Шествие богов - Артём Курамшин

Сотрудник охраны открыл тяжёлую стальную дверь и вопросительно на меня посмотрел.

— Благодарю вас, — сказал я и прошёл внутрь.

— Ещё что-нибудь? — в его голосе послышались заискивающие нотки: надо полагать, инспектор ЦУР посещает скорбное учреждение не каждый день.

— Нет, спасибо. Если что-нибудь понадобится, я вас позову.

Дверь закрылась. Я посмотрел на сидящего за столом человека.

Альбатрос выглядит именно так, как я себе представлял: широкие плечи, длинные, прямые, русые волосы. Крупные черты лица говорят о решительности и бескомпромиссности.

— Здравствуй, Альбатрос! — сказал я.

— Здравствуйте, Андрей! — ответил он, голос хриплый, как показалось, с лёгкой насмешкой. — Я уж заждался. Можно сказать, не чаял свидеться, — улыбнулся Альбатрос.

Я присел напротив и, сцепив пальцы в замок, положил руки на стол.

— Ну, что же, я тут. И готов тебя выслушать. Ты так рвался рассказать мне что-то важное…

— О, нет, — он опять улыбнулся, на этот раз с явной издёвкой, — сейчас обстоятельства поменялись. Теперь первый шаг за вами.

— То есть?

— Вы же не сомневаетесь в том, что меня подставили? Причём именно тогда, когда шёл на встречу с вами.

— Нет, не сомневаюсь.

— Значит, сочтёте своим долгом вытащить меня отсюда, не так ли? Я думаю, вам это под силу.

«Хитёр», — мелькнуло в голове. Хотя правильнее сказать — умён.

Вероятно, Альбатрос всё-таки невысокого мнения о моих моральных принципах. Вообще-то, я собирался вызволить его из заключения даже в том случае, если ничего не расскажет. Но раз уж начал, я тоже решил поторговаться:

— Думаю, могу это устроить. Но хотел бы знать, что получу взамен?

— Ответы на мучающие вопросы. За ними вы и прилетели сюда.

— Всё это хорошо, но хотелось бы конкретики. Что за вопросы?

— Я расскажу лишь часть. Прошу понять правильно: вы всё равно не поверите в то, что собираюсь поведать. Я бы, наверно, и сам не поверил. Поэтому сейчас расскажу лишь самые правдоподобные вещи, остальное — когда мы выйдем отсюда и доберёмся до того места, где я смогу предъявить доказательства.

— Альбатрос, ты говоришь загадками. Мне нужны факты. Начинай.

Я расположился удобнее и принялся слушать. Думалось, что опять начнёт водить за нос, но в итоге рассказ оказался вполне конкретен и содержателен.

Альбатрос и Маринер — тот самый, который в данный момент отбывает срок за убийство Джонсона — знакомы давно. Более того, когда-то работали вместе — в научно-исследовательской лаборатории, сфера интересов — физика.

Два года назад, когда, как он выразился, по Конкордии «прошлись эти штуки», физики находились в своей лаборатории в Ротоне — одном из городов, где наблюдались миражи.

Необычный феномен, разумеется, привлёк внимание любознательных учёных, и они решили его исследовать. Собственно, одни из немногих, кто подошёл к вопросу с научной точки зрения.

— Людям свойственно придавать сверхъестественное значение тому, что они не способны объяснить в рамках своей узколобой логики, — пояснил Альбатрос. — Поэтому у истоков любого не известного до сих пор явления вначале появляется проповедник с крестом, а уже потом — учёный с линейкой… Впрочем, иногда учёный так и не появляется…

Физики следовали в направлении движения гигантских голограмм и несколько дней шли по лесу. Отслеживать помогало некое электромагнитное поле, которым сопровождалось «шествие». По словам Альбатроса, оба сразу поняли, что это не просто голограммы, а нечто большее — весомое и значимое. Детали изысканий обещал открыть позже.

Наконец, они нашли «временную стоянку» со странным оборудованием, при помощи которого, по оценкам Альбатроса, и было устроено «преставление».

— Уверяю вас, — взахлёб рассказывал он, — явление не имеет никакого отношения к религии! Фанатики никоим образом не замешаны в организации этих… эээ… фантомов. Более того — нам такие вещи вообще не снились!

«Временная стоянка» находилась в нескольких километрах от Ротона. Пробыв там какое-то время, Маринер оставил Альбатроса проводить дальнейшие исследования, а сам перебрался на «основную базу» — место в тайге, о котором упоминал де Ловерг. Именно Маринер первым обратил внимание на то, что все семь «шествий» направлениями движения сходятся в одной точке.

— Почему же о «временной стоянке» нет никаких упоминаний в официальных источниках? — спросил я.

— Потому, что кроме нас о ней никто не знает. Такие «стоянки» есть возле каждого города, где проходили «шествия», и впоследствии я посетил некоторые из них. Однако никто кроме нас даже не удосужился попробовать их найти. Вначале мы даже обрадовались, что нам не мешают. А потом пожалели: если бы сразу заявили о находках во всеуслышание, может быть, общественное мнение не позволило бы представить произошедшее в выгодном им свете. Позже, когда началась шумиха, мы с Маринером пытались рассказать, но было уже поздно — всё выглядело делом рук религиозных фанатиков… — Произнося последние слова, Альбатрос недовольно скривил лицо. — Когда понял, что за подобные речи пойду за решётку вслед за Маринером, я замолчал до лучших времён. Надеюсь, с вашим прилётом эти самые лучшие времена наступят.

На «основной базе» Маринер встретился с самими организаторами «шествий». Кого имеет в виду, Альбатрос обещал рассказать чуть позже. К тому моменту религиозная лихорадка распространилась по Конкордии повсеместно. На «основную базу» прибыли несколько десятков фанатиков и…

— Вместо того чтобы исследовать явление, эти идиоты принялись ему поклоняться, — брезгливо говорил Альбатрос. — Так ведь проще, да? Наплевать на природу и представить всё божественным проявлением… Я, правда, этого не видел, а лишь читал — в отчётах, которые ежедневно присылал Маринер…

Ситуация вышла из-под контроля. Требовалось вмешательство инспекторов, и на «основную базу» прибыл Джонсон. Удивительно, но он не стал отмахиваться от феномена, а проявил научный подход: не мешал Маринеру, а скорее даже помогал разобраться в сути явления.

— У него было то, чего не хватает всем им: воображение, чтобы представить всю полноту и экстраординарность происходящего, и разум, чтобы понять, что происходит на самом деле… Со всей ответственностью заявляю: Маринер не мог подстроить гибель Охотника — они прекрасно ладили. Более того, Охотник многое сделал для Маринера. А когда пришли военные и всех эвакуировали, Охотника, как я понял, приняли за сектанта и даже посадили вместе со всеми. Естественно, почти тут же разобрались, но было уже поздно: «базу» разбомбили…

По мнению Альбатроса, Джонсон погиб либо по ошибке кого-то из военных, либо по прямому указанию сверху. Возможно,