удовольствие захлестнуло меня.

Я зажмурила глаза, но открыла их, когда он схватил меня за затылок.

— Смотри на меня. Я хочу видеть, как ты кончаешь.

Словно удар молнии пронзил мои мышцы, превратив их в натянутую тетиву, а его имя эхом отдавалось в моем черепе, когда я выкрикивала его снова и снова.

Он прижался своими губами к моим и, отстранившись, прикусил нижнюю губу.

— Ты — безжалостное воплощение совершенства.

Его бедра сдвинулись ниже, подталкивая меня вверх, и он приподнял подол моего платья, выходя из меня и снимая презерватив, бросая его в отсек для мусора рядом с собой. Пока я устраивалась на его бедрах, он продолжал двигать своим членом, и через несколько секунд горячие струи окрасили мои бедра, когда он направил свою разрядку на мою плоть.

Прикусив губу между зубами, нахмурив брови, на шее блестел пот от его грубого и изможденного тела, он застонал, наблюдая, как кончает на меня. Как будто он отмечал меня. Делает меня своей.

От этого зрелища моя киска сжималась.

Он притянул меня, прижав к себе, и я прислонилась головой к его каменной груди, слыша, как дико бьется его сердце. Такой прекрасный звук после того, что произошло ранее.

— Наверное, нам не стоило делать это здесь. На открытом месте.

Я улыбнулась, прижавшись щекой к его теплой коже. Хотя я не видела ни одной машины, ни одного дома в поле зрения, когда он отъехал, он, наверное, был прав. Нам нужно было быть осторожнее, хотя, признаться, в этом и заключалась часть наслаждения для меня. Мои волосы прилипли к влажной коже, окна запотевали от нашего интенсивного траха.

— Деврик, — задыхаясь, сказала я, каждый мускул был напряжен. — Я боюсь.

— Чего?

— Это начинает казаться мне чем-то большим, чем просто секс.

— Так почему это тебя пугает?

— Потому что я не могу видеть дальше ничего, кроме неизвестности, и мне кажется, что именно в этот момент все разваливается на части. — Жжение в глазах было раздражающей неприятностью. Я не хотела плакать у него на глазах. Не после всего. Мои эмоции были подобны проводам под напряжением, подпрыгивающим на горячих искрах. — Если ты бросишь меня сейчас, если ты отбросишь меня в сторону...

— Эй. — Пальцы крепко сжали мою макушку, и он откинул мою голову назад, глядя на меня сверху вниз. — Ты не должна бояться. Я никогда не причиню тебе вреда, Лилия. И вообще, я обрушу ад на любого, кто еще раз причинит тебе боль.

Я любила его. Каждая клеточка, каждая фибра моего существа не могла скрыть эту правду. Даже если я не была достаточно смелой, чтобы сказать это, или достаточно храброй, чтобы рисковать тем, что Вселенная отнимет это у меня, слова были так же реальны, как и мои страхи.

Эти слова я хранила в тайне, как и все остальные безделушки, — надежно спрятанными.



ГЛАВА 58

ЛИЛИЯ

— Доступ запрещен? — Нахмурившись, я откинулась на спинку стула, затем в третий раз нажала кнопку на ноутбуке, чтобы войти в систему для регистрации.

В ответ появилось то же самое сообщение об ошибке. Что, черт возьми, происходит?

— Проблемы? — раздался голос из дверного проема, и я повернулась, чтобы увидеть Мел, прислонившуюся к раме со скрещенными руками. Хотя Гилкрист обещала не выдавать меня, я все равно чувствовала себя виноватой из-за того, что назвала ее имя.

— Просто пытаюсь зарегистрироваться на следующий семестр.

— И у тебя с этим проблема?

Я застыла, глядя на нее, изучая забавное выражение ее лица.

— Правда?

— Кажется, папочке не нравится, когда всплывает его имя.

— Что ты имеешь в виду?

— Лилия Липпинкотт. В этом есть что-то запоминающееся.

На меня нахлынуло тошнотворное осознание, и тогда я поняла, что именно сделала Гилкрист. Она обменяла один скандал на другой. Напрягая мышцы, чтобы сохранить бесстрастное выражение лица, я отказывалась подтверждать то, что на самом деле не было подтверждено и для меня. Это были домыслы. Слухи. У меня не было анализа крови, чтобы что-то доказать.

— Не знаю, почему я думала, что могу доверять тебе. Ковингтонская дрянь.

— Что ты сделала?

— Мой блог никогда не был так популярен, как сейчас. Более четырех тысяч просмотров за два часа. И на следующей неделе планируется совершенно восхитительное продолжение скандала. Предполагаемая дочь проректора трахается с Доктором Смерть.

— Я не знаю, о чем ты говоришь, — соврала я.

Она закатила глаза, а когда достала из кармана свой телефон, у меня чуть не подкосились колени. На фотографии была изображена машина Брамвелла, окна запотевшие, рука прижата к стеклу. Лица не было видно.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь, — повторила я, даже не дернувшись.

Ворча, она увеличила изображение моей руки, и