Девятнадцать сорок восемь. Том III - Сергей Викторович Вишневский

— Нет, просто…

— Да, эти огромные сиськи мешают, — кивнул следователь. — Но что мы все обо мне, да обо мне? Давай, выкладывай. Лез кто к этому мелкому?

— Ну-у-у-у… как сказать, — задумчиво произнес Гудвин. — Можно и так сказать.

— Твою мать, Гудвин, не зли меня, да? Хочешь, чтобы все наши шашни к авторитетам ушли?

— Зачем же, — хмыкнул вор. — Просто у меня ситуация вышла сложная. Дело мне поручили, а воплотить без вас в полной мере, видимо не получится.

— За наркоту — сразу нет. Не пущу и не позволю. Лучше тебя солью и нового урку найду.

— Зачем так сразу, гражданин начальник? — сморщился Андреич. — Мы же с вами сразу договорились — с наркотой дело не ведем.

— А чего надо?

— Деньги на меня повесили, — вздохнул Гудвин. — Большие деньги и отмыть их надо. А у меня даже кафешки ни одной нет. Работать не через кого.

— Ты местных самозанятых подмял, — фыркнул Григорян и снова затянулся кальяном. — Тебе мало что-ли?

— Мало, гражданин начальник. Очень мало, — печально кивнул вор. — Там суммы совсем другие. Как бы не засветиться у местных налоговиков.

— Придумаем, — недовольно буркнул Гудвин. — С пацаном этим что?

— С Фирсом? Так заказали его, — спокойно и как-то буднично ответил Андреич. — Чтобы ни трупа, ни следов.

Толстая тетка в миг убрала довольную улыбку и зыркнула на своего информатора.

— Кому заказали?

— Так мне, кому еще? — хмыкнул Гудвин.

— Та-а-а-а-а-ак! Кто?

— Соколов, — спокойно ответил Гудвин и достал небольшой кристалл с записью, который положил на стол.

— Копии делал… хотя кого я спрашиваю? Ясное дело, что делал, — недовольно проворчал Григорян и сгреб кристалл, спрятав его глубоко в лифчике.

— Издержки профессии, — оскалился авторитет.

— Что делать планируешь? — спокойно произнес следователь, погрузившись в размышления.

— А что тут думать? Денег, понятно дело хочу. Ну, еще и Соколовы колечко долговое обещали, — беспечно пожал плечами вор.

— Сколько денег Соколовы обещали?

— Пока не знаю. Много… А как иначе?

— Я вот всегда тебе поражался, — пыхнув кальяном, произнес Григорян. — Как ты умудряешься во все влезать и не сдохнуть? Тебя ведь на куски порвать могут!

— Могут, — кивает Гудвин. — Только вот и я не пальцем деланный. Чай не сидел бы на общаке, если бы как мышь по норам прятался.

— Крысиный король, — с отвращением произнес следователь, взглянув на уголовника. — Значит так. Фирса этого убирать не вздумай. Он мне нужен. Надо было ещё раньше тебя предупредить… Так что забудь пока.

— Я то забыть могу, только я тут не один в городе. Да, со мной никто воевать не будет. Важные люди в лагере не поймут. Но вот защищать я его не могу. Будут косо смотреть. Тем более, если за него денег много дадут. Понимаешь?

Григорян недовольно поджал губы.

— Даже если я его защищать стану — никто торпеду не отменял. Выкупят фраера какого и нет вашего пацаненка. Так что… — тут Гудвин развел руками и хитро улыбнулся. — А мне ведь деньги лишними тоже не будут. Да и прикуп у меня — что надо… А? Может…

Глава 4

— О-о-о! Ты не поверишь! — протянула молодая блондинка, сидевшая за столиком. — Начиналось все просто отлично! Тут тебе и цветы, и ручку из машины подает. Культурно поужинали в «La Bote». Он меня до дому довез, а потом, я оглянуться не успела, как он меня к себе притянул и целоваться полез.

— А в чем проблема? — наклонила голову вторая девушка. — Я думал он насильничать тебя начал.

— Ну-у-у-у, не знаю, — протянула первая. — Может в том, что его род и рядом с нашим не стоял, а может в том, что он редкостный уродец. Низенький, толстенький и пальчиками такими, словно колбаски.

— Алина, ты не исправима, — закатила глаза подружка.

— Что? Смысл ему давать вообще хоть какой-то шанс? — возмутилась блондинка. — Черт с ним, с родом. Он же мерзкий толстый карлик! Люда, я по твоему должна встречаться с уродом? Может мне в цирк сразу пойти себе кого-нибудь инвалида выбрать?

Подруга закатила глаза, но тут же спохватилась и замахала рукой.

— Кэтрин! Кэтрин, мы тут!

Шолохова заметила двух подружек, улыбнулась и направилась к ним.

— Кэтрин, тебя ждать, проще постареть, — проворчала Алина.

— Я вообще-то пришла на десять минут раньше, — недовольно проворчала Кэтрин.

— Я думала, что ты написала, — нахмурилась блондинка посмотрев на Люду.

— А я думал ты, — пожала плечами та.

— Вот так всегда, — вздохнула Кэтрин, а затем спросила, взглянув