Боевая Академия: Адаптируйся, борись, импровизируй! - Александр Пасацкий

— Про Боевую Академию я все знаю прекрасно. Рассказывайте.

Рассказывать пришлось Диме, делал это он глухим голосом, точно таким же, каким сегодня утром Кристина поведала ему свою историю. Сам рассказ длился больше двадцати минут — пришлось начать все с самого начала, с пожара в магазине, поступления в Академию, и продолжить борьбой со старшаками, практикой, встречей с Зябликом, и прочим. Остальные вставляли короткие, дельные поправки. Поначалу Дима испытывал какое-то злорадное удовольствие, глядя, как непроницаемое лицо брата вытягивается от удивления, и как жадно он слушает, вникая в каждую мелочь. Но когда студент закончил, то понял, что его сжигает стыд за свою тупость и неподготовленность. Замолчав, он спрятал лицо в ладонях.

"Ну, не дурак, а? Зачем я побежал? Мог бы сделать вид, что согласен, потом бы что-нибудь придумали… А сейчас… Опять погиб человек, и опять из-за меня. Как мне теперь с этим жить?"

— Есть здесь чего выпить? — спросил Витя.

— Тебе покрепче, или чуть-чуть? — уточнил Валера, открывая буфет, где хозяин квартиры хранил алкоголь. Кстати, Паша несколько раз показывался, совершая короткие маршруты от спальни до туалета и обратно, но в разговоры с ними не вступал. Его как будто не интересовало, что квартиру наводнили загадочные незнакомцы.

— Давай, что есть, — Витя разлил по стаканам мутную жидкость, и поднял свой. — За Зяблика. Погиб, как герой, пусть земля ему будет пухом.

— Не чокаясь, — кивнул Дима.

Водка обожгла горло и желудок. Легче не стало ни ему, ни остальным.

— Значит, ты встречался с Кристиной, не зная, кто она на самом деле? — спросил старший брат, снова заводя разговор о Ванде.

— Да. Блин, ну вот как, как я ни о чем не догадался? Все же было очевидно!

— Никто не догадался, — Алиса взяла его ладонь в свою. — Даже я, двинутая психопатка, и то ничего не заподозрила.

— И все-таки! Три долбанных месяца я о ней думал, тренировался, надеялся, что она оценит… Подарок еще носил…

— Какой подарок? — спросил Витя.

— Да этот, — Дима вытащил из кармана брюк подаренный Кристиной амулет. После выхода из лазарета он кое-как склеил его, и теперь постоянно таскал с собой, надеясь однажды выбрать момент, и признаться девушке, что он не умеет беречь вещи.

— Амулет подарила Ванда? — лицо брата вдруг стало очень серьезным. — Ты показывал его Луизе?

— Нет.

— Покажи сейчас.

Протянув руку, артефакторша взяла подарок, разломила опять ударом об угол стола, достала из внутреннего кармана пальто набор тоненьких отверток, и принялась аккуратно ковыряться во внутренностях. Поработав так минут пять, она вынесла приговор:

— "Стрела Амура". Я тоже такие делала. Артефакт усиливает чувство симпатии к человеку, превращает ее в раболепную преданность, готовность на все. Долго ты носил его?

— Три месяца.

— А когда разбил?

— Недели две назад.

— Думаю, артефакт такой сильный, что еще две недели ты находился под его воздействием. А перестал, судя по всему, сегодня утром, когда испытал сильнейший шок, связанный с признанием Кристины. Наверняка Ванда не знала, что он разбился, и была уверена, что ты ее поддержишь, пойдешь с ней до конца, и все такое, — Луиза сунула обломки Ивану, и жестом попросила выбросить их в мусорное ведро. — Черт с ним. Делать-то что будем?

— Тут и думать нечего, — ответила Безумная. — Вернуться, и накостылять ей по шее, чтобы знала, как своими артефактами чужим парням головы морочить!

— Скорее она нам накостыляет, чем мы ей, — хмыкнул Валера.

— Тогда убить, но в этот раз наверняка, без всяких фальсификаций.

— Убить? — переспросила Луиза. — Интересная мысль, Алиса. Ты хоть знаешь, на что она способна? А вы? Вы в курсе, что ее золотистое платье — тоже артефакт, уникальная разработка самой Ванды, что он, кроме способностей к левитации, снабжен еще и магической защитой, способной отражать боевые заклятия выше среднего уровня? А про "Глаз Бессмертия", что пока он работает, она может сражаться хоть с целой армией, и не выдохнуться? А про то, что она с отличием закончила Боевую Академию, и по мастерству превосходит всех нас? Я уже молчу про то, что нас пятеро, а с ней группа старшекурсников, магистр Зевс, и бог его знает, кто еще. Хотите ее убить? Отлично. Супер. Валяйте, но учтите, что вы просто глупо погибнете, потому что добровольно сунете голову в пасть льву, а глупее этого ничего придумать нельзя.

— Но нельзя же просто так сидеть, и ждать! — Дима сжал кулак. — Надо что-то делать!

— Делать? Хорошо. Делаем. Я предлагаю взять билеты на поезд, самолет, что-нибудь, и уехать куда-нибудь очень далеко. Спрятаться. Деньги у нас есть, у меня лично есть, я готова с вами поделиться. Боевая Академия не единственная в нашем мире, мы можем поступить куда угодно, и устроиться, где угодно. Опять же, Градон, — артефакторша обвела взглядом бледные лица одногруппников. — Поймите, что мы уже проиграли. Да, мы старались, тренировались, пытались что-то изменить, собирали улики и все остальное, но сейчас… Сейчас нам лучше всем вместе исчезнуть, потому что если Ванда найдет нас — а она будет нас искать — она убьет нас всех, без зазрения совести, как убила гнома, а до него десятки других.

Речь Луизы произвела тягостное впечатление. Настолько, что даже Алиса стихла, смотря в окно, и шепча под нос бессмысленный куплет. Дима не мог поднять голову: ему было тошно. Тошно за себя и за друзей.

В тишине кто-то тихонько кашлянул.

— Если подумать, то чисто теоретически убрать Ванду не так уж и трудно, — сказал Витя. — Главное, знать, как.

— А ты знаешь? — спросил Ваня.

— Конечно. Не надо думать, что здесь вы одни шибко обученные умники. Ручка, бумага есть? Спасибо, — он с хитрой улыбкой посмотрел на приунывших студентов. — Ну что, рассказывать, или вы все-таки возьмете билеты на поезд?

— Рассказывай, — махнул рукой Дима. — А там посмотрим.

**************

Учтиво кланяясь, смотритель комнаты с порталами гном Уоррен встретил вышедшего из слепящего белого прямоугольника магистра Зевса.

— Милости просим в Боевую Академию. Слушайте, а правда, что Ванда захватила школу?

— Боюсь, что да.

— Конечно, берете на учебу, кого попало, а потом им крышу сносит, и к власти рвутся. Вот в наше время такого не было, в наше время…

Оставив ворчливого старика наедине с его воспоминаниями, магистр быстро пошел по коридорам. Несмотря на разгар дня, везде было непривычно пусто, ни единого человека. Лишь в пролете между вторым и третьим этажом ему встретился Сергей.

— Господин магистр? Ванда просила передать, что она ждет вас в триста девятой аудитории.

— Спасибо.

Кабинет Богданова был плотно оккупирован — исчезли парты, исчез преподавательский стол, исчез портрет