Заблудившийся звездолёт. Семь дней чудес. - Анатолий Иванович Мошковский

— Не беспокойтесь, всё будет в порядке! — ответил Колесников, и его голос тоже вылетел изо всех динамиков.

— Вы не прошли медосмотра и спецподготовки, необходимых при дальних полётах! — по-прежнему настаивал голос. — А главное, вы не достигли возраста, когда допускается самостоятельный полёт…

— А мы докажем, что имеем право на полёт! — прямо-таки захлебнулся от переполнивших его радостных чувств Колесников, и Толя представил на миг его счастливое, самоуверенное лицо. — Корабль-то отличный!

Глава 10

Прощай, Земля!

Неожиданно в динамиках что-то щёлкнуло, и голос с Земли оборвался. Но минуты через три в дверь отсека постучали, Леночка крикнула: «Войдите!» — и в дверь просунулась Алькина голова.

— Ребята, — сказал он прыгающими губами, — идёмте в салон, там Артём Колесников…

— Откуда он здесь? — испугался Толя.

Они вошли в салон и увидели на большом светящемся экране лицо всемирно известного пилота. Он смотрел на них совсем не сурово, не гневно, он даже вроде бы улыбался.

— Эй, племянник! — сказал он. — Как там у тебя дела?

— Нормально! — отозвался из рубки Колесников: он тоже видел на своём небольшом телеэкране дядю Артёма.

— Внимательно следишь за приборами? — Лицо пилота пристально смотрело на ребят.

— Слежу! Не беспокойтесь. Здесь полная автоматика!

— Полная, да не совсем… Вижу, ты плохо слушал меня и не всё понял… Итак, вы решили тайком, под покровом ночи, улететь на «Звездолёте-100»…

— Решили! — подтвердил Колесников. — Я рождён для скорости не на сто километров в час, а на тысячу, на две, на три и четыре, на сто тысяч!

— Если бы я знал, что ты безнадёжный хвастун и способен на такое, — сказал дядя Артём, — не позвал бы тебя тогда на этот звездолёт и ничего бы не показал на нём, и вообще…

— Не уговаривайте — не вернёмся! — ответил Колесников.

Лицо пилота исчезло, и на экране появилось служебное помещение космопорта.

— Ребята, вы улетаете без Планетного справочника, — сказал начальник, — его нет на корабле; в этом справочнике даны краткие сведения обо всех известных нам обитаемых и необитаемых планетах; не зная их, садиться на планеты рискованно, потому что…

— Как-нибудь сядем! — ответил Колесников. — На корабле есть книга поважнее, книга ярко-красного цвета, в ней описаны все возможные непредвиденные неполадки в «Звездолёте-100» и советы, как их устранить, — мне дядя Артём говорил… И ещё есть на корабле автомат, разрешающий выход наружу…

— Ребята! — строго сказал начальник космопорта. — Если вы сейчас же не измените курс и не вернётесь в Сапфирный, мы будем вынуждены вернуть вас магнитным арканом или даже выслать на перехват специальные звездолёты.

— Не беспокойтесь за нас, мы справимся!

Колесников, очевидно, нажал какую-то кнопку, потому что телеэкран неожиданно погас.

В салоне стало необыкновенно тихо, и в этой тишине послышался робкий, сдавленный голос Жоры:

— Что ж с нами будет? Ведь они же… Они же предупредили… Ой-ёй-ёй! И без справочника…

— Всё будет нормально! — сказал Толя и вспомнил, как Жора иногда подтрунивал над ним на Земле. — Не хнычь! Тебе это не к лицу…

— А скоро мы вернёмся? Скоро? — Жора с надеждой посмотрел на Леночку, потом на Альку.

— Там видно будет, — ответил Толя.

— Что, не очень скоро? Вы… вы что, правда? — спросил Жора. — Я ведь и дома никому не сказал, что улетаю…

— И мы не сказали, — ответил Алька. — Только записки оставили.

— А что мы будем здесь есть? — неожиданно спросил Жора. — Тут имеется какая-нибудь пища?

Толя, признаться, ни разу об этом не подумал: еда мало интересовала его, и он неуверенно сказал:

— Должна быть…

И тут из динамика, висевшего в салоне, раздался громкий и радостный голос Колесникова:

— Кому нечего делать, смотрите на Землю, она сейчас хорошо видна. В салоне под картиной есть окуляр электронно-оптического устройства.

Алька первый сорвался с места, нашёл в стенке, возле откидного столика, приборчик с закрытым окуляром, нажал белую клавишу под ним, прильнул глазом к открывшемуся отверстию и увидел вдали Землю небольшую, с яблоко, плывущую в густой темноте космического пространства, с одной стороны освещённую солнцем. Он видел её, удивительно похожую на уменьшенный школьный глобус со всеми его материками и океанами, видел её и не верил себе. Земля тускло мерцала в серебристом свете, и на ней явственно был заметен с малых лет знакомый контур Африки, пересечённый волокнами облаков Мадагаскар и тускло-белая шапка Южного полюса…

Отсюда, с корабля, Земля казалась совершенно необитаемой, нежилой и очень-очень красивой.

— Дай и мне посмотреть! — попросила Леночка, и Алька оторвался от окуляра.

— И я хочу, и я! — заёрзал, засуетился Жора и оттолкнул Альку, приставил глаз и долго с тоской смотрел на удаляющуюся Землю, потом встал, вытер рукавом лоб и тяжело вздохнул: — Исчезла… Пропала… Не видно больше… Прощай!

Глава 11

Урр-рра!

Звездолёт уходит от Земли; притяжение её всё уменьшалось; её уже почти не было видно — такой она стала маленькой и тёмной.

Немного освоясь, привыкнув к лёгкому скользящему свисту корабля, сидели четверо в салоне перед погасшим телеэкраном. А рядом с ними, за прозрачной дверью, восседал у пульта управления Колесников и уводил их звездолёт всё дальше от Земли.

Неожиданно плавное движение корабля прекратилось. Он пошёл медленней и стал отклоняться носом то вправо, то влево.

— Что это? — спросил Жора. — Двигатели не исправны?

— Всё в порядке! — заверил из рубки Колесников. — Земля пытается притянуть нас к себе магнитным арканом. Ничего у них не получится!

— Но они вышлют в погоню специальные звездолёты! — сказал Жора. — Они повернут нас к Земле!

— Так я и дамся им! Нет корабля быстроходней «Звездолёта-100»! — донеслось из рубки.

Звездолёт продолжало бросать из стороны в сторону, рёв и свист двигателей усилился: видно, чтобы преодолеть сопротивление и силу магнитного аркана, Колесникову приходилось гнать больше топлива в двигатели.

Толя напрягся в ожидании.

Глаза у Альки и Леночки были тревожные, и сидели они неподвижно, скованно. Лишь в глазках Жоры-Обжоры светилась надежда и радость: он мечтал, чтобы их поскорее захлестнул магнитный аркан, пересилил