Вусмиор. По ту сторону барьера - Майя Олав Глакс

него и Джоан, и Дженнифер. Конечно, они обе были не из робкого десятка, и вкупе с Хоуком наверняка смогут за себя постоять в случае чего, но Смерть побери! Клаус слишком долго держался, не впуская в душу кого-либо еще, кроме рыжей бестии. К тому, что Джен однажды все-таки покинет Эстер, он был готов, но это случилось слишком внезапно, и теперь Берч не знал, увидит ли вообще ее когда-нибудь живой или мертвой. Но Джоан… каждый раз, когда Клаус думал, что его бывшая жена не вернется, то прокручивал в голове слова, которые он скажет Олли. И не находил их. Как и не находил в них утешения и для самого себя.

— Мы правили так, как считали верным, — пожал плечами Дин. — Так, как нас научили предыдущие правители.

Он не знал, что еще сказать по этому поводу. Печаль на лице друга вызвала еще один укол совести внутри Рида. В отличие от Берча, у Дина-то была та, о которой он мог заботиться прямо сейчас, а не прятаться, словно трус, прикрываясь загруженностью на работе.

— Слушай, Клаус, а ты давно разговаривал с Дэвидом? — по привычке Рид мысленно ушел от того, что должен, в сторону того, что его действительно волновало. Или, точнее сказать, к той.

— Со Всадником? — удивился вопросу друга Клаус, повернувшись к Дину. — Когда обсуждали нападение на конвой Кори Касадо. А что?

— Я тоже больше с ним не общался, но Леди… — начал было Рид и замялся, не зная, как менее подозрительно выразить свои мысли. — Она ничего нового не рассказывала о действиях Дэвида? Он так и планирует постоянно дежурить в Эстере?

— Мне казалось, нам это только на руку, разве нет? К чему ты клонишь, Рид?

— Конечно, на руку, никто не спорит, — выпрямился в кресле Дин, понимая, как со стороны могут выглядеть его подозрения. — Просто из нас троих Дэвид больше общается именно с Леди… Вот я и хотел узнать, может, она что-то рассказывала о его планах…

— Какого Всадника, Рид? — хохотнул Берч, и тут же зажал рот рукой, боясь разбудить сына. — Ты ревнуешь Тали к Дэвиду? К Всаднику Смерти?

Дин на предположение Клауса изменился в лице, всем своим видом выражая протест против такой версии. Потому как понимал, что, во-первых, это глупо, а во-вторых… что это было правдой.

— Ты думаешь, у меня есть повод?

— К мужику, который, возможно, прожил не одну тысячу лет и знает если не все на свете, то очень многое? — Клаус все еще еле сдерживал смех, но вдруг стал совершенно серьезным. — Возможно. Но, Смерть побери, это же Всадник Смерти, о чем тут вообще может быть речь, Рид?

— Тебе не показалось странным, как они мило шептались во время моего выступления? — понимая, что его раскусили с потрохами, Дин уже даже не пытался вуалировать свои подозрения.

— Если честно, я даже и не обратил на них внимания в тот момент. Может, у тебя разыгралось воображение? Но если даже отбросить всю абсурдность этих домыслов… — Клаус подался вперед, чтобы осуждающе ткнуть Дина пальцем. — Какая тебе-то разница, Рид? Ты только сегодня на глазах у всех жителей Эстера сказал, как нам важен союз с Шеутом, а сам что делаешь?

В этот раз Дин удивленно поднял брови, не понимая, о чем говорил Берч. Как бы ни складывалась жизнь, вряд ли кто-то мог уличить Рида в неверности. Не собирается же Клаус всерьез обвинять его еще и за мысли в голове и желания в сердце? И за жизнь, которую он не выбирал.

— Наверное… ничего? — развел руками Рид в ответ на вопрос Клауса.

— В том-то и дело, что ничего! Ничего для того, чтобы подкреплять свои слова действиями. Повторю свой самый первый вопрос, почему ты сейчас здесь, а не дома с женой?

— Клаус, я многое могу стерпеть, но давай ты не будешь говорить, что мне делать и где мне спать? — процедил сквозь зубы Дин, ощущая, как единственный островок свободы, который он ощущал в обществе старого друга, начал вдруг уходить из-под ног.

— Конечно, я не буду, Рид. Но кто-то же должен напомнить тебе, как важно жить своей жизнью? Как бы то ни было, Тали уже давно живет своей. По крайней мере, хотя бы пытается. А когда ты начнешь, Рид?

Клаус обеспокоенно смотрел на Дина, на то, как тот с ненавистью гипнотизировал свой стакан, словно в нем заключалась вся несправедливость сложившихся обстоятельств. Как часто у них случаются такие разговоры? Берч сбился со счета, сколько раз на протяжении последних семи лет он задавал Риду эти вопросы. И, как правило, ответ был всегда один.

— Рид, в твоей жизни есть человек, который всегда ждет тебя дома, — устало вздохнул Клаус. — Научись ценить это, пока еще не стало совсем поздно. Иди домой…

Каждый раз, когда Дин слышал эти слова, он мысленно задавался вопросом, а что будет, если станет поздно? Кэтрин уйдет? Лишит поддержки Шеута? Падет Эстер? Или все же он просто получит долгожданную свободу и сможет быть с той, которую всегда любил? Как же он хотел узнать ответ на этот вопрос.

— У тебя нет знакомых прорицательниц? — Дин не заметил, как один из своих мысленных вопросов задал вслух.

— Что, прости? — нахмурился Клаус, подозревая друга в невменяемости.

— Ничего, забудь, — отмахнулся Рид и притворился, что кое-как встал на ноги. Дин выпил слишком мало, чтобы нести пьяный бред. Но даже перед Клаусом он не мог показать, как глубоко проникло отчаяние в его душу. — Ты прав, я, пожалуй, пойду домой.

— Молодец, — похлопал его по плечу Клаус. — Вот увидишь, это верное решение. Передашь Кэт от меня привет?

— Будет лучше, если ты сам позвонишь и спросишь, добрался ли я до дома. Так