Танец Грехов - Павел Калашников

— Ты ведь не умер? Нет, нет, ты не мог умереть! Не мог! Однорукий, помоги, он… он умирает! — верещала девушка, утирая смешавшиеся с кровью слёзы. Она развернулась. Парень, потупив взгляд, опустил голову. На пол крупными каплями падала его кровь. Кристина подбежала к нему, но вскрикнула и в ужасе отпрыгнула. Вместо лица белел череп, обрамлённый кровью и остатками кожи.

Стройное тельце её задрожало, руки перестали слушаться, и она упала на колени, громко зарыдав. Слёзы текли, казалось, что всё это — дурной сон. Она было вынула рацию и попыталась связаться со штабом, но та лишь лениво кряхтела, выдавая только противный белый шум.

— Ну давай же, давай, — волосы её трепал буйный ветер. Вокруг послышались какие-то жуткие шепотки, обрывки разговоров. Девушка поднялась, выглянула из разбитого окна. Внизу, около развороченных голых стен, толпилась армада уродливых созданий. Тела их дрожали, загогулины конечностей укрывали большие гнойники, кучи языков тянулись к её невинному телу.

— Надо бежать, — бормотала она сама себе, — бежать отсюда!

Кристина метнулась по голому бетонному полу прямо по коридору, свернула направо, затем налево, после вперёд, сбежала вниз по гнилой лестнице, забежала в старый кабинет русского языка.

Демоны взревели где-то вдали, разразились адским хохотом и поползли по коридорам, постепенно заполняя собой, будто вязким пластилином всё помещение. Она забаррикадировала дверь партами, стульями и всем, что смогла утащить. А затем припала к шкафу и словно испуганный зайчик нырнула в него и обхватила ноги руками, стараясь сдержать дрожь.

Бах! Бах! Бах!

Двери и вся баррикада вылетели и с треском разворотили остатки кабинета. Разбилось стекло на окнах, но Кристина даже не взвизгнула. Через малую щель она видела, как в кабинет заползли демоны, причём все трое — костлявые уродцы в охотничьей спецовке. У одного из них она увидела протез вместо руки, другой напомнил ей Виктора, а третий…

Молнией ударили обрывки произошедшего, боль, ужас и страх. Она задрожала пуще прежнего, начала всхлипывать и, не удержавшись, разрыдалась.

Монстры вырвали дверь шкафа и вытянули кричащую девушку. Она плакала, умоляла остановиться, но холодные, мёртвые пальцы, хохочущие, опустевшие тела сдирали с неё остатки одежды. Когда ей уже нечем было прикрыться, она попыталась приложить руки к груди и между ног, но полутрупы только рассмеялись и сжали ей руки. Один из них, тот, которого она помнила ещё с той ужасной ночи, навалился на неё. Пока двое держали, один не отпускал её, а внутри себя девушка чувствовала, как бегают какие-то крошечные твари, что рвут её тело изнутри.

— Шлюха! — взревел ублюдок, когда она уже потеряла дар речи. Дикая боль жгла изнутри. — Заслужила! — Заслужила! — вторили её бывшие товарищи, толкая противные, сгнившие пальцы ей в рот. — Заслужила!

— Остановитесь, отпустите! Отпустите меня! Хватит… Прошу, хватит! Хватит…

Только мрачный смех и жуткая боль были ей ответом.

3

— Эй, эй, дура, ну очнись же!

— Может быть, она уже того?

— Сам ты того, дебил! Давай, просыпайся!

Девушка открыла глаза. Поняв, что её держат за плечи, она вдруг взвизгнула и в ужасе попятилась назад.

— Отвалите от меня, уроды! Уроды! — крик перешёл в плач, и она прикрыла руками лицо.

Парни пожали плечами.

— Я тебе говорил, что она ненормальная? — толкнул беловолосый Зверева. — Вот тебе и доказательства…

Виктор, полным презрением взглядом одарил своего друга и, не спеша, присел на корточки, сравнявшись с девушкой. Та дрожала и хныкала, упёршись головой в лицо.

— Эй, Крис, ты чего? — как мог ласково спросил Зверев. — Всё в порядке, мы…

— Вы мертвы! — проревела девушка. — Вы все мертвы, вы… конченные ублюдки, умрите, умрите…

Он было хотел прикоснуться к ней, но девушка, едва почувствовав кого-то чужого прошипела, словно дикая кошка.

Беловолосый отрицательно покачал головой.

— Она совсем обезумела, Витя, — тоном врача проговорил Однорукий, — оставь её, пока она тебе глаза не выцарапала.

Зверев поглядел на беловолосого парня, с шрамами и ожогами на всё лицо.

— Слушай, Петь, иди-ка свяжись с эвакуирующей группой, доложи там обо всём.

— Так связи ведь нет, — пожал плечами Однорукий. — Так что…

— Найди, — почти прорычал Зверев, указав на дверь.

Беловолосый пожал плечами, сплюнул и громко вышел из кабинета.

Зверев, облегчённо вздохнув, сел рядом, но не очень близко к девушке. Он догадывался, что с ней могло произойти.

— Прости нас, Крис, — после продолжительной паузы проговорил Виктор. — Мы не уследили, что третий демон обладал способностью иллюзии. Я пришёл в себя, когда Однорукий уже вовсю на кого-то матерился и почти приставил кинжал себе к горлу. Когда я его остановил, то понял, что тебя нет. Обыскали мы всю эту школу, а тут ты рвёшь на себе одежду и в слезах кричишь, чтобы мы убирались. Этот демон разделился и заполз каждому из нас в ухо. Из тебя мы эту гадость выудили только с помощью креста и молитвы, ей-богу…

Он видел, что девушка никак не реагирует на его слова, но тем не менее, он выдержал ещё одну паузу и продолжил:

— Знаешь… эта зараза