Рыжий и Полосатый - Андрей Олегович Белянин

– Лазутчик схвачен, господин лейтенант!

Глава пятая

Можете себе представить, какими словами ругался Полосатый, обнаружив наутро исчезновение друга. Отборные морские проклятия на трех языках густо висели в воздухе. В горячке Полосатый наорал на ни в чем не повинного Дезертира и даже вырвал сам у себя клочок шерсти из хвоста. Рыжему, наверно, очень икалось, так его вспоминали. Придя в себя, Полосатый пошевелил мозгами и быстренько сообразил, куда мог деться его неугомонный друг: «Опять подвиги совершает! Ух, попадется он мне…» И котенок и суслик двинулись по следам Рыжего. Однако не прошло и получаса, как Дезертир испуганно заверещал и встал столбом, отказываясь идти дальше.

– По-моему, крыс не видно, – невозмутимо заметил Полосатый.

– Крыса нет. Твоя сюда посмотри! – с суеверным ужасом показал лапкой бедный суслик.

Шагах в пяти от тропы, на мокрой от росы траве, темнел отпечаток лап исполинской собаки…

Рыжий гостил в плену. Крысы-разведчики доставили его в лагерь и привязали к пушке. От пережитых волнений котенок уснул и проснулся поздно утром, часов в одиннадцать. По лагерю взад-вперед сновали крысы. Их было много, очень много… Наверно, поэтому Рыжего даже не охраняли – куда тут побежишь… Впрочем, вскоре подошли четверо охранников и, отвязав лазутчика, повели его на допрос. В середине лагеря у шатра на полковом барабане сидела высокая толстая крыса в треуголке. Оглядев пленного, крысиный генерал визгливо заорал:

– Кто такой? Почему не в тюрьме? Где кандалы? Что делал в расположении части?

Рыжий сдвинул брови и совершенно ни к месту ответил:

– Щас как дам по уху!

Генерал был почти одного роста с пленным или даже чуть повыше и здорово развеселился:

– Ого! Какой шутник! Да ты, кажется, веселый малый – будешь у нас шутом! Напомни, чтобы я заказал тебе в столице колпак с бубенчиками!

– Трус и негодяй! – высокомерно протянул Рыжий. – Ты оскорбляешь пленного, пользуясь тем, что у меня лапы связаны.

– Ах ты, малявка! Да что бы ты сделал, если бы тебе развязали лапы?! Стоит мне моргнуть – и тебя разорвут на лоскутки! Эй, кто там есть – развяжите щенка!

– Пардон, это котенок, – вежливо напомнил худой адъютант.

– Наплевать! – визгливо отрезал генерал. – Ну ты, подойди сюда, я сам хочу посмотреть, какие у тебя потроха!

Рыжий растер лапы и ненавидяще глянул на крысу. А генерал веселился вовсю:

– Ну, что же ты стоишь? Ну ударь меня, попробуй! Вот как, боишься?! Запомните, солдаты, все кошки – трусы!

Солдаты радостно засмеялись, и в тот же миг Рыжий резко взмахнул лапой… Генерал отлетел на три метра в сторону и сбил знаменосца. Смех оборвался.

– Палача! Казнить мерзавца! – завизжал крысиный генерал. Поперек его морды алели четыре свежие царапины – след когтей Рыжего.

Несмотря на охватившую их ярость, крысы все же не рискнули броситься на юного героя кучей, а послали за палачом. «Неужели они надеются, что я дам себя повесить?» – удивленно подумал Рыжий.

Как это ни смешно, но, похоже, крысы именно так и думали. Они почему-то полагали, что осужденный на смерть сам полезет в петлю и оттолкнет скамейку. Появился палач. Небрежно оглядев Рыжего, он поправил черный колпак на голове и деловито произнес:

– Ну-с, молодой человек, не задерживайте общество. Генерал приказал вас казнить. Так что улыбайтесь шире, дышите ровнее и…

– Пошел вон, дурак! Меня один раз уже пытались повесить – шиш с маслом!

Удивленный палач повернулся к генералу:

– Он не хочет!

– Не хочет? – возмутилось крысиное войско.

А генерал даже начал заикаться от обиды:

– Я п-приказал тебя казнить! П-почему ты н-не хочешь вешаться? Это н-нечестно. Это же разв-вал дисциплины!

«Господи, куда я попал? Да они все тут просто сумасшедшие…» – подумал Рыжий, а вслух тихо спросил:

– Вы что, больные, что ли?

Крысы обиделись. Они окружили котенка и стали мягко подталкивать его к ближайшему дереву. Рыжий от души шваркнул одного, другого, а когда под руку попался палач, то досталось и палачу. Выплюнув два зуба, крыс-палач обиженно прошепелявил:

– Бешобрашие! Палащ – лишо неприкошновенное!

Рыжего сдавили со всех сторон, крысы наконец решили помочь осужденному, раз сам не торопится.

– Эй, вы чего? Пустите меня! Я не хочу! – отчаянно заверещал Рыжий.

Но его уже поставили на барабан и стали надевать петлю. Жестокая машина войны закрутилась, казнь ребенка была вполне в порядке вещей. Крысиный генерал осторожно потрогал расцарапанную щеку и громко скомандовал:

– В честь и славу нашего короля и всего крысиного народа, приказываю – повесить подлого кошачьего шпиона! Палач, начинай!

Зазвучала барабанная дробь, и вдруг, перекрывая ее, как гром среди ясного неба загрохотал оглушительный собачий лай. Рыжий не мог не узнать этот голос:

– Бум! Бумка! Бумушка-а!!!

Глава шестая

Что было дальше, угадать нетрудно… Два прыжка понадобилось Буму, чтобы добраться до Рыжего. А потом была даже не война, а трагикомедия. Рыжий никогда не видел Бума в таком гневе. Крысы летели будто щепки. Сенбернар в три минуты превратил крысиный лагерь в свалку. Говорят, отдельных крыс находили в ветвях деревьев почти за полторы мили от места побоища. Рыжий был спасен.

…Огромный пес и маленький котенок беседовали у костра в полночном лесу. У Бума в походной сумке оказались сухари, копченый окорок и глиняная бутыль с вином. Рыжий постепенно успокоился, пережитые волнения улеглись. Бум грыз окорок, отрезав кусочек для своего маленького друга. Рыжий отужинал и поудобнее зарылся в шерсть сенбернара, продолжая начатый разговор.

– Так, значит, ты меня искал?

– Угу, – подтвердил пес. – Сам понимаешь, обстоятельства чрезвычайные и король поручил это дело мне.

– Как все началось?

– А леший его знает… Всего через два дня после приезда в столицу нашего Добермана я получил срочную депешу: «На столицу напали вороны. Нужна помощь кошек. Обратиться лично к пану Коржику…»

– И что, много ворон? – поинтересовался Рыжий.

– Тучи! – вздохнул Бум. – Гонец прибыл весь исклеванный, бедный пес до сих пор не встал на ноги.

– Кошмар! И чего же они хотят?

– Вороны? Даже не знаю… Они летают, орут, клюются, пакостят, воруют, ведут себя самым наглым образом.