Гордеев – дракон на минималках. Том 2 - Валерий Юрич

В это время воробей-шпион летел высоко над нашей машиной, показывая путь своему хозяину. Отлично, значит хотя бы временно он нас не слышит.

— За нами хвост, — сказал я Сундуку. — Черный тонированный седан сейчас выскочит за нами из-за поворота. Это имперские следаки. Раньше не мог сказать, они прослушивали.

Сундук обернулся и посмотрел в окно заднего вида.

— Твою ж мать! Нахрена ты им сдался?

— Это связано с графом Суворовым. Он сейчас в розыске. Большего не могу сказать.

— Хм. Не может он, видите-ли, — хмыкнул Сундук. — Куцый, — обратился он к бойцу на переднем пассажирском сиденье, — сообщи второй машине, чтобы сняли с нас хвост.

Тот передал по рации приказ Сундука и ориентировку на черный седан. Через пару минут мы заехали в узкую улочку и машина сопровождения, резко дав по тормозам, перегородила проезд. Черный седан, дополнительно заблокированный еще и сзади идущей машиной, остановился и вскоре остался далеко позади. Воробей, пролетев за нами положенные сто метров, шмякнулся о невидимую стену и беспомощно спикировал вниз. Пушистик, пролетая над ним победоносно что-то прокричал, явно, показывая несчастной пигалице язык.

Ура! Наконец-то я скинул хвост. Этот серый костюмчик со своим писклявым воробьем уже, если честно, порядком меня достали. Теперь надо с Сундуком разобраться.

— Позвонить можно? — буркнул я.

— Кому ты, нах, звонить собрался? — угрожающе спросил барон.

— Боярскому, — невозмутимо ответил я.

— К-кому, — растерянно спросил, заикаясь, Сундук.

— Боярский сказал — звонить, если я во что-нибудь вляпаюсь, иначе к херам меня убьет, а заодно и всех, кто рядом был. Не знаю, как вы, а я еще жить хочу.

Видно было, что все в салоне вдруг заметно присмирели — водитель даже радио выключил. Я невозмутимо достал смартфон и набрал Боярского по видеосвязи. После долгого дозвона он наконец-то снял трубку.

— Что там у тебя? И почему по видеосвязи? — нетерпеливо спросил Стас, запахивая халат на голом мускулистом торсе. Сзади мелькнула кровать с двумя обнаженными красотками.

Боярский оглянулся к ним, и отвернув телефон, что-то тихо сказал обладательницам сексуальных фигурок.

— Мля, ты меня сейчас от такого важного дела оторвал, — бодро потягиваясь и широко улыбаясь, сказал Боярский.

В машине воцарилась гробовая тишина. Сынок Сундука не только перестал тихо постанывать, но, кажется, вообще забыл, как дышать.

— Станислав Викторович, меня ваш бравый боец, барон Сундуков, убивать везет. Сначала в бетон, говорит, а потом в круиз на дно Финского.

Боярский подавился вискарем, который только что блаженно начал цедить.

— Кха-кха, — откашлялся он. — Это нихрена не смешно, мля!

— Это вы барону Сундукову скажите, — и я повернул камеру на резко побледневшего Сундука.

— Ваше си-сиятельство, он моего сына того… этого… — начал растерянно заикаться барон.

— Значит, слушай сюда, Сундук, — Боярский отчеканивал каждое слово. — Боец ты, конечно, очень хороший, но, если хоть волос упадет с головы барона Гордеева, будешь иметь дело лично со мной, понял?

Сундуков нервно кивнул и непроизвольно икнул.

— А Тимофей твой давно ремня отцовского просит, мля! Люди на него жалуются, что беспределит он прямо у меня под носом и на моей территории. Разберись там сам, в чем дело. И если барон Гордеев накосячил, то пиши рапорт на мое имя, что да как, а я уж сам с ним разберусь. А вот если это твой сынок снова кого-то обидел, то ты уж, будь добр, по всей строгости с ним, по-отцовски, как следует! А то придется мне… сам понимаешь.

Сундук снова быстро кивнул.

— Да, и, если Тимофейка твой поломал там что-нибудь или другой какой ущерб причинил — возмести и извинись — и от себя, и от моего имени. Все-таки мы тут все одна семья, вроде как, и вместе отвечаем за проступки наших отпрысков. В общем, барон, я на тебя рассчитываю — не подведи, — уже совсем смягчившись закончил Боярский и сбросил звонок.

Машина остановилась в каком-то захолустье, и в салоне повисло напряженное молчание.

— Ну давай, — наконец, хрипло проговорил барон, обращаясь к сыну, — рассказывай, что там было.

— Эта чертова прислуга не хотела нести нам пиво, — промычал сквозь сломанную челюсть Тимофей. — Я просто немного прикрикнул на нее, а этот, — он хмуро кивнул в мою сторону, — в драку полез.

— В драку? — хмыкнул Сундук. — На тебя? Прям так сразу и полез? — Барон недоверчиво посмотрел на меня и на сына, сравнивая наши габариты и весовые категории. — Вас же там четверо было.

— Ну, не прям сразу, — протянул Тимофей и замолчал.

— Ты… кхм, вы что скажете, барон? — Сундук внимательно посмотрел на меня.

— Что бы я не сказал, вы все равно не поверите, — пожал я плечами.

— Хм, откуда хоть вы все такие умные беретесь? — Начал раздражаться Сундук. — Короче, некогда мне тут с вами рассусоливать. Ща просто память твою вскрою, — он гневно глянул на сына, — чтобы уж, так сказать, из первых рук…

— Не надо отец, — вдруг заканючил младший Сундуков. — Мне больно, отвези меня к доку… Я, кажется, сейчас сознание потеряю.

Сундук прям-таки побагровел от ярости.

— Что-ты ноешь, как баба, мля. Не позорь меня перед пацанами, — с отвращением сказал он, глядя на сына. — Барон, вы не могли бы немного подождать снаружи, — обратился он ко мне. — Обещаю, это не займет много времени.

Он вылез из машины и, выпустив меня, забрался обратно. Я даже Пушистика не стал отправлять, чтобы послушать, о чем они там мирно беседуют, и так все было ясно.

Продолжалась экзекуция минут пять, не больше. Затем задняя дверь открылась и багровый от гнева Сундук, еле сдерживаясь, позвал меня обратно в салон. Я уселся на этот раз с краю и мельком увидел зареванную физиономию младшего Сундука.

— Значит так, барон, мы сейчас, если вы, конечно, не против, вернемся к этой бедной девушке и, — Сундук гневно посмотрел на сына и громко сказал ему прямо в ухо, — извинимся, да?

Младший Сундуков затравленно кивнул.

— А потом я вас, если вам нужно, отвезу, куда скажете. И только после этого, — он снова окинул сына гневным взглядом, — мы поедем к доку. Приношу