Измена. Ты нас предал, Дракон! - София Руд

Малыш заливается плачем. Нужно его хотя бы покачать, но как это сделать на людях? Беременная живот свой трясет? А слышать я это не могу, сердце рвется. И войти в дом без медведя нельзя.

Вижу проулок. Вроде, народ, туда не часто забредает. Там и спрячусь, пока медведь не вернется.

Едва заворачиваю за угол, как застываю на месте.

Эти платиновые волосы. Острые зеленые глаза.

Тильда!

Глава 14. Тебе не понравится то, что я сейчас скажу.

Я забываю, как дышать, глядя на эту змею. Внутри все замирает, а затем медленно раскаляется. Сердце трещит от боли и сквозь скалы течет обжигающая лава.

Хочу вцепиться ей в волосы. Хочу закричать, узнать, что же в этом мире есть такого, ради чего она пошла на все это?!

Она не просто спала с моим мужем за спиной, она оболгала меня. Нас с малышом. Обоих хотела отправить на смерть!

Тильда хмурится, замечая мой взгляд, а я все сильнее хочу вцепиться в нее. Но понимаю, что ничего не могу ей сделать. У меня ребенок на руках. И нас повсюду ищут стражи.

Да, нас ищут, точно преступников, пока настоящая злодейка вольно разгуливает по городу. Что ж не в постели Рида?

Больно.... Невыносимо!

– Мы знакомы? – спрашивает она и смотрит так, что я горько сожалею о том, что не убежала сразу, как только увидела ее.

От мысли, что Тильда узнает меня сейчас и донесет, внутри все холодеет. К ненависти примешивается панический страх.

Нужно ответить. Притом спокойно и отстраненно. Но как, когда горло сжимает стальная лапа? Слезы ползут к глазам.

Слова не идут. Я себя подставляю. Просто мотаю головой и хочу уйти, а это дает ей еще один повод меня подозревать. Замечаю, как она успевает скользнуть взглядом к моему животу.

Какая же я идиотка! Идет за мной?!

Куда мне деться? К гостевому дому нельзя. А если догонит? Если стражников позовет?

– Тильда! – кто-то окликает ее. Голос не узнаю, да мне и не важно. Главное, она останавливается, но все еще прожигает меня взглядом.

О боги, как же я могла так себя подвести?

Заворачиваю за угол, кидаю назад еще один взгляд – Тильды нет. Лишь край ее зеленого платья мелькает за стеной здания, а затем исчезает.

Внутри все дрожит. Припадаю спиной к кирпичной стене и стараясь выровнять дыхание. Дэриэл все еще беспокоен. Голодный. А всюду шмыгают люди.

От того всего мне хочется просто сесть и заплакать от бессилия. И когда-нибудь я это себе позволяю, но сейчас нужно бороться. Ради моего маленького сыночка….

Вам знакомо это чувство, будто дышишь болью? А когда сглатываешь, во рту горечь и кислота. Оно не покидает меня с того самого дня, а порой становится совсем невыносимо. Будто я не человек, а истерзанная дышащая плоть.

– Мэри, вот ты где! – выдает медведь, приближение которого я даже не заметила.

Соизмеряет внимательным взглядом, а затем кивает.

– Понятно, ты тут без меня не скучала. Пойдем. Внутри все расскажешь.

И я иду на ватных ногах к гостевому дому. Полноватая дама приторно улыбается и провожает нас на второй этаж.

Из-за своих мыслей, будто теряющихся между явью и прострацией, я не сразу соображаю, что нас определили в одну комнату. А когда до меня это доходит, понимаю, что даже сказать ничего не могу. У меня ни средств, ни прав. Мы с сыном до сих пор живы только благодаря чужой милости. Но все это… неправильно.

– Я попросил соседнюю комнату для “повитухи”, – усмехается медведь, внимательно глядя на меня. – Но жить она будет с тобой, а я там.

Боги! Неужели, у меня все мысли были на лбу написаны?

– Повитуха?

Ответить медведь не успевает, так как в дверь стучат. А я вздрагиваю от каждого шороха, и в голове сразу мысль: “За нами пришли!”

Но нет. На пороге не стража, а миленькая шатенка в крестьянском, но красивом голубом платье и с внушительным свертком в руках.

– Знакомься, это Тира, дочь моего хорошего друга. Ей можно доверять, – сообщает Кирк.

– Мэ..ри, – вовремя соображаю я и вежливо киваю.

Девушка выглядит вполне дружелюбно и улыбается. А в карих глазах таится грусть. Нет. Не грусть, а сожаление, будто она знает мою страшную тайну. Кирк рассказал?

Кидаю на него взгляд, и медведь кивает.

– Ей можно доверять, – повторяет он, а затем раздает указания. Мне – привести себя в порядок и отдохнуть, а Тире позаботиться о малыше.

Дверь за Кирком плотно закрывается, а я в растерянности смотрю на девушку. Она мне нравится, но внутри будто что-то сломалось. Будто я вообще больше никому не могу доверять.

Нет. Я не должна позволить Риду уничтожить веру в людей. Я должна бороться.

– Мэл, – тихо называю ей настоящее имя. Пусть это будет мой первый шаг. И он далеко непросто мне дается. Даже голос проседает.

– Мелони Дидрих, – мягко повторяет она. Гоблины бы отобрали эту фамилию! – Я знаю. Я на вашей стороне, Ваша Светлость.

– Буду очень признательна, если вы будете звать меня просто Мэри.

– Конечно, – улыбается она и предлагает присмотреть за малышом, пока я буду принимать ванну. Но сначала мне нужно его накормить.

Как только кроха наедается досыта, мы несем его в ванную. Первые водные процедуры даются нелегко. Достаточно ли теплая вода, не попало ли в ушко – одни тревоги. Я хорошо помню уроки повитухи, но советы Тиры мне очень помогают. Более того, от знания того, что она вырастила сама всех своих младших братьев, становится спокойнее.

Я кладу малыша на постель, и только сейчас понимаю, что натягалась так, что руки и спина не гнуться. Оставляю Дэриэла с Тирой, потому что и самой в пору помыться, а сердце просится обратно. Мне не спокойно. Кажется, это паранойя.

Наспех принимаю ванну, не успевая даже насладиться, и возвращаюсь в комнату. Дэриэл уже не спит. Агукает и улыбается Тире. Она смотрит на него с таким теплом, что мне становится стыдно за свои мысли. Нужно верить людям. Не сразу. Но нужно. Как минимум Тире. Тем более Кирк ей доверяет….

В том свертке, который принесла девушка не только одежда для Дэриэла, но и платье для меня.