Из России с Малфоем - Alteya

В спальню Малфоя левитировали после долгожданного ухода Лорда — и когда тот, наконец, хоть и с трудом, но всё-таки открыл глаза, Нарцисса, сидевшая рядом с ним, выдохнула и, коснувшись его щеки, позвала:

— Люци! Дорогой, как ты?

Родольфус с Уолденом переглянулись со смесью облегчения и тревоги: хорошо, что тот очнулся, но уж очень много времени ушло на это.

— Люська, сука, урою! — гнусаво ответил Малфой. — Пасть закрой!

Нарцисса вздрогнула и испуганно глянула на зятя. Родольфус тут же подошёл, наклонился над Малфоем и позвал:

— Люци! Узнаёшь меня? Отойди на всякий случай, — негромко сказал он Нарциссе, и она, побледнев, встала и остановилась в паре шагов от кровати. МакНейр подошёл к ней и взял за руку — она сжала пальцы и так замерла, неотрывно глядя на мужа.

— Пошел на хуй, пидарас! — ответил Родольфусу Малфой. — Люська, падла, ты кого сюда притащила, проблядь?

Под молниеносным Силенцио он умолк, продолжая, впрочем, беззвучно открывать и закрывать рот. Родольфус, наложивший на него это заклинание, озадаченно нахмурился и, глянув на Нарциссу, хмуро попросил:

— Приведи Мальсибера. Что-то тут не то — а я боюсь лезть. Пусть посмотрит. Уолли, проводи её, — мягко то ли попросил, то ли велел он, а когда они ушли, снял заклятье и спросил: — Кто такая Люська?

— Блядь она! — ответил Малфой, глядя на него мутными глазами. — А вот кто ты, урод?

— Вопрос в том, кто ты, — медленно проговорил Родольфус, пристальнейше разглядывая Малфоя. Что-то в нём было не так — он не знал, что именно, и не смог бы сформулировать. Другой взгляд? И эти странные слова, некоторые из которых он вообще не знал, а другие попросту не мог представить в устах Малфоя. Нет, ругаться тот, конечно, мог — но не как босяк из Лютного! Что произошло?

Нарцисса вернулась очень скоро — приведя не только Мальсибера, но и, почему-то, Долохова, с порога мрачно что-то буркнувшего и уставившегося на так и лежавшего Малфоя.

— Погляди, что с ним такое, — попросил Родольфус у Мальсибера, придвигая тому стул. — Если в состоянии, конечно — тебе тоже досталось.

— В состоянии, — ответил тот и, глянув на Малфоя, сказал: — Люци, извини. Смотри мне в глаза.

— Да щаз! — ответил тот. — Я тебе чо, нанимался? Отъебись, пидор!

Мальсибер изумлённо глянул на Родольфуса, затем — на Нарциссу, и сказал немного неуверенно:

— Я могу насильно… если нужно. Цисси, ты позволишь?

— Делай! — потребовала она решительно.

— Экие таланты у Люция, оказывается, пропадали, — насмешливо сказал Долохов, глядя на Малфоя, — кто бы подумал!

— Ты про что? — быстро спросил Родольфус.

— Где он русский мат так освоил? — проинформировал его Долохов. — Это ж не ваш унылый английский!

— Русский мат? — брови Лестрейнджа взлетели, и он велел Мальсиберу: — Смотри быстрее!

Тот протянул руку и уверенно сжал пальцами щёки Малфоя, буквально вынуждая того посмотреть на него — и буквально через несколько минут выпустил и проговорил растерянно:

— Это… я не знаю, кто это. Но это не Люциус.

— Ты кто такой, уёбище? — холодно спросил Долохов. — Отвечай, падла!

И изо всей силы врезал Малфою по физиономии.

— Да я тебя! — начал было тот, но получил второй удар и повелительное:

— Отвечай, ушлёпок!

— Серёга я, — буркнул Малфой, — а вы кто ваще такие? И куда вы меня приволокли, козлы?

Нарцисса тихо охнула, но с места не сошла — только стиснула что есть силы руку МакНейра. Родольфус же вынул палочку и навёл её на Малфоя — или того, кем тот теперь стал, а потом, шагнув к так всё и сидящему у кровати Мальсиберу, сгрёб его за ворот и оттащил подальше.

— И откуда ты тут взялся… Серёга? — продолжил Долохов тем же тоном, которым ему доводилось допрашивать пленных. Малфой непроизвольно сглотнул и заискивающе зачастил:

— Да не знаю я! Пошёл в этот грёбаный подвал, там трубу прорвало, а подвал, видать, под током был! Меня так шарахнуло… Очнулся — а тут баба какая-то голосит… я думал, Люська моя…

— Где этот твой подвал, быстро! — рявкнул Долохов.

— Дак у нас в доме, где я живу! — ответил Малфой.

— Мерлин, — прошептала Нарцисса, тоже беря палочку.

— Погоди, — еле слышно попросил МакНейр.

— Что такое ток? — тоже шёпотом спросил Мальсибер.

— Молния, к примеру, — ответил Родольфус, делая знак ему помолчать. — Я позже объясню.

— Адрес говори, урод!

— Дак Первостроителей, дом пять, квартира двенадцать…

— Город, быстро!

— Энск… Ебургскоя область… А чо?

— Приехали, — зло сказал Долохов, — вот это… существо как-то заняло место Малфоя. А тот, полагаю, сейчас в теле этого Серёги. Если выжил.

— Выжил, думаю, — без особенной уверенности сказал Лестрейндж. — Полагаю, если б нет — то этого бы здесь не было. Но не поручусь.

— Ты когда-нибудь вообще слышал о таком? — спросил МакНейр.

— Нет, — признал Родольфус. — Но я поищу.

— Если Лорд узнает, он его убьёт, — подала голос и Нарцисса. — Я не знаю, как, но допустить этого нельзя. Ты можешь узнать, кто он? — попросила она Долохова, подходя поближе и разглядывая Малфоя с очень странным выражением.

— Ты вообще кто? — спросил Долохов.

— Дак сантехник я. В ЖЭКе у нас работаю. Беспартийный, — зачем-то добавил он, с опаской глядя на Долохова.

— Вот горе-то, — ухмыльнулся тот, — я уж думал — красный комиссар!

Серёга вздрогнул.

— От Лорда его прятать придётся, — повернулся Долохов к остальным, — я предлагаю оборотку.

— А его запрём, — согласилась с ним Нарцисса. — Но разве оборотное при вызове поможет? Я смогу его изобразить — но что мы будем делать, если Лорд захочет видеть и меня?

— А вот тут надо будет думать, — Долохов почесал голову палочкой, — но то, что Лорд его раскусит на раз, это факт. И убьёт — а тогда Люциус навечно застрянет в теле этого урода.

— Может, мне уехать? — предложила Нарцисса. — Временно, конечно. Для чего-нибудь. Только Лорд ведь не отпустит…

— Или заболеть, — предложил МакНейр. — Тогда он навряд ли станет требовать, чтоб ты посещала собрания — а когда придёт к тебе лично, мы успеем что-то сделать.

— А пожалуй, — подхватил Родольфус, — это ведь хорошая идея. Только Драко знать не нужно, — тут же предупредил он. — Потому что он сыграть, как надо, не сумеет.

— Я согласна, — помедлив, ответила Нарцисса. — Только где его спрятать? — спросила она, крайне неприязненно оглядывая мужа.

— При вызове тебя не будет, — задумчиво сказал МакНейр, — но всё же будет лучше, если его по очереди будем изображать мы все, а не ты.

— Это слишком опасно! —