«Любимые, ждите! Я вернусь…». Фронтовые письма 1941–1945 гг. - Нина Константиновна Петрова

Твой Коля.

Помни родная!

Тебя я люблю,

Как в жарком бою

Винтовку свою[80].

Коля.

04.04.1944 г. Стоит темная ночь. В это время пишу тебе письмо…

Проклятый Гитлер нарушил наше многогранное счастье. Но я думаю, нет силы его нарушать. Мечты о счастливой жизни будут осуществлены. Я приведу слова тов. Калинина: «Если говорить о красоте жизни, то именно беззаветная борьба за Родину есть высшее проявление прекрасной жизни!» Своей деятельностью, я добиваюсь этой жизни…

Ведь ты тоже не мало сделала… И если все это забыть, то просто я не знаю, что будет представлять этот человек. То будет не человек, а поистине самое отвратительное животное…

До свидания! Крепко тебя целую как первый прощальный раз.

Отважный Коля.

24.04.1944 г. …Ожидаю с нетерпением от тебя письма… Сегодня перечитывал все твои письма… все хранятся у меня. Сегодня я их все разобрал по числам и все-все перечитал… Ведь не в одном, а во многих твоих письмам за январь, февраль ты давала обещание мне часто писать… Теперь, очевидно, нет необходимости продолжать начатое дело, а я не могу себе представить, чтоб твои слова расходились с делом. Знаешь ли ты, сколько радости в них, в твоих письмах… Если я останусь жив в эту войну, если я приеду к тебе, то мы тогда с тобой вдвоем, все их перечитаем вместе. Это будет небезынтересно.

Пусть даже ничего не выйдет, все равно они останутся в памяти моей замечательным ореолом, окрыляющим боевую мою любовь. И вот теперь в трудные дни я нахожу в них радостное и воодушевляющее и кажется, что я с тобой в Энгельсе… что я захожу в незнакомый мне до сих пор театр им. Чернышевского в г. Саратове и на минуту забывается окружающее, на мгновение улетаешь далеко на Восток за тысячи километров, в твои ласковые объятия, а вокруг весна. И птички стаями поют свои весенние песни и играются, также, как мы в детстве на небольших проталинах играли в лапту. Но, что вспоминать о прошлом. Оно было для меня счастьем, даже когда я остался маленьким сиротой, все равно мне казалось, что я счастлив. Теперь дело другое.

И только в памяти остается лелеющий след замечательного, крестьянского детства. Это прошло, но вернется другая пора, лучше той, только очень она дорога.

Мы иногда рассуждаем поверхностно, а на самом деле она дорого стоит эта счастливая пора, и мы много за нее отдали, но больше еще требуется…

Отважный Коля.

Ф. М-33. Оп. 1. Д. 189.

Терновой Тихон Никифорович – 1904 г.р., рядовой. Ушел в первые дни на фронт добровольцем. Защищая Одессу и Севастополь. Был в плену. Бежал. Освобождал Ростовскую обл., Украину. Письмо от 29.12.1943 г. Прислали красные следопыты Днепропетровской обл., Томиковского района. Письмо ветхое.

29.12.1943 г. Привет из-за Днепра.

Добрый день или вечер многоуважаемая моя семья… Сообщаю что я жив и здоров, чего вам желаю… Посылаю свое нижайшее почтение с любовью и много раз целую каждого в отдельности, а так же поздравляю вас с Новым Годом 1944‑м.

…Я вас просил, чтоб написали мне, сколько вы заработали трудодней в колхозе и что на них получили. Ну, вот пока все.

Передавайте привет… вообще всем родственникам и знакомым. С тем до свидания.

Ваш Терновой Т.Н.

Ф. М-33. Оп. 1. Д. 330.

Ткачев Николай Сергеевич – 1910 г.р., ст. Душак Ашхабадской обл., гв. ст. лейтенант, летчик. Сбит 13 марта 1944 г. Черноморский флот.

09.12.1943 г. Здравствуйте мои хорошие Шура, Владик и Лидочка!!! Вот скоро два месяца как я не имею от Вас совершенно известий, чем объяснить не знаю, очевидно, плохо работает почта…

…Живу все так же как и прежде: от восхода до заката, точнее от зари и до зари, а ночь спокойнее.

Если, что случится, то знай, что за тебя, сына и дочь, не говоря о себе, я расплатился, да еще с троицей, вообщим не один десяток оправлен на тот свет, особенно румынесков, да и фрицев не меньше и все за Крым.

Вот пока и все. Пишите все и о всем… Твой и только твой Коля.

22.12.1943 г. (по штампу) …Нахожусь [снято цензурой. – Н.П.], местность живописная, но время не балует наблюдательностью и тем более пользованием всеми благами природы. Часто вспоминаю тебя и сильно беспокоюсь о состоянии твоего здоровья…

…Любуюсь вашими фотокарточками, которых я захватил довольно таки достаточно. Чертовски хочется быть с Вами и жить только для Вас… делать все возможное и растить детей. Многие из моих сверстников… уже ушли к прадедам, а я хочу жить и буду жить для Родины и Вас, исполняя честно долг перед родиной и друзьями…

Я расплатился сполна с руманесками и гансами не только за себя, но за тебя, сына и дочь, и пусть сын и дочь знают, что я им дорогу сделал чистой и кристальной. Пиши. Все и детально…

01.01.1944 г. С Новым Годом! С новым счастьем!.. Да, Александра!

Много за это время изменилось, и я стал совершенно не тот, каким ты меня знала. Жизнь научила и крепко. Это не бахвальство, а истина. Что желать Вам? Желаю, чтобы в 1944 г., береги себя, особенно свое здоровье, а это значит не волноваться и близко к сердцу ничего не принимать, даже если что и сообщат обо мне, а это может случиться. Вот и все.

18.02.1944 г. Здравствуйте мои дорогие… Получил сегодня письмо и открытку, за что большое спасибо… Береги себя – день строй с меньшей нагрузкой и безусловное условие береги себя для детей, ведь, черт знает, что только может случиться со мной. Сегодня есть, и сегодня… нет. Война суровая и беспощадная. Шура! Прошу тебя в дальнейшем шли мне конверты и бумагу, ибо их нет у меня и трудно доставать. Вот пока и все…

Твой Коля.

Ф. М-33. Оп. 1. Д. 346.

Толкачев Георгий Федорович – на фронте с 1941 г. Погиб в последний день войны. Больше ничего не известно. Прислала Фролова Т.

05.05 1945 г. Дорогой товарищ Тамара!

Привет Вам с далекого фронта Отечественной войны. Как радостно чувствовать, что Вы, дорогая Тамара, так близки и с тем же так далеки от нас. Вы, правы, в этой ужасной войне многие из нас потеряли своих близких, любимых людей. Как Вы слышали, наши доблестные войска