Романы Ильфа и Петрова - Юрий Константинович Щеглов

39//16

Пропадайте здесь с вашим стулом! А мне моя жизнь дорога как память! — Ср. также: «— Что, усы дороги вам как память?» [Бендер — Воробьянинову, ДС 7]. — Выражение «дорого как память», видимо, было в описываемый период ходячей шуткой, с издевательским оттенком по адресу старомодной сентиментальности; часто о предметах, малоподходящих в качестве сувениров, например, о деньгах или, как здесь, о жизни; часто в устах «нехороших людей» — нэпманов, жуликов и т. п., пытающихся «облагородить» свои цели и мотивы. В фильме «Девушка с коробкой» (режиссер Б. Барнет, 1927) нэпман заявляет: «Мне эта облигация дорога как память». В поэме И. Сельвинского «Новелла о загадке…» приведено газетное объявление: «Вора, нашедшего (в трамвае) у меня в кармане бумажник, прошу вернуть сторублевку — дорога, как память домашних» [в его кн.: Рекорды]. В рассказе М. Зощенко «Расписка» (1929) судья говорит ответчику: «Ваша расписка не имеет никакой цены, и она только дорога, как память». В рассказе

В. Ардова «Кустарь-одиночка» герой жалуется: «У меня… похищено пресс-папье, дорого как память» [См 24.1927]. На карикатуре «Выселение нэпмана» владелец мебели просит выносящих ее грузчиков: «Осторожнее с этим шкафом, он мне дорог как память: я в нем прятался в октябрьские дни» [Чу 03.1930]. Заглавие «Дорога как память» носит также карикатура Ю. Ганфа [См 22.1927].

39//17

И Остап ударил Воробьянинова медной ладонью по шее. — Эпитет встречается в очерке И. Ильфа «Записки провинциала»: «Она стучала по моей голове своими медными ладонями» [Заноза 12.1924; Ильф, Путешествие в Одессу, 121].

39//18

Ипполит Матвеевич, не выдержавший всех потрясений ночи и утра, засмеялся крысиным смешком. — Как сказано далее, после землетрясения Воробьянинов «несколько повредился» [ДС 40]. Крысиный смешок напоминает о хохоте Евгения в «Медном всаднике»: И вдруг, у даря в лоб рукою, /Захохотал, а бунт Воробьянинова против Бендера в следующей главе может быть сопоставлен с бунтом пушкинского героя против Петра.

39//19

Непосредственно вслед за этим… земля разверзлась и поглотила… гамбсовский стул… — Пример подключения мировых сил к судьбе героев [см. Введение, раздел 5]. Мы встречаем это также в сатириконовском пародийном письмовнике — в образце любовного письма, причем в примечании указывается, что это цитата из реального письмовника издательства И. Д. Сытина: «Разверзись земля и поглоти меня несчастного» [Аверченко, Бухов и др., Самоновейший письмовник, 131].

Примечание к комментариям

1 [к 39//13]. Термин «конденсация» (взаимоналожение различных «глубинных» элементов сна, дающее причудливые гибриды в «явном сне») следует стандартному французскому тексту фрейдовского «Введения в психоанализ» (авторизованный перевод С. Янкелевича).

40. Сокровище

40//1

Скажите, вы в самом деле были предводителем дворянства? — Остап перенимает здесь оборот речи, характерный для Авессалома Изнуренкова, позаимствованный, в свою очередь, у одного из персонажей диккенсовского «Дэвида Копперфилда» [см. ДС 21//9; ДС 36//14].

40//2

Однако пойдем, старичок, у меня двадцать пять рублей подкожных. — «Подкожные деньги» можно понимать как скрытые, надежно припрятанные деньги: «Подкожный — любимый, сокровенный, интимный, известный только говорящему: «У меня есть одно подкожное кафе на Таганке»; «Друг ты мой подкожный!»» [Елистратов, Словарь московского арго, 341; то же, что слово закадычный, на которое оно похоже и по внутренней форме: ср. под кожей — за кадыком]. Эпитет мог обозначать, среди прочего, содержимое бумажника: «[Скрипач в ресторане]…играл ему [гостю] прямо «под кожу», в карман, в бумажник, где лежали толстой маленькой пачкой банковские тысячи» [Вертинский, Дорогой длинною…, 156].

40//3

Ипполит Матвеевич вышел на улицу. Он был полон отчаяния и злобы. Луна прыгала по облачным кочкам. Мокрые решетки особняков жирно блестели. Газовые фонари, окруженные веночками водяной пыли, тревожно светились. Из пивной «Орел» вытолкнули пьяного. Пьяный заорал. Ипполит Матвеевич поморщился и твердо пошел назад. — В некоторых деталях этот абзац сходен со сценой, предшествующей самоубийству Свидригайлова: «Он злобно приподнялся… Очнулся, вздрогнул, встал и решительно пошел из комнаты. Через минуту он был на улице. Молочный густой туман лежал над городом… Холод и сырость прохватывали все его тело и его стало знобить… Какой-то мертво-пьяный в шинели, лицом вниз, лежал поперек тротуара. Он поглядел на него и пошел далее» [VI.6; указано в кн.: Каганская, Бар-Селла, Мастер Гамбс и Маргарита, 16; курсив мой. — Ю. Щ.] 1.

40//4

Он вспомнил вдруг, что в гимназии ученик Пыхтеев-Какуев умел шевелить ушами. — Из традиционных гимназических доблестей. Ср.: «[Гимназист]…весело вбежал в комнату и с порога закричал: «Мамочка! А я умею зонами шевелить!»» [Страшное издание // Ф. Опискин, Сорные травы]; «Пришел Митин товарищ, Рубин, маленький, удивительно черный и умевший широко открывать один глаз, а другой в то же время закрывать без единой морщинки» [Каверин, Открытая книга: Юность, гл. 1]; «— А у нас, — сказала девочка, — одна ученица умеет ушами двигать. Ей завидуют все. — Это что! — сказал я. — А вот в нашем классе есть один — до потолка плюнет…» [Кассиль, Кондуит (1930)].

40//5

Ипполит Матвеевич… взял с подоконника бритву. На ее зазубринках видны были высохшие чешуйки масляной краски… [Он] неторопливо подтянул правый рукав выше локтя, обмотал обнажившуюся руку вафельным полотенцем… Свет погас, но комната оказалась слегка освещенной голубоватым аквариумным светом уличного фонаря. — Бритва, судя по зазубринкам, — видимо, «Жиллет» [см. ДС 7//9]. Бритва фигурирует также в пьесе Ю. Олеши «Заговор чувств» (1928–1929), где Кавалеров в воображении убивает ею Бабичева.

Сцена имеет общие черты с покушением Трусоцкого на жизнь Вельчанинова в «Вечном муже» Достоевского [гл. 15]. Трусоцкий ночью пытается зарезать спящего Вельчанинова бритвой; как и в ДС, в комнату просачивается слабый свет. Далее раненый Вельчанинов, обезоружив Трусоцкого, «достал чистое полотенце и туго-натуго обвил им свою левую руку, чтобы унять текущую из нее кровь» (в ДС аналогичный жест делает Воробьянинов).

В новелле Конан Дойла «Шесть Наполеонов» (о роли которой для выбора фабулы романа см. ДС 2//5) один из охотников за сокровищем перерезает другому горло складным ножом. А. Д. Вентцель напоминает о самоубийстве Пискарева в «Невском проспекте» Гоголя; общая деталь с ДС — что бритва валяется на полу [Комм, к Комм., 95].

40//6

Великий комбинатор издал звук, какой производит кухонная раковина, всасывающая остатки воды. — «…Сзади него раздался звук, который производят в отверстии ванны последние капли спускаемой воды» [Заяицкий, Жизнеописание С. А. Лососинова (1926), 1.3; звук издает один из персонажей под действием внезапного удара, как и в ДС].

40//7

Ипполиту Матвеевичу удалось не запачкаться в крови. — Очередное эхо Достоевского и одновременно определенный