Путь под лазурным небом - Харников

— Очень странно. Видите ли, мистер Поттер, внутри вашей палочки — перо феникса, я вам уже сказал. Обычно феникс отдает только одно перо из своего хвоста, но в вашем случае он отдал два. Это единственно исключение из правил об индивидуальности палочек за последние полтысячелетия. И эта палочка выбрала вас… Её сестра, которой досталось второе перо того феникса… Её сестра оставила на вашем лбу этот шрам. Тринадцать с половиной дюймов, тис. Странная вещь — судьба. Ещё более странная вещь — её отказ от вас.

Он подошёл ближе и наклонился ко мне. Его голос стал тише, и слышал его только я.

— Всё имеет свою цену, мистер Поттер. Помните об этом. Мои глаза видят многое… Порой, даже слишком многое. Стоит лишь присмотреться, — он печально улыбнулся и отошёл, уставившись куда-то вглубь магазина. — Передохните, и мы продолжим подбор вашей палочки.

Страшные мысли пришлось отложить на потом, и минут через пятнадцать мы снова вернулись к подбору новых палочек. С каждой не подошедшей мастер волшебных палочек всё глубже уходил в темноту склада. На его лице вновь загорелся интерес и предвкушения результата. К счастью, ещё на час подбор не затянулся. Шестая палочка, стоило лишь легонько её коснуться, обдала кожу жаром.

Чёрная, как ночь, она будто бы поглощала свет. По форме своей она была ромбовидной, с закруглёнными рёбрами. На гранях виднелись красивые узоры, идущие от самого кончика к рукоятке. Сама рукоятка была выделана резьбой и теснением с вставками из серебра. Конец рукояти украшал набалдашник в форме головы собаки или волка.

Она легко легла мне в руку, и по телу прошёлся заряд. Совсем другие ощущения, по сравнению с «первой».

Взмах — и лавку озарил свет от разноцветных искр. Олливандер негромко похлопал.

— Наконец-то, мистер Поттер. Заставили вы старика потрудится, — он театрально вздохнул и смахнул несуществующий пот со лба. — Десять дюймов, ольха и клык старого грима. Довольно необычное сочетание, скажу я вам. Несгибаемое древо, покровитель семьи и род. А внутри зловещий чёрный пёс, предвестник смерти из кургана Брин-Келли-Ди. Послушная палочка. Хороша в тонких чарах, а также в проклятиях. Не заиграйтесь, мистер Поттер, — серьёзно предупредил меня старик. — Идеально подходит для невербального использования.

— Она прекрасна, мистер Олливандер! — с восхищением отозвался я.

— Не сомневаюсь, мистер Поттер, — он бережно положил палочку в футляр и запаковал в коричневую бумагу. — С вас двадцать три галлеона и десять сиклей. Рекомендую взять набор по уходу, он стоит пятнадцать сиклей.

Отсчитав нужную сумму, я оплатил палочку и набор по уходу. Увидев что я закончил, Дадли поднялся со стула и размялся. Профессор Макгонагалл ждала всё это время на улице.

— Ты как, Гарри? В норме? — с беспокойством спросил кузен. Кажется, та сцена с отвержением его здорово напугала.

— Конечно, Ди, — заверил я его. — Волшебная палочка — это так круто!..

Я начал делиться своими впечатлениями с ним. В то же время, в голове крутилась лишь одна мысль: «Старик знает.».

Глава 6 - Школа Чародейства и Волшебства «Хогвартс»

«Всё имеет свою цену, мистер Поттер».

Со дня посещения Косой Аллеи прошёл уже целый месяц, но слова мистера Олливандера до сих пор всплывают где-то на краю сознания. Со временем страх стих, и появилось некое подобие благодарности старику. Он напомнил мне, что не всем может понравиться тот факт, что я не совсем Гарри Поттер. Им будет плевать, кто я и откуда, и, тем более, кем я себя считаю. А никем, кроме Гарри Поттера, я себя уже давно не считаю.

Что было, то прошло, и не стоит сильно на этом зацикливаться. Особенно, если всё закончилось хорошо, как в моём случае. Не знаю почему, но я не думаю, что старик решит с кем-то поделиться данным знанием. Если он вообще имел ввиду то, что я перерожденец. Нужно быть более осторожным.

Но всё это далеко идущие мысли, а сейчас есть другой, более важный повод для волнения. Сегодня начинается настоящая история. Да, именно так. Первое сентября. Сегодня мы с Дадли отправимся в Хогвартс и начнём обучение магическому искусству. Волновался ли я? Не то слово. К интересу и благоговению к магии прибавлялись и другие поводы для беспокойства, в основном касающиеся людей. Как никак, я, мать его, Национальный Герой Магической Британии!

Те несколько книг, что я купил про самого себя в книжном, можно было закрывать после первых двух-трёх страниц. Именно там содержались изложения о событиях той ночи, когда я проснулся в новом для себя мире. Хотя, я узнал о себе много нового. Например, я сейчас живу в убер-супер-секретном месте, в котором меня спрятал Дамблдор и готовлюсь спасать страну от будущих опасностей. Об остальном можно… нужно умолчать. И так ясно, что каждый (не)уважающий себя «журналист» решил срубить лёгких денег донести до народа правду о жизни героя.

Отдельным пунктом стоит сам Альбус Дамблдор. Со слов профессора Макгонагалл он является моим официальным опекуном в мире магии, и разговор с ним неизбежен. Историю пишут победители, поэтому всем восхвалениям о его имени я не особо и верю. О единственном воспоминании, связанном с ним, я, к сожалению, ничего не могу сказать. К сожалению, и тут гадать бессмысленно и придётся ждать непосредственно разговора. А он, как показали события, необходим.

Грохот где-то рядом со мной отвлёк меня от размышлений о предстоящем и заставил снова обратить внимание на суетящихся Дадли и Петунию. В преддверии отправления в Хогвартс их обуяло какое-то безумное волнение. «Дадли, ты точно взял…?», «Ох, кажется я забыл…» и тому подобные фразы уже несколько часов раздавались по всему дому. Увидевший это Вернон принял решение, как и я, не отсвечивать и тихо принялся ждать в кресле, периодически тяжело вздыхая. За себя я не волновался: собрал весь багаж заранее и два раза его перепроверил.

В десятый раз пересобрав чемодан с вещами, Дадли опустился на диван, тяжело уставившись на предмет своего утреннего беспокойства. В доме установилась тишина. Вернон напрягся и подобрался. Спустя минуту голос кузена развеял тишину:

— Можно ехать, — уверенно заявил Дадли и расслабленно откинулся назад.

Вернон, вздохнув, направился к машине.

Я окинул взглядом кузена и задумался. А ведь я достаточно сильно повлиял на него. Точнее, задал некое направление для развития, показывая свой пример