Стадия Рождения - Макс Вальтер

Короче, всё решила медь, да и Троперы быстро сообразили, от чего умирают. Натиск ослаб, но половина планеты уже обратилась в выжженные пустоши, да а количество людей знатно сократилось. Так и остались на земле и те, и другие, правда, Троперам достались лишь пустоши.

В общем, лекция оказалась довольно познавательная. Единственное, что я не понял, почему люди не используют холодное оружие, омеднёное, например. Хотя, возможно, всё дело в прыти Тропера, ближний бой с ними – не шибко простая задача. Особенно если учитывать их привычку передвигаться группами.

Даже от толпы людей не так просто отмахаться, а эти, похоже, ведут себя слегка проворнее.

Помню, как мне в Унынии с големами схлестнуться пришлось, не без потерь, конечно, с ними справиться удалось. Ну то ладно, уже дело прошлого, а вот для убийства этих придётся как следует тренироваться.

Время шло, мы тоже продвигались всё ближе к границам. И да, Троперы стали попадаться чаше, а группы увеличились аж до восьми, а вчера встретили уже и девять особей. Но пока всё складывалось в нашу пользу.

Мы пробирались сквозь брошенные города и посёлки, где взрослые подбирали любой кусок меди, будь то крохотная релюшка от автомобиля или огрызок проводки, что затерялся под дверной обшивкой.

А однажды я отыскал целый двигатель от компрессора холодильника, батя сильно обрадовался. Меди там, конечно, оказалось с гулькин нос, но всё больше, чем получилось собрать у Ржавого.

Короче, я со всех сторон молодец, жаль, что мелкий очень и многое самостоятельно не умею. Например, ходить быстро и уверенно ногами, потому продолжаю путешествовать в коляске. При этом ещё и травяной чай с мятой потягиваю, который Катюха мёдом вчерашним подсластила.

Сейчас взрослые с осторожностью рассматривают в бинокль небольшой посёлок на холме.

Выстроен он по стандартному принципу, хотя правильнее будет сказать — обжит.

Окраина вся в руинах и представляет собой лабиринт из перегороженных кирпичом улиц. Постепенно он становится всё сложнее, пока не переходит в окончательную, монолитную стену.

Попасть в такой с наскока не выйдет, но для гостей днём всегда открывается три-четыре прямых моста, которые перекидывают по крышам. В общем, человек – умное и изобретательное существо, которое в состоянии приспособиться к любым условиям.

Взрослые немного посовещались и отправили в разведку Ржавого. Ну, видимо, им тоже его не очень жалко.

Нет, в целом он, конечно, парнишка нормальный, тётка абы кому не даст, а у них роман, да как я понял, он ещё в стартовом городе начался. Ладно, не суть, главное, что он за мёдом для меня вчера слазил, и этот поступок я ценю. Ну а рожа ничего – с утра от отёка почти и следа не осталось.

Пресловутое «слабо» работает безотказно в любом мире, особенно, когда при этом на тебя пристально смотрит красотка типа Катюхи.

Пока ржавый ходил, я успел поспать. Ну а что, всё равно дольше делать особо нечего. Родоки тихонько о чём-то бормотали неподалёку, вот я и задремал в тени сосны.

Снова снился меч. На этот раз он плакал, просил напоить себя кровью.

Затем, держа его в руках, я нёсся сквозь стаю Троперов, разваливая их на ровные половинки. Я стоял в коляске, а батя с радостным смехом толкал её перед собой и кричал: «Руби их сынок! Я знал, что ты станешь великим воином!» И я рубил.

Клинок свистел, рассекая воздух, и звонко хохотал голосом Катюхи, когда впивался в плоть врага. Чернильного цвета кровь брызгала во все стороны, и мой симбионт тоже научился разговаривать. Занудным, слегка гнусавым голосом Рыжего, он тоже требовал утолить его жажду. Вот только вместо этого получал кружку травяного, мятного чая, и он ему почему-то тоже нравился.

Проснулся я так же, плавно покидая царство Морфея. Вначале голоса меча и костюма стали громче, захохотал отец, а вскоре я почувствовал мерное покачивание.

Открыв глаза, первым делом увидел маму, затем немного почавкал и сладко потянулся.

— Везёт тебе, мелкий, — глядя на это, вздохнула Катюха.

«Ага, полон восторга просто! Могу махнуться не глядя», — подумал в ответ я и, немного поёрзав, выудил из-за спины остатки чая в поилке.

— …принимают, — до слуха донёсся разговор между отцом и Ржавым. — Двадцать процентов минус при обмене на готовые изделия, если товар бытовой, то такса стандартная, по граммам.

— Ты уверен, что ни одной листовки о нашем розыске не видел?

— Зуб даю, — подковырнул себя за клык ногтем тот.

«Угу, это я тоже записал, не дай бог мы там спалимся», — кровожадно ухмыльнулся я. – «Не, Катюх, не за того ты парня замуж собралась. Ему жить осталось, ну лет пять максимум, а там я как раз подрасту немного».

— Может, удастся переночевать в нормальной постели, — мечтательно добавила мама.

— Ну, здесь сама понимаешь, на всех меди не хватит, — уклонился от прямого ответа батя. — Нам и патроны нужны и провизии в дорогу пополнить. Там, дальше, животных раз в пять меньше водится, да и на заставе платить придётся.

— Да я всё понимаю, — добро улыбнулась та, — но помечтать же можно?

— Ладно, придумаю что-нибудь, — подмигнул ей отец.

По-любому у него заначка есть, да и у меня кое-что уже скопилось. Если даже придётся отдать всё за одну спокойную ночь в мягкой постели – я готов. От постоянного пребывания в коляске, уже, ей-богу, поясница ноет.

— Кто такие? — поинтересовался стражник у входа в подъезд, который вёл на крышу к мостику.

«Генерал армии демонов перед тобой сидит! На колени, смертный!»

— Путешественники, — сухо ответил батя. — Кров и ужин ищем.

— Понятно, — сделал какую-то пометку в блокноте тот. — Куда следуете?

— Наёмники мы, — вместо отца продолжила мама. — Разного рода поручения выполняем, может, у вас подработка какая есть, передать что-нибудь, или товар какой сопроводить?

— Это не ко