Одержимость Севера - Ира Далински

Однако в памяти слишком хорошо свежи его слова тогда в больнице.

Он обещал, что…

— Ты здесь работаешь?

Голос у него всё такой же — низкий, бархатный, спокойный, будто ночью в горах.

Я сглатываю. Настя рядом вся съеживается. Уже по опыту определяет опасно-влиятельных гостей.

— Да. — отвечаю сухо, стараясь не дрогнуть. — Вы что-то заказываете?

Он медленно оглядывает зал своими холодными голубыми глазами, потом снова смотрит на меня.

— Столик на одного.

Я киваю, беру меню и веду его к свободному месту у окна. Руки не дрожат. Надо же.

— Как мать? — спрашивает он, когда я ставлю перед ним стакан воды.

Мы сейчас похожи на двух соседей, которые просто давно не виделись.

— Жива, — отвечаю, не глядя.

Север усмехается будто знает, что я намеренно ухожу от темы. Потом я вспоминаю кое о чем другом.

— Вы оплатили лечение мамы. Я тогда в больнице… не знала. Несмотря на то, что все наши проблемы связаны с вашим именем, я… благодарна.

Льдистый взгляд снизу вверх.

— Мы снова перешли на «вы»?

Но я ничего больше не отвечаю. Коллеги и так смотрят на нас во все глаза, наверняка еще и менеджер по камерам следит.

— Я слышал, Антон вернулся.

Я замираю. Перевожу взгляд с солонки на мужчину.

— Откуда вы знаете?

Он пожимает плечами.

— Я много чего знаю.

Я давлю в себе отчаянный вздох, передаю меню. Хочу предложить что-то на свой вкус, но в этот момент дверь ресторана распахивается, и в зал влетает…

Красивая, эффектная брюнетка в дорогом меховом пальто, с ярко-красными губами и взглядом хищницы. Ее глаза сразу замечают… Севера?

Игнорируя всех вокруг, девушка подходит к нашему столику.

— Ну, наконец-то! — её голос звонкий, нарочито милый. — Я тебя весь день ищу! Ты обещал обсудить наше… свидание.

Украдкой смотрю на мужчину. Север даже бровью не повёл.

— Я сказал — вечером.

Девушка надувает губы, потом замечает меня. Её глаза сужаются. Мне хочется слиться с мебелью от ее опасного прищура.

— Чего уставилась? Принеси мне воду с лимоном.

Север резко отодвигает стул. Как бы для дамы, но как-то… слишком некрасиво сделал.

— Повежливей.

Брюнетка сразу меняется в лице.

— Ты что, защищаешь какую-то официантку?

Я сжимаю руки, чувствуя, как что-то странное печет в груди.

— Позовите, как надумаете.

Север смотрит на меня, и в его глазах вдруг появляется что-то похожее на мимолетное спокойствие. Я вижу, каким взглядом он встретил эту незнакомку и как его лоб чуть разгладился, стоило ему повернуться ко мне.

Да, нет. Просто показалось.

— Иди, Влада.

Я ухожу.

Но знаю, это ещё не конец.

Пока брюнетка капризничает, а Север терпеливо игнорирует её, я наблюдаю издалека.

Почему он здесь?

Неужели правда просто поесть? Но он даже не заказал ничего. Сидит и выслушивает стрекотание этой наглой мажорки. Ну, а кто она еще? Сидит такая расфуфыренная в модных шмотках. Телефон вон… последней модели.

Это его девушка?

Так легко нашел замену?

Ну, почему легко? Прошло три месяца как никак и к тому же, кто я и кто Север, чтобы не найти замену?

Да на него девчонки сами прыгают! Причем даже просто так.

Я сжимаю кулаки.

Влада, о чем ты думаешь?

Он отпустил меня.

Тогда почему мне так тяжело дышать? Почему в груди шевелится что-то острое дикое, когда я смотрю в его глаза, направленные на другую?

Глава 15

Север

Сегодня снова выбрал ресторан наугад. «Рыбный причал» на углу Невы и Гороховой. Ничем не примечательное место. Катя бы ни за что сюда не сунулась. Глупая сучка Старика преследует меня как кумира, а папаша и рад, что дочка не ему мозги пилит.

Я закуриваю у входа, резко втягивая морозный воздух. В голове звучит очередная мысль — она может быть здесь.

Глупость. В городе сотни заведений. Звёздочка может работать где угодно, но я снова ловлю себя на том, что иду в очередной ресторан — не по делу, не на встречу, а просто так. На автопилоте.

Каждый день — новое место.

Каждый вечер — новый бар.

Бред, однако ноги сами несут меня внутрь. Я мог бы дать одному из своих звонок и через час мне бы доложили, где она, с кем, чем занимается.

Но я не стал.

Потому что отпустил.

Или так хотел думать.

Я шагаю внутрь, машинально оглядывая зал. Первое, что бросилось в глаза — касса.

А там…

Галлюцинация.

Точнее силуэт, похожий на нее.

У кассы стоит девушка, поправляя платиновую прядь, выбившуюся из хвоста.

Спина. Узкая, гибкая, с двумя едва заметными лопатками под тонкой тканью рабочей блузки. И этот жест — нервное покусывание губы, когда считает сдачу.

Она.

Не призрак. Не игра моего воображения.

Влада.

Живая.

Настоящая.

Без страха в глазах.

Без дрожи в руках.

Без меня.

Мои пальцы сами собой сжимаются, оставляя вмятины на пачке сигарет в кармане. Сердце ударило один раз — мощно, болезненно, будто пробивая бетонную стену в груди.

Всего лишь вид девушки и уже теряю хватку.

Я резко выдыхаю дым, заставляя себя двигаться. Шаги даются тяжело, будто иду по колено в ледяной воде. Каждый нерв в теле кричит, что надо развернуться и уйти. Но я продолжаю — слабость не позволил себе даже в мыслях.

— Вам чек?

Ее голос ударил, как электрический разряд. Тот самый. Немного хрипловатый от недосыпа, но чистый, как лезвие.

Она оборачивается. И застывает.

Глаза. Эти проклятые голубые глаза расширились, зрачки мгновенно сузились от шока. Я вижу, как по ее шее пробежала волна мурашек, как сжались тонкие пальцы вокруг блокнота.

Страх? Да. Но не только.

Ненависть тоже.

И еще…

Я не успел дочитать — она резко взяла себя в руки.

— Вы что-то заказываете?

Голос ровный, но в нем звучит сталь.

Фраза вылетела сквозь стиснутые зубы. Ах, вот ты какая теперь. Она научилась держать удар — это я мог оценить. Голос почти не дрожит. Почти.

— Столик на одного.

Мой же собственный звучит чужим, глухим, пересохшим. Я соглашаюсь на место у окна, откуда могу видеть весь зал.

Видеть ее.

Каждое движение.

Каждый вздох.

Она повела меня, сохраняя в метр дистанцию. Запах цветов ударил в нос, как тогда в машине. Как на моей коже после.

Сажусь. Меню в