Диалог с Богом. История противостояния и взаимодействия человечества с Творцом - Джордан Питерсон

под сосудом и отказались светить миру? (Мф 14–15). Разве мир, отвергнутый вами, не стал из-за этого заметно меньше? Насколько большой стала в нем брешь из-за вашей неспособности раскрыть в себе лучшее? Насколько правильно будет назвать эту брешь – эту рану, даже зияющую рану (поскольку именно так она переживается вами и теми, кто вас окружает, даже если этот опыт остался неосознанным) – порталом в ад? Человек, готовый говорить по совести – ветхозаветный пророк – это исключение, а не норма. Он готов сказать «будь что будет» и «да будет страшная воля Божья»; он знает, что, какой бы ужасной ни была эта воля (и это смертельно серьезное предостережение), альтернатива может быть – и уже была – почти невообразимо хуже; он произносит немного слов, но они могли бы спасти даже Содом и Гоморру (Быт 18–19).

Что вы знаете об истинной сути вещей, полагая, что ваш прогноз достовернее, чем последствия правды? Почему вы так убеждены, что ваше желание, воля и прихоть должны превосходить то, что проявляется с неодолимой силой, когда звучат слова истины? Если скрыть свой свет от себя и от ближних; если отвергнуть зов судьбы, каким бы незначительным он ни казался на первый взгляд; если притвориться, что вы не настолько добры (или не настолько злы), чем вы есть – вы погубите и себя, и свою душу. Как одержали верх нацисты? Из-за молчания «добрых людей». На чем держалась советская власть в течение семи десятилетий? На молчании «добрых людей». Как удалось жестоким монстрам маоистского Китая убить десятки миллионов – и ликовать от безнаказанности? Из-за молчания «добрых людей». А на вид – невинные тихони, и мухи не обидят!

Не обращайте внимания на совесть – и вам грозит ад. Да, это правда.

Вспомним слова: «Когда вы рождаете это в себе, то, что вы имеете, спасет вас. Если вы не имеете этого в себе, то, чего вы не имеете в себе, умертвит вас». Разве не так Бог уравновешивает космос в моральном плане? Сказано также: «И от всякого, кому дано много, много и потребуется» (Лк 12:48). В начале этого отрывка из Евангелия от Луки звучит и страшное предупреждение: «…а который не знал, и сделал достойное наказания, бит будет меньше». Речь об ударах плетью – чаще всего плетью судьбы. Это означает: если вы ошиблись, но действительно не знали, как лучше поступить, то наказание будет сравнительно легким. Именно так провидение Божие защищает невинных – даже наивных. Но такая милость не уготована тем, кто знает, как лучше поступить, и грешит либо действием, либо бездействием. Если вы ошибетесь, несмотря на то, что знаете истину, то будете наказаны не только последствиями ошибки, но и за гораздо большее преступление: за предательство себя – и, что еще хуже, за предательство вечной направляющей истины. И как вам тогда найти свое «я», если вы добровольно отворачиваетесь от него – и теряете себя?

Ввергнутый в ад, Иона раскаивается, снова поднимая взгляд выше горизонта, вверх, к звездам, к вершине лестницы Иакова, собирая веру в самой бездне. Вера – это мужество быть, а не отсутствовать, несмотря на катастрофу существования. Вера – это отважное решение сохранять стойкость и устремленность к добру даже посреди ада – «однако я опять увижу святый храм Твой»:

И помолился Иона Господу Богу своему из чрева кита

и сказал: к Господу воззвал я в скорби моей, и Он услышал меня; из чрева преисподней я возопил, и Ты услышал голос мой.

Ты вверг меня в глубину, в сердце моря, и потоки окружили меня, все воды Твои и волны Твои проходили надо мною.

И я сказал: отринут я от очей Твоих, однако я опять увижу святый храм Твой.

Объяли меня воды до души моей, бездна заключила меня; морскою травою обвита была голова моя.

До основания гор я нисшел, земля своими запорами навек заградила меня; но Ты, Господи Боже мой, изведешь душу мою из ада.

Когда изнемогла во мне душа моя, я вспомнил о Господе, и молитва моя дошла до Тебя, до храма святаго Твоего.

Чтущие суетных и ложных богов оставили Милосердаго своего.

Ион 2:1–8

Поистине, «чтущие суетных и ложных богов оставили Милосердаго своего». Как мог кит проглотить Иону? Только ли окончательно наивные верят в подобное? Возможно, поскольку «вера» может быть детской верой в подлинное, а не метафорическое существование Санта-Клауса, – но и в этом случае желание ее поддерживать понятно и даже достойно восхищения, поскольку это часть искренней попытки поддержать основополагающее или вдохновенное убеждение, свойственное самой иудеохристианской цивилизации.

Более того, те, кто осмеливается предположить, что их позиция «просвещенного сомнения» – это правильный и превосходный ответ на фантастические сказки, наделенные глубочайшим смыслом, проявляют столь же глубокую наивность, которая в сочетании с моральным превосходством и поклонением интеллекту, свободному от всех ограничений, становится горделивой и извращенной. В ней сплетено неумение понимать литературу и интеллектуальное высокомерие – и вокруг такой наивности вполне могут собраться все силы бездны! Пусть поймут это те, кто имеет глаза, чтобы видеть, и уши, чтобы слышать! (Мф 11:15). Ложные мудрецы путают свою неспособность и нежелание отделить зерна от плевел в древних историях с подлинным, даже научным, просвещением. Они додумались до водородных бомб, но в плане морали так и остались карликами! Кит всегда и неизбежно смыкает свои челюсти над Ионами, решившими молчать, и утаскивает их в самые ужасные миры преисподней. И большинство остается там, во чреве зверя, увлекая за собой любимых. Это урок XX века. Усвоили ли мы его – или нас ждет еще более глубокий ад?

Иона совершает невозможное. В бездонных глубинах он выражает свою благодарность. Иов, гораздо позже, делает то же самое. Это не наивность. Это кровавое, но непоколебимое мужество веры вопреки всем ужасам мира. Благодаря этому – и благодати Божьей – проклятый пророк возвращается из хватки смерти и преисподней:

а я гласом хвалы принесу Тебе жертву; что обещал, исполню: у Господа спасение!

И сказал Господь киту, и он изверг Иону на сушу.

Ион 2:10–11

После схождения в бездну и воскрешения Иона отвергает дьявола, как и Христос после сорока дней и ночей, проведенных в пустыне, и идет к Ниневии. Истина, переполняющая его, выплескивается наружу. Он стал тем, кто искал и нашел свет во тьме. Он стал тем, кто узнал, что бояться стоит морских глубин, ада и самого Бога, – а не