Чужой муж - Харли Напьер

— Да, тет Люд, — поприветствовал женщину, поднимаясь на ноги и подходя к окну, внутри нарастало беспокойство, очень маленький был процент того, что родственница звонит просто так.

— Здравствуй, Алёша, — тепло проговорила женщина, — Как у тебя дела?

— Нормально, — скомкано проговорил и не стал тянуть, — Теть Люд, что-то не так? Какие-то сложности у Саши, что-то с ребенком?

— Нет-нет, Алёшенька, не переживай, там всё в порядке…, — она замялась, подбирая слова, а после попросила, — Ты не мог бы приехать ко мне? Есть разговор…

— Конечно, — напряженно отозвался, забирая пиджак с диванчика и направляясь на выход, — Скоро буду. Вы на работе?

— Да, — ответила тетя Люда, — Жду тебя.

Сжимая крепко руль, спешил в поликлинику, не понимая своего волнения и беспокойства, если с ребенком всё в порядке, от чего тогда меня не отпускает предчувствие чего-то нехорошего?

В кабинете родственница была одна, поднялась и с улыбкой приняла меня в свои объятия. Расспросив про мои дела и здоровье, она наконец-то перешла к сути нашей встречи.

— Алёш, — присматриваясь ко мне, спросила тетя, — Я знаю, что ты у Саши первый мужчина… Это она так сказала, или ты сам сделал такие выводы?

Меня вопрос поставил в тупик, многого я ожидал, но не этого.

— И она сказала, и в наш первый раз всё об этом свидетельствовало…, — неловко перечислял ей.

— Ясно, — вздохнула женщина, — То что я тебе сейчас скажу, по сути нарушает закон, но ты мне не чужой и промолчать с моей стороны еще большее преступление, — видно было, что для тети не просто говорить, — Об этом будем знать только мы с тобой, договорились?

— Конечно, — нахмурился не понимая к чему она ведет.

— За свою практику я видела всякое, но Саша смогла меня удивить, — горько хмыкнула женщина, — Изначально мне показалось странным, стойкое нежелание девушки наблюдаться у меня. Потом она находила тысячу причин не приносить свою карточку. Меня это натолкнуло на определенные нехорошие мысли. И я не ошиблась. Благо, сейчас все анализы и записи хранятся в электронном документообороте, да и за годы работы у меня немало знакомых в гинекологии…

— Тет Люд, не тяните, — поторопил ее, не в силах больше оставаться в неведение.

— Саша не была девствинецей на момент вашей близости, — огорошила меня она.

— Да, нет, — не поверил ей, — Ерунда какая-то… И кровь была и я чувствовал.

— Алеш, — перебила меня тетушка, — Сейчас не проблема восстановить девственность. Я не пытаюсь очернить непорочную девушку, тем более знаю, насколько сильно Оксана гордиться такой невесткой… Но факты упрямая вещь. Дело в том, что за год до беременности Александра делала аборт. После прохождения лекарственной терапии, девушка полностью восстановилась, но ты же должен понимать, что у девственницы такого быть не может…

Я сидел, как мешком по голове ударенный. Лгала… Обвела вокруг пальца, корчила из себя овцу невинную, а на деле… Меня замутило от столь ошеломляющей новости.

— Я понял, — холодно произнес, желая придушить Сашу, — Вы маме не рассказывайте только…

— Ты что, Лёш, — всплеснула руками она, — Я очень надеюсь, что ты тоже будешь молчать. Всё же я нарушила врачебную тайну…

Распрощавшись с родственницей, несся домой, как угорелый. Мне нужно было увидеть Александру, услышать, что она скажет в свое оправдание.

Новоиспеченная жена лежала на диване с телефоном в руках и залипала в него. При моем появлении она встрепенулась, поднялась на ноги и стала судорожно собирать фантики от конфет с пола.

— Лёшенька, а ты чего не предупредил? Я бы кушать приготовила…, — елейным голосом пропела эта дрянь.

— Сколько их было? — сатанея рявкнул так, что она подпрыгнула на месте и выпучила свои глаза.

— Кого? — поразилась она, не понимая вопроса.

— Сколько мужиков у тебя было до меня? Сколько абортов ты делала, Сашенька? — наигранно мило поинтересовался.

До нее дошло, взгляд стал холодным, с нее тут же спало всё напускное радушее.

— Какая разница? Тетка растрепала? — хмыкнула она, — Да, ты был не первым… Меня изнасиловали, Лёша! — выпалила она, резко начиная рыдать, — Я боялась, что ты мне не поверишь…

— Я и не верю, — жестко осадил ее, — Наелся твоей лапши. Изнасиловали? Кто? — требовательно бросил ей, подходя ближе.

— Какая разница? — выдала она опять возмущенно.

— Большая, ты завралась, дальше не куда. Из-за тебя я…, — кричал уже не сдерживая себя.

— Что из-за меня? — не менее эмоционально закричала Саша, — Со своей овцой развелся? Можно подумать, она святая? Чего у вас детей не было? Абортов у нее самой пади было не счесть…

Схватил ее, встряхнул так, что у нее зубы клацнули.

— Закрой свой поганый рот, — ледяным тоном прошипел, понимая, что сейчас готов убить ее, — Никогда больше не говори про Наташу в таком ключе… Никогда больше не сравнивай себя и ее… Ты и близко не стояла…

Ножом по нервам было упоминание имени бывшей жены, той у которой я действительно был первым и единственным, той, которая никогда мне не лгала и не делала абортов…

— А то что? Ударишь? Ты, Лёшенька, и развестись со мной теперь не можешь. По закону с беременными не разводят. А ударишь, я на тебя заяву накатаю, понял? — насмешливо выдала эта… приличных слов в голове не находилось.

— Если бы не твоя беременность, плевать мне на твои заявы… Прибил бы, — выдохнул зло, — Слушай сюда, — схватив ее за шею, прорычал, — Как родишь, сделаем тест ДНК. И не забывай, всю жизнь беременной ты ходить не будешь…

— Больно! — завизжала она, — Пусти придурок! Первым он быть захотел! Потянуло на девочек! Козлина!

Толкнул ее к стене и впечатал со всей дури кулак рядом с ее головой. Она запищала, закрывая голову руками и зарыдав, медленно опустилась на пол.

У меня душа горела, мышцы скручивало от бессилия, а из разбитых костяшек потекла кровь. Руку ломило от боли, но это чувство было ничем по сравнению с тем, что творилось в душе.

— Алёш, — размазывая