Рыжая обложка - Иван Михайлович Миронов

елки в люльке лежит пухлый крепенький малыш – трехмесячный сын директора. Рядом с ним привязана нашим фирменным скотчем к стулу обнаженная девочка-подросток из подшефного интерната, которому мы помогаем подарками и конфетами на Новый год, Рождество и другие праздники. После Нового года всегда остается какой-то остаток нераспроданных конфет и упаковки – вот именно их мы и жертвуем детскому дому. За это государство нам немного уменьшает налог на доход, а благодарная директриса отдает нам мальчика или девочку, которых принесут в жертву на ежегодном Ритуале. Так что благотворительность это хорошо.

Я слышал про случаи, когда некоторые благотворители взамен на помощь получали возможность трахать детдомовцев. По-моему, это отвратительно и все такие случаи должны предельно жестоко наказываться правительством. Один мальчик или девочка в год – это символ и необходимость, а еженедельно насиловать детей – это извращение и преступление.

Но к детям мы вернемся позже.

Сперва необходимо провести обряд инициации молодых менеджеров. Они, голые и напуганные, стоят в углу на коленях. В этом году их трое – Витя, Машка и старший директорский сын Петя. Пете только исполнилось восемнадцать, он от первой директорской жены. Говорят, она не выдержала Ритуалов и директор посадил ее в психушку, где она и умерла. Последние десять лет директор женат на Юлии Дмитриевне – сейчас ей уже сорок и ежегодные Ритуалы и связанные с ними процессы ее несколько поистрепали, но десять лет назад она была очень хороша. Самому директору уже под пятьдесят, но он все еще крепкий и здоровый мужик, мог бы даже считаться красивым, если бы не шрам через всю щеку – говорят, его пытали по молодости в девяностые, когда он был в бригаде у какого-то авторитета.

Сейчас мы ждем, когда они с Юлией Дмитриевной появятся, и Ритуал можно будет начинать. Быстрее бы, я не люблю затягивать. Пока же стоим у столов с бухлом и прочим: я, еще один старший менеджер Жека, трое младших менеджеров – шлюховатая пышка Вика, Света-недотрога и Сергей (серый и унылый), а также наша бухгалтерша, Зинаида Павловна. Жека посмеивается над новичками, Зинаида Павловна уже успела выпить пару рюмок и оголить свою огромную обвисшую грудь, а я старательно отвожу глаза от детей в центре комнаты. До конца так и не могу привыкнуть – знаю, что необходимо, но все равно всегда муторно. Вика, Сергей и Света опрокидывают в себя по паре рюмок коньяка. Я разнюхиваю с Жекой по дорожке кокса и запиваю шампанским. Немного расслабляюсь и настраиваюсь на позитивный лад. Позитивный настрой – вообще вещь необходимая.

Наконец и директор с директрисой появляются. Они одеты в легкие тоги, какие носили в древнем Риме. Директорский взгляд, как обычно, суров и непреклонен, а глаза Юлии Дмитриевны блестят – то ли от слез, то ли тоже уже успела чем-то закинуться. Пока все смотрят на директоров, я закидываю в себя две таблетки Виагры.

Едва увидев вошедших директоров, Зинаида Павловна скидывает с себя оставшуюся одежду и бесстыдно поводит своими огромными бедрами с волосатой трындой.

Директор с женой сперва подходят к нам, здоровается по очереди со всеми за руку.

– Ну, Витя, Жека, все готово?

– Да, все в порядке, как обычно, – отвечаю я.

– Хорошо. А чего тогда в одежде еще? Раньше начнем – раньше кончим, так сказать.

Мы скидываем с себя брюки и рубашки. Прохладно и неуютно, и мы все выпиваем быстренько по стаканчику коньяка, чтобы согреться.

– Эй, молодой, дуй в подсобку за инструментами, начнем потихоньку, – командует директор Сергею.

Директор, немного смущаясь, выпивает рюмку коньяка и закусывает таблеткой Виагры. Мы с Жекой делаем вид, что не обращаем на это внимания. Я смотрю на раздевшихся Свету и Вику и мой член начинает немного напрягаться. На прошлом новогоднем корпоративе мы с Жекой оттрахали Вику в два ствола, а вот более красивая Света никому так и не дала. Но она замужем, так что мы и не особо пытались.

Директор и Юлия Дмитриевна тоже скидывают тоги и, наконец, направляются к новичкам. Ритуал начинается.

Толстый короткий член директора бодро топорщится из гнезда лобковых волос, как птенец-кукушонок, а вот Юлия Дмитриевна гладко побрилась. В древней Спарте был обычай – опытные воины-ветераны обязательно спали с новобранцами, передавая им таким образом часть своей силы. Ритуал всегда начинается с этого же – директор трахает новеньких, принимая их таким образом в нашу дружную семью.

Глядя на напряженных и испуганных новичков, я вспоминаю себя самого на их месте. К сожалению, каждый, кто хочет достичь успеха в бизнесе, должен понимать – тебя непременно отымеют, и хорошо, если всего один раз и во время Ритуала.

Мы все обступаем их в полукольцо, а они стоят, повернувшись к нам своими блестящими от масла жопами, облокотившись руками на стену склада.

Пал Иваныч аккуратно пару раз приподзасаживает Вите, потом начинает смачно драть раком Машку. Витя в это время ковыляет в подсобку, где у нас также умывальник и туалет, чтобы помыть жопу и смазать ее мазью, но ковыляет, скорее, показушно – все мы знаем, что пара фрикций в хорошо смазанную жопу – это как у проктолога побывать: неприятно, но не более того. Тем более если тебе за это в конце месяца будет премия в двести баксов. При нынешнем курсе – вполне недурно.

Вот Машке достается по полной. Слушая шлепки директорского пуза о ее ляжки, я гадаю – будет ли Пал Иваныч трахать своего сына? С одной стороны, он относится к соблюдению ритуала очень ревностно, а с другой, Петя уже и так часть его семьи, да и как-то не по-христиански это, а наш директор – мужик верующий, без крайней необходимости старается не жестить. И действительно, закончив с Машкой, Пете он лишь проводит членом по булкам, без проникновения.

Витя вернулся из подсобки как раз вовремя, к очереди Юлии Дмитриевны. Новички ложатся на подстеленные картонки, и директриса по очереди садится им на лицо. Но если на Вите и Машке она задерживается лишь на секунду, то на лице пасынка-Пети елозит капитально. Пал Иваныч кремень, но я знаю его уже десять лет и замечаю, что ему это неприятно. Но Ритуал есть Ритуал. Придется сегодня ему и не такое посмотреть.

С инициацией покончено. Теперь самая важная и самая неприятная часть Ритуала – жертвоприношение и украшение елочки.

Мы на пару минут возвращаемся к столам и выпиваем за успешную карьеру новичков, а потом пару раз выпиваем просто так. Но больше тянуть нельзя. Из притащенного