Шторм в сердце империи - Ян Анатольевич Бадевский

— Под подбородком слева, — говорю я, материализовавшись у всесильного господина за спиной. — Надо бы ещё немного пройтись.

Волконский вздрагивает и смотрит на меня в зеркало. Разумеется, он видит чёрную тень, прилипшую к двери ванной. И не понимает, как тень научилась разговаривать. А тут всё просто: мои голосовые связки никак не зависят от восприятия стороннего наблюдателя.

Князь выключает бритву.

Настроение у него явно испортилось.

— Ты кто такой?

— Важно не это, — говорю я. — А то, что я могу с вами сделать.

— И что ты можешь?

— Абсолютно всё.

Волконский резко выбросил руку и щёлкнул клавишей, вмонтированной в боковую часть зеркала. Воздух на многомерном уровне завибрировал от напряжения, а в разных уголках ванной комнаты на стенах проступили Знаки. Многоуровневые каббалистические цепочки, связанные геометрическими линиями в единое целое.

— Хорошая попытка, — оценил я. — Продолжим заниматься глупостями?

Туман приглушал звуки наших голосов, но только в восприятии Волконского.

Князь развернулся.

Уставился на меня.

— Что ты такое?

— Ответ «тень» не устраивает?

— Знаешь, не очень.

— Тогда разрешите представиться, князь. Барон Сергей Иванов.

На осмысление услышанного Волконский потратил всего несколько секунд. За эти секунды в его глазах проступило понимание. И всё же, он решил уточнить:

— И какова цель вашего визита, барон?

— Гамовы отправили к моим владениям пятнадцать десантных цеппелинов. Я вполне способен их уничтожить, но погибнет много людей. А кроме того, Гамовы не успокоятся.

— Хм, — лицо князя стало задумчивым. — Уничтожить пятнадцать дирижаблей?

— Уничтожить тех, кто на них летит, — пояснил я. — Аппараты я заберу в качестве трофеев.

Пауза.

— Я многое слышал о вас, барон. Думаю, вы способны привести свою угрозу в исполнение. Но вы же понимаете, что Гамовы в моём клане? Потянете войну с Домом Волка?

— Полноценную войну не потяну, — признал я. — Вы и сами понимаете, что задавите мою гвардию военной мощью.

— Тогда на что рассчитываете? У меня не останется выбора. Я обязан вступиться за своих вассалов.

— Это я понимаю. Но хочу предупредить, что не планирую действовать в рамках привычных военных стратегий. Если моему Роду будет угрожать опасность, я не отправлю свою гвардию в заведомую мясорубку. Вместо этого я начну вырезать верхушку вашего клана. И начну с вас.

Глаза Волконского опасно сузились.

— Вы хорошо понимаете, что сейчас сказали, барон?

— Я — да. И то, что мы сейчас с вами беседуем в этой ванной комнате, говорит о многом, не находите? Я могу проникнуть куда захочу и ликвидировать всех, кого посчитаю нужным. Вопрос в том, хотите ли вы это проверять.

Лидер клана держался хорошо.

Никаких признаков страха, паники, желания уступить. Но он знал обо мне, читал доклады службы безопасности. Вероятно, с кем-то консультировался. Это было видно по глазам. Князь просчитывал варианты, в том числе крайние.

— И чего вы хотите, барон?

— Гамовы не объявляли мне войну официально. У них для этого нет повода. Вы знали, что у них негласный военный союз с Раевскими из Дома Медведя?

Вижу — неприятный сюрприз.

Информация лидеру клана не понравилась.

— Это не голословное утверждение, — мягко произнёс я. — Могу предоставить слепки. Да, они враждовали, но это в прошлом. Сейчас главы Родов решили, что нужно объединиться против общего врага. Меня.

— Никаких военных союзов между Родами из разных кланов быть не может, — отрезал князь.

Пожимаю плечами:

— Ваши вассалы. Не мне указывать, как с ними поступать. Сейчас я хочу лишь одного: отзовите дирижабли Гамовых. А там уж решайте, что делать с Альбрандом и его бандой.

— Если официальной войны нет, — мрачно произнёс Волконский, — они не имеют права ни на кого нападать. Как далеко они успели зайти?

— Подозреваю, что им лететь около восьми часов. Раевские прибудут быстрее, но там не столь мощный ударный кулак.

Я видел, что внутри Волконского бушует плохо сдерживаемая ярость.

Аристократы, которых лидер ввёл в правящее ядро, всадили нож в спину. Не просто подставились, закатывая под плинтус репутацию клана, но и ухитрились заключить негласный союз с конкурентами. Что вообще недопустимо. Политический расклад в РИ таков, что Волки традиционно грызутся с Медведями и Эфой. И что бы не думали простые жители Фазиса, но именно москвичи — главная угроза для Сибири. У них пересечения интересов как на севере, так и в окрестностях Урала. А ещё, частично, на Поволжье, — там, где не всё подгребла Казань. Я уж молчу про нескончаемые разборки из-за контроля над СМП, Северным морским путём.

— Дирижабли повернут к Никополю, — процедил Волконский. — Не потому, что ты угрожаешь. А потому, что я должен разобраться с этим дерьмом в своём клане. Ты говорил, что сможешь прислать слепки.

— Вам удобно через телепата или морфиста, князь?

— Без разницы. Главное — побыстрее.

— Тогда снимите блоки. В ближайший час с вами свяжется Ольга, мой телепат. У нас есть неопровержимые доказательства того, что Гамовы встречались с Раевскими в Екатеринбурге.

— А я-то думаю, — не выдержал князь, — с какого перепуга они перестали подличать и подсылать друг к дружке наёмников?

Я хмыкнул.

— Теперь вы всё знаете.

— Я разверну дирижабли, — твёрдо заявил Волконский. — Слово князя.

— Благодарю. Надеюсь, и я вам помог в чём-то, Родион Иванович.

— Есть немного, — признал князь. — Только… в следующий раз надо бы обойтись без спецэффектов, барон. А то, неровен час, запишу во враги. У меня секретарь есть. И приёмная уже работает, если что.

— А вы бы меня приняли? — с сомнением в голосе произнёс я. — Никому не известного барона с юга? Вольного аристократа в первом поколении?

Князь смутился.

— Ну…

— Вот-вот. И всё же, господин Волконский, вы должны помнить, что я — везде. И всегда рядом. Это не угроза и не предупреждение. Просто факт.

— Я услышал, — сухо отреагировал князь.

— Тогда до свидания. Скоро с вами свяжется мой телепат.

Многомерность отступила из княжеского дворца.

И я вместе с ней.

* * *

Слепки я перекинул князю минут за пятнадцать.

Принял кофе из