Теневой раб. Том 5: Ночь ужаса - Guiltythree

В конференц-зале центра безопасности воцарилась мрачная тишина. В конце концов Верн первым нарушил её. Выпрямившись, он посмотрел на Санни и тяжелым тоном произнес:

— Лучшее, что я могу сделать, это попросить добровольцев из числа моих Пробужденных пойти на риск и уснуть. Некоторые из них могут погибнуть, но несколько человек должны вернуться с новостями из Царства Снов. Тогда мы сможем обсудить эвакуацию по суше.

Санни молча смотрел на него. Его гнев внезапно исчез, вместо него остались лишь усталость, сожаление и смутное чувство темной обиды.

«Да пошло оно всё…»

Если Верн действительно отправил добровольцев в Царство снов, то, даже зная, что для некоторых из них это будет путешествие в один конец, они вернутся примерно через восемь часов. Выяснение того, что происходит на севере, очень помогло бы Санни.

Но восемь часов — это было слишком долго.

Нарастающая паника уже почти душила его. Он не знал, осталось ли у них восемь минут, не говоря уже о восьми часах.

— Нет времени. Нельзя.

Верн облокотился на стол и на мгновение закрыл глаза. Трудно было понять, что у него на уме, но Санни почему-то знал, что ему не удастся убедить сурового офицера.

Его сердце похолодело.

«Ах, это чувство… это горькое чувство. Я, кажется, давно его не испытывал.»

В этот момент Верн вдруг сказал:

— …Большой конвой не сможет добраться. А вот один, надежный автомобиль, пожалуй, сможет.

Санни нахмурился, изо всех сил стараясь следить за ходом мыслей, возможно, из-за своей усталости.

— Что именно вы имеете в виду?

Старший Мастер посмотрел на него и со странным спокойствием пожал плечами.

— Я имею в виду, что мы не должны складывать все яйца в одну корзину. Ваша миссия не заключается в том, чтобы защищать каждого человека на этом объекте, Санлес. В отличие от моей, ваша миссия заключается в спасении одной конкретной, очень ценной цели. Но мы оба должны выполнять свой долг в меру своих возможностей. Так что… берите профессора Обеля, загружайтесь в свой БТР и немедленно выезжайте. Таким образом, даже если ваша теория окажется верной, это не будет… полной потерей для человечества.

Многое было сказано, и многое осталось недосказанным. Но не было необходимости произносить некоторые слова вслух. Несколько мгновений два Мастера смотрели друг на друга, между ними было молчаливое понимание. В конце концов, уголок рта Санни дернулся.

— Я по-прежнему считаю, что вы ошибаетесь. Люди не знают, что возможно, а что невозможно, пока не попробуют. Ну… так часто бывало, по крайней мере, в моей жизни.

Верн просто кивнул.

— Тогда докажите, что я не прав, Санлес. Желаю вам удачи.

Санни поморщился, задержался на секунду-другую, а затем повернулся. Через мгновение он исчез из комнаты.

Ему больше нечего было сказать, да и времени терять не хотелось.

Времени вообще не осталось.

Почувствовав пугающую срочность, Санни использовал Теневой Шаг и появился прямо в исследовательском центре. На этот раз Бет удивилась ещё больше, увидев его.

— Вы… подождите, не может быть… Мастер Санлес, неужели вы просто так продолжаете меня пугать?

Он покачал головой, огляделся по сторонам, а затем пригласил девушку подойти ближе. То, что он хотел сказать, должно быть скрыто от посторонних глаз.

Нахмурившись, Бет отошла от профессора Обеля и подошла к нему. Взяв её за плечо, Санни бесцеремонно потащила девушку в соседнюю комнату.

— Что… что, черт возьми, вы задумали…

Он закрыл дверь и повернулся, его впалые, маниакальные глаза заставили Бет вздрогнуть.

— Помолчите и послушайте. Планы изменились.

Не имея времени на подробное объяснение, Санни рассказал только самое необходимое — что профессор в опасности и что его нужно немедленно эвакуировать. Это внезапное откровение было трудно переварить, и если бы Бет отказалась немедленно выслушать его, то промедление могло бы стать фатальным, поэтому Санни построил свои слова таким образом, чтобы сыграть на её глубоко укоренившихся ценностях — преданности старику и желании сохранить ему жизнь.

Глаза Бет расширились.

— Но… но почему вы пришли ко мне? Почему вы просто не обратились к профессору?

— Профессор Обель — благородный человек. Он не захочет покидать свой народ, чтобы спастись самому… поэтому мне нужно, чтобы вы убедили его. И быстро. Вы ведь знаете его лучше всех.

Девушка всё ещё не понимала.

— Но… но разве мы не можем просто взять всех?

Её голос был тихим.

Санни мрачно посмотрел на нее, понимая, что это то, чего он не может сделать.

— Мой автомобиль может перевозить только такое количество людей. А теперь идите и сделайте то, о чем я говорил. Каждая минута, которую мы тратим впустую, может сыграть решающую роль между жизнью и смертью.

Бет кивнула в оцепенении, затем медленно повернулась, поправила свой лабораторный халат и вышла из комнаты.

Санни через щель приоткрытой двери посмотрел на ученых, окруживших профессора, и с досадой отвернулся. Однако это самоуничижение длилось всего секунду.

Времени на сожаление у него тоже не было.

Не заботясь о затратах сущности, Санни двинулся сквозь тени и вскоре оказался рядом с Носорогом. Он чувствовал внутри три тени, а Ластер, Ким и Квентин стояли перед БТРом.

Заметив его, они выпрямились.

— Капитан, сэр! Я сделал то, о чем вы просили.

Санни взглянул на Ластера и кивнул.

— Иди и запусти процедуру запуска. Я хочу, чтобы Носорог был готов к отъезду в любую секунду.

Глаза молодого человека превратились в круги, но он шустро нырнул в люк, не задавая никаких вопросов. Санни, Ким и Квентин остались одни на пронизывающем холоде.

Чувствуя, как бешено бьется сердце, Санни посмотрел на небо.

Небо было покрыто белой дымкой.

«…Опять начинается метель.»

В этот момент Квентин осторожно спросил:

— Капитан… простите, но что именно происходит?

Он бросил короткий взгляд на галантного целителя.

— Мы уезжаем.

Оба его подчиненных выглядели ошеломленными.

— Уезжаем? Прямо сейчас? Но… почему?

Санни задержался с ответом.

— Потому что у нас есть приказ сохранить жизнь VIP-персоне.

Это, казалось, заставило их прекратить задавать вопросы.

Прошла минута, затем другая. В его крови бурлил адреналин, как будто он находился в самом разгаре битвы. Время ползло как улитка, и Санни почему-то казалось, что он заперт внутри позорного столба[32] и ждет, когда опустится лезвие гильотины.

«Побыстрее, черт возьми!»

Инстинкты кричали, что им нужно срочно покинуть ЛО49.

Наконец из молочно-белой дымки показались две фигуры. Профессор Обель шел скованно, с тревожным выражением лица. Бет поддерживала его и несла небольшую сумку.

Старик остановился рядом с Санни и посмотрел на него с серьезным выражением лица. Он нерешительно произнес.

— Молодой человек… я слышал, что