Тридевятое. Книга первая - Ирина Кизимова

Иван вымученно улыбнулся:

— Вам спасибо за полезный урок, в царском тереме таким мастерством не овладеешь.

Наконец, убираясь от пчёл, и отставив опостылевший царевичу дымарь, они прошли в помещение, где качали мёд. Дети пчеловода так же были тут, они сидели на лавке и лепили какие-то замысловатые фигурки из воска. Сначала нагревали его, растирая между ладошек, а затем мяли уже получившуюся мягкую массу, придавая ей задуманную форму. Иван в последний раз прокашлялся, пытаясь избавить лёгкие от дыма, тем самым привлекая к себе внимание младших.

— А, это детки мои. Митька да Глашка. — представил ребятишек пчеловод, потрепав их по светлым головкам.

— А это настоящий царевич, тятенька? — с любопытством спросила девочка, она была чуть старше своего брата и более разговорчивая, в отличие от неё мальчик настороженно рассматривал вошедшего с отцом гостя.

— Настоящий. — заверил её Иван-царевич, подходя к детям, с интересом рассматривая их поделки.

— Я о таких как ты только в сказках слышала! — восторженно заметила девчушка, а затем протянула Ивану нечто восковое похожее не то на кошку, не то на толстую курицу.

— Выглядит красиво! Ты такая маленькая, а уже батюшке помогаешь. — похвалил её царевич.

— Вот видишь, Митька, настоящему царевичу понравилась моя коровка, а ты заладил свинья да свинья! — показала язык младшему Глаша, на что только закатил глаза, пробормотав, что всё равно похоже на свинью.

Иван решил оставить свои догадки о названии данного животного при себе, боясь обидеть милую девочку.

— Совсем ты Сёма, Иван-царевича замучил! — заругала мужа вошедшая женщина, о подобных ей в народе обычно говорят — «кровь с молоком», препираться с такой бабой не имело никакого смысла. — И вы, бесята! Идите мойте руки и ступайте за стол. — она перевела добродушный взгляд на юношу. — Вы уж простите, Иван-царевич, но не отобедаете ли с нами? За честь это примем.

— С радостью приму ваше приглашение. — поблагодарил тот.

— Маменька. — позвал женщину Митька.

— Что такое, Митюшка? — ласково спросила она, поворачиваясь к младшему сыну.

— Как я руки-то буду мыть? Они же никогда после воска не отмываются! — пожаловался он.

— Ох, ну, просто протри мокрой тряпкой да ступай за стол.

Мальчик понятливо кивнул и убежал следом за сестрой и отцом. А Иван задумчиво застыл, переваривая услышанное.

— Вы в порядке, Иван-царевич? Я вам сейчас воды принесу умыться. — захлопотала женщина, по-своему растолковав поведение гостя.

— Нет-нет, всё хорошо. — заверил её Иван, а затем попросил. — Скажите, тётушка, можно ли будет купить вашего воска?

— Воск? — удивилась она, но всё же кивнула. — Конечно, мы подготовим всё необходимое.

— Благодарю за вашу доброту. — поклонился Иван, чем вызвал ещё большее смущение у женщины.

— Пойдёмте к столу, Иван-царевич, пусть и скромненько, зато всё вкусно. Я от бабки своей дар пышные пироги печь унаследовала. Попробуете — пальчики оближете!

Иван с радостью направился следом за ней трапезничать, надеясь, что приобретённый воск поможет ему решить отцовскую загадку.

* * *

— Вот такие дела. — протянул Марфе решето Василий после рассказа о странном испытании, заданном сегодня батюшкой.

Та без интереса повертела его в руках, совершенно не представляя, что с ним делать, сразу же передав его старшей подруге, которая рассматривала предмет уже более внимательно. Сразу после беседы с отцом, старшие царевичи, как и предполагал Иван, решили объединиться в хрупкий союз дабы разобраться с непонятным заданием.

— Говорю же, бесполезно это.

Отмахнулся Сергей, надеясь, что завтра батюшка объявит, что дал это поручение забавы ради и расскажет о настоящем. А настоящее в понимание Сергея было: куда-нибудь сходить и с кем-нибудь по-мужски разобраться, на крайний случай пойти на поиски какой-то диковинки и там по пути тоже с кем-нибудь разобраться.

— Есть ли мысли какие, Олюшка? — спросил Василий, пропустив мимо ушей слова брата.

— Носить в воду в решете — это небылица, любой ребёнок знает. — протянула Марфа.

— Да, но раз царь-батюшка дал вам это испытание, то существует решение. — задумчиво произнесла она. — Если подумать, то решето похоже на обычное дно ведра без множества отверстий. Стало быть, надо дырочки чем-то замазать, тогда можно будет зачерпнуть воды.

— Ты такая мудрая, сестрица! — восхитилась подругой Марфа.

— И чем ты предлагаешь мазать? — заинтересовался Василий, радуясь, что у него такая умная жена в отличие от старшего брата.

— Хм… — задумалась девушка. — Можно использовать глину или ил, наверное, этого будет достаточно для того, чтобы закрыть дырки. Только делать это нужно аккуратней.

— Тогда пошлём служек за глиной и илом, а вы займитесь работой. — строго наказал Сергей, его совершенно не волновало мнение девушек на этот счёт.

— Спасибо за помощь, Оленька. — елейно поблагодарил Василий. — Я пойду братцу с помогу, а то просить прислугу о помощи дело нелёгкое, и поспешил скорее скрыться за дверьми следом за братом.

— Фу, какой же он грубиян. — скривилась Марфа, как только шаги царевичей больше не слышались из коридора.

— Потерпи, он недолго будет тебе докучать, при первой же возможности на войну двинется. — успокоила её Ольга.

— Хорошо тебе говорить, Василий хоть ласковый!

Старшая поморщилась, всем своим видом показывая, что она думает о будущем супруге:

— Ласковый он со всеми! — покачала она головой. — Ты же знаешь, какие слухи о нём ходят.

— Знаю, служки говорят, он страшный бабник! Ни одна юбка мимо него не пройдёт!

— Марфа!

— А что? Так и есть! Ни одной девки не пропустит. Видела, как он вчера на Василису пялился? Только Иван отвернётся, он тут же её в свои сети поймает.

— Знаю я. — согласилась Ольга и тяжело вздохнула, отложив решето. — И сразу знала, на что шла, когда мы пошли на сделку с той девкой. Ты, кстати, видала её?

— Не, слыхала только, что она так на кухне и работает. — пожала плечами Марфа. — Мы со своей стороны все условия выполнили, она тоже, больше незачем с ней связываться.

— Ты права. Мы больше не должны об этом беспокоиться.

— Настоящие стрелы всё равно никто не найдёт, Ольга, тебе не о чем тревожиться.

— Сколько раз просила