Шок и тремор. - Сергей Николаевич Зеленин

Раздались крики, затем сзади панически:

- ТАЩЩЩ…!!! Смотрите, что твориться!

С выехавшего из-за домов посёлка КВ-2 Колобанова, как огромным веником смело десантников. Хорошо было видно что некоторые просто залегли, другие же катались громко вопя от боли или неподвижно валялись кулями…

Возникло инстинктивное желание нырнуть в безопасное стальное нутро башни, но Аркадий всё же остался, хотя и пригнувшись по самые глаза в люке.

Следом, несколько запоздавшая команда лейтенанта Синичкина:

- Десант… Спешиться!

Десантники первых двух танков уже спрыгнули с боевых машин и теперь столпившись за их левыми бортами, с опаской выглядывали из-за бронированной коробки.

Раздалось два звонких удара, как будто кувалдой били по пустой стальной цистерне.

Десантники тут же:

- Товарищ младший лейтенант! Командирский танк обстреливается!

Следом голос Колобанова в наушниках:

- Ну и где эта сволочь? Кто-нибудь что-нибудь видит?

Но как они с Федорчуком не всматривались, позиций противотанковых пушек на острове обнаружить не удалось, о чём они по очереди и отрапортовали.

- Хитрая сволочь… Ну, да ладно.

КВ-2 на минуту встал, развернул ствол в сторону острова, и…:

- ГАААХХХ!!!

Среди деревьев на острове поднялся роскошный «куст» земли, снега, веток и обломков стволов:

- БАААХХХ!!!

Это был первый выстрел танкового орудия в этой новой войне с финнами.

Сам старший лейтенант так выразился по этому случаю:

- Надеюсь, если и не попал, так напугал до смерти!

Впрочем, движение не останавливалось.

Следом за Первым взводом, из-за домов выехал первый КВ-1 второго взвода, чьи пехотинцы заранее спешились и теперь шли рядом с танком, прикрывшись от пулемётного огня с правого фланга его бронированной тушей.

На несколько секунд замерев, танк так же наугад послал в сторону острова пару 76-мм шрапнелей - распустившимися смерть несущими «облачками» над его бухточкой.

Первый взвод доехал до граничащего с ледовым полем фиорда края возвышенности, за которой располагалась первая линия обороны финнов и остановился. Нужно было подождать остальные танки роты, чтоб ударить одновременно и главное – дождаться прекращения артиллерийской подготовки, что не попасть «под раздачу» своим же… Несмотря на относительную близость позиций советской дивизионной и корпусной артиллерии – пять-шесть километров, отдельные снаряды разрывались на недолётах на самой возвышенности и, даже на этой стороне.

Рассмотрев внимательно второй остров – Эрннен, взорванный между ним и Эркеном лёд и, он перевёл взгляд на последний…:

И вдруг вскричал и микрофон:

- Внимание, вижу пулемётное гнездо!

- Где?

«Как объяснить?».

- Счас покажу выстрелом…

Наводчику:

- …Башню «на четыре часа»! Осколочным заряжай! Дистанция четыреста метров… Уничтожить!

Пока поворачивалась вправо башня, находящийся за небольшим бугорком и поэтому невидимый от посёлка финский пулемёт, заметили и десантники:

- Ребята! Вон он! ОГОНЬ!!!

Защёлкали выстрелы из карабинов, короткими очередями по два-три патрона, заработали два «дегтяря».

До того увлечённо шпаривший длинными очередями с закрытых позиций финский расчёт, засуетился, подхватил своё «коллективное оружие» на треножном станке на руки и было ходу… И поначалу им сказочно повезло – ни одна пуля никого не задела.

Но уже была повёрнута башня, вогнан в патронник мощной Ф-34 76-мм осколочно-фугасный патрон со снятым колпачком. Профессиональный танкист - лейтенант Александр Боднарь, совсем недавно сжегший сотни выстрелов на полигоне, сперва нащупал расстояние парой очередей трассирующими из пулемёта и матюкнувшись про себя в адрес специалистов с Кировского…:

«Всё-таки сбили прицел, косорукие черти!».

…Поправил наводку и нажал на педаль спуска:

- РАТЧ!!! АААХ!!!

Выросший среди деревьев огненный «куст» скрыл за собой пулемёт и пулемётчиков. Подъехавший танк Федорчука и его десантники, тоже добавили «огоньку», но пожалуй - это было уже лишнее… Танк командира взвода тоже поводил толстым в бронированных кольцах 152-мм стволом в том же направлении, но стрелять не стал – берёг выстрелы на более важные цели, чем какой-то задрипанный финский «Максим».

Вскоре у края возвышенности – рубежа атаки, собрался и второй взвод. Затем третий и наконец, из-за домов важно покачиваясь выполз КШТ (командно-штабной танк) майора Георгия Хараборкина. За ним показался КВ-1 и БТР-26 учебного взвода, вспомогательные бронированные машины и просто машины ремонтных и тыловых подразделений. Наконец куда-то торопясь, машины 1001-го танковой роты начали обгонять лёгкие Т-26 «местного» 297-го танкового батальона.

На выезде из посёлка Лаппохья создалась небольшая сутолока…

Аркадий с любопытством смотрел на этот «раритет», который формально был уже списан с баланса Танковых войск, но судя по увиденному - ещё сохранился в отдельных, забытых Богом и товарищем Сталиным уголках страны.

Затем его внимание привлекли двухмоторные советские бомбардировщики, возвращающиеся на свои аэродромы. Навстречу им шли другие – гружённые под завязку авиабомбами и в небе в какой-то момент стало тесно.

Все три боевых взвода сконцентрировались у начала возвышенности и они ждали только сигнала начать атаку. Вот артиллерийская подготовка закончилась и настала такая тишина – оглохнуть можно. Откуда-то сзади взлетела красная ракета и Аркадий услышал в наушниках голос Колобанова:

- Взвод…

Вдруг на севере что-то загудело, а в воздухе – зашелестело…

И очень так знаете ли – нехорошо, знакомо «зашелестело»!

И только он крикнув…:

- ЛОЖИСЬ!!!

…Захлопнул над головой люк, как небо обрушилось на землю.

***

Огневой шквал не до конца подавленной финской дальнобойной артиллерии длился недолго – буквально минута-две, но успел наделать множество бед и чуть не сорвал планы советского командования. Когда всё стихло и Аркадий высунул голову из люка, командно-штабной танк (КШТ) майора Хараборкина валялся на боку возле большой воронки. У одного из двух КВ-1 штабного взвода взрывом сорвало башню… Ярко пылал КВ-1 учебного взвода и несколько бронемашин их роты… Среди «двадцать шестых» 297-го танкового батальона - не менее десятка «костров».

Голос Колобанова по радио:

- Взвод… Доложить о потерях!

Пересчитав своих десантников, он отчитался:

- Танк младшего лейтенанта Тверского потерь не имеет.

У других боевых танков 1001-й роты все было не так радужно… Наибольшие потери понёс третий взвод: чуть ли не половина десантников выбыла из строя, у одного из КВ-1 осколком крупнокалиберного снаряда срезало ствол пушки, у командирского КВ-2 – выбило сразу два катка с одной стороны.

Но все же отделались как говорится «малой кровью» - могло быть и хуже.

Беда была с штабным взводом и тыловыми подразделениями роты.

Экипаж перевёрнутого мощной взрывной волной КШТ в главе с командиром роты был тяжело контужен, от десанта остались лишь…

Имена в списке погибших.

Одним словом атака была сорвана.

Едва старший лейтенант Колобанов крикнул ему по рации:

- Тверской! Принимай взвод!

А