Титан империи 8 - Константин Зубов

Парни сделали дело, а затем мы услышали рев за нашими спинами. Я же посмотрел на время.

До полудня остался час с копейками. Нужно спешить!

— Дружок, — кивнул я мечу, который вращался вокруг меня. — Сделай все быстро.

Меч сверкнул навершием и скрылся внизу. Вернулся он спустя минуту — весь красный от крови.

Мы спрыгнули на пути и встали перед черным зевом туннеля.

Там впереди еще десяток станций, не меньше… Даже с закаченной в ноги энергией бежать предстояло еще ого-го сколько!

Но мы справимся! На том конце нас должны встретить стрельцы.

Повезло, что сзади завал, и, чтобы добраться до нас, нексам придется прогрызть его зубами. А если наш план сработает, то основная масса врагов увяжется за дрезиной Жука. У нас есть шанс!

— Сеня, — обернулся я на бородачей. — Нам придется бежать очень быстро. Справитесь?

— Чего не сделаешь во славу Антихриста? — пожал плечами бородач и первым сорвался бежать во тьму.

Мы последовали за ним и, оставляя за собой «гостинцы», понеслись к станции «Заречная». Но вот незадача — перрон, оказывается, существовал только на бумаге, и кроме огромного котлована мы ничего не нашли. А вот нексов, да. Их было порядочно.

Следующим пунктом была станция «Кристалл», и там нас тоже ждали. Распалив клинки мы бросились прорубать себе дорогу, и к тому времени, когда мы раскидали «хлопушки», стрелка часов показала одиннадцать утра.

Мы направились дальше, и через двести метров пути стены в туннеле заходили ходуном, а позади раздался нечеловеческий вой. Хорошо, что дальше станция «Соборная» — последний пункт, где предстояло разместить бомбы.

От нее осталось совсем немного — дыр в стенах и в потолке было больше, чем самой станции. Расчистив перрон от нексов, мы побросали последние «хлопушки» прямо в норы и бросились обратно в туннель.

И налегке мы побежали куда быстрее. Дружки Сени неслись как угорелые, и нам даже пришлось догонять их.

— Вы где так бегать научились⁈ — удивился ликвидатор, но бородачи только ухмыльнулись.

Едва станция скрылась из виду, как раздался чудовищный грохот, все задребезжало и завыло. А в следующую секунду из пола и стен начали вырастать Монолиты.

На часах 11:30.

Если Евгений с Алексеем не отрапортуют об удаче операции «А», в полдень наступит срок, когда Зубр обязан отбросить провалившийся план и перейти к стратегии «Б». А это значит, придется брать чертов город.

Конечно, предварительно он все равно взорвет столько «хлопушек», сколько сможет. Возможно, так им удастся уничтожить львиную часть нексов… А может и нет. Все зависит от того, сколько станций удалось заминировать парням.

Однако даже в лучшем случае, после приказа к наступлению начнется кровавая баня. И будет она куда страшнее, чем то, что уже четвертый час приходится наблюдать с командного пункта.

За бронированным стеклом все сверкало, шумело и грохотало. В кольце молний расхаживали тонконогие Матки, катались и падали объятые пламенем Колеса. И еще черт знает что выло и ревело из клубов пара, которым исходил Омск.

Очередная минута прошла, а ни от Евгения Михайловича, ни от Алексея нет никаких вестей. Пространство впереди затянуло черным дымом, с небес сверкали молнии, но из плотных туч не проливалось ни капли. Очень недобрый знак.

И вот еще пять напряженных минут сгинули напрасно.

— Где же вы, Женя, Нина?.. — пробурчал Василий себе под нос, расхаживая вдоль бронированного окна.

Рация зверела с каждой минутой. Командиры требовали ясности — где, черт его дери, граф? Сколько им еще держаться⁈ Не пора ли в атаку?

Зубр же отдал прежний приказ:

— Придерживаемся плана! Стоять на смерть! — и отключился.

Хуже всего ситуация на фронте Болконских и Саблиных. Их ряды прорвали и, по сообщениям, Мантикора едва не убила наследника Николая. Он жив, и за его жизнь изо всех сил борются врачи. Остальные ликвидаторы пока держались, но Зубр крайне сомневался, что их хватит надолго.

В тылу штурма дожидался свежий резерв. Можно бросить их в бой прямо сейчас, но кто знает, вдруг Евгений выйдет на связь через минуту? Зубр был весь в сомнениях.

Вдруг рация оживилась голосом командира резерва:

— Василий Георгиевич! Мы не можем больше стоять и смотреть, как убивают наших товарищей! Дозвольте атаковать, богом прошу!

Василий отдал прежний приказ:

— Ждать.

Не дай боже еще и взбунтуются, и несложно понять почему. Когда товарищи умирают один за другим, трудно подчиняться приказам. Однако им придется пересилить себя, ибо если они пойдут в бой без ведома командования, то штурм накроется медным тазом и погибнут все до одного.

Елена тоже вся извелась.

— Сука, Женя, ну где ты, мать твою? — шептала девушка поминутно, грызя ногти. — Василий, попробуй связаться с ним, вдруг он уже вышел?

— Бесполезно, я пробовал пять минут назад, — отмахнулся Зубр, и тут рация снова дала о себе знать.

Командир Толстых сообщил, что они с людьми Кречетовых тоже несут потери и ситуация накаляется с каждой минутой. Командир требовал, чтобы к ним направили поддержку и немедленно отдали приказ об атаке.

— Ждать больше нельзя! — рычал он в динамик. — Пропал ваш граф, как пить дать пропал!

— Ждем, мать вашу! — рявкнул Зубр и отключился.

Он представлял, как же сейчас его проклинают.

— Штаб-Жуку, — заговорила рация знакомым голосом, и обрадованный Зубр ответил:

— Штаб на связи! Что у тебя, Алексей⁈

— Мы вышли, — ответил майор. — Потрепало нас знатно, но все бомбы на ветке установлены. А вот Евгений…

Зубр замер.

— Что с ним?

— Когда я его последний раз видел, он был жив. Мы с ним разошлись на «Торговом центре». Один из туннелей оказался под завалом, и Евгений со своими людьми пошел