Последний цеппелин-3 "Сила на силу". Книга первая. - Борис Борисович Батыршин

Алекс Веденски много раз видел тяжёлые ударные флюгзайтраггеры, и даже бывал на их борту, но даже он был впечатлён зрелищем гиганта, выписывающим широкую дугу у них над головами. «Байерн», гордость Воздушного Флота КайзерРайха был огромен – самый крупный из построенных когда-либо воздушных носителей флапперов, он скрывал в своих ангарах до полусотни тяжёлых «кальмаров», ещё столько же лёгких «ос», и полторы дюжины новомодных истребителей-трипланов. Такие были и на «Баргузине» - к сожалению, все они были потеряны в схватках со смертоносными «медузами» къяррэ, но сумели забрать с собой немало нападавших. Жаль, правда, самим къяррэ эти потери как слону дробина – если верить Фламбергу, в «медузах» нет живых пилотов, это не более, чем инструменты, щупальца, создаваемые кораблём-плывунцом по необходимости. Из этого, опять-таки, по словам Фламберга, следует один из недостатков «медуз» - они могут действовать только на небольшом удалении от корабля-матки, вёрст в тридцать, не больше.

Магистр вообще узнал много нового, изучив записки покойного инрийского учёного и прокопавшись в груде загадочного хлама, извлечённого из грота. Теперь он утверждал, что Тусклый Шар, одно из самых могущественных проявлений ТриЭс, недоступное до сих пор имперским учёным, и считавшееся до сих пор исключительным орудием инри, на самом деле создано не этой расой. Тусклый Шар, говорил магистр, придуман в невообразимой древности, когда не то что людей, но даже инри на Теллусе не было и в помине, а планета целиком принадлежала загадочной расе къяррэ. Это сейчас къяррэ в результате тысячелетнего противостояния, о котором людям неизвестно ничего, оттеснены в южное полушарие планеты. Их почти не осталось - жалкая горстка, тень былого величия, - но даже и в таком состоянии они представляют немалую опасность для инри. Некогда, когда къяррэ господствовали повсюду, Заброшенный Город – в те времена могущественная цитадель, выстроенная на месте крупного природного концентратора ТриЭс – был в десятки раз больше, и был опорой къяррэ на всём Северном материке. И недаром они предприняли попытку вернуться сюда – хотя, добавлял Фламберг, вряд ли къяррэ собирались обосноваться в Заброшенном Городе и попытаться таким образом вернуть себе былое могущество. Их привлекал невиданно мощный источник ТриЭс – но лишь для того, чтобы совершить некое действо, невозможное в иных условиях.

На вопрос профессора Смольского, «что это было за действие?» (Алекс, хоть и присутствовал при разговоре, но предпочитал молчать), Фламберг, заявил, что къяррэ искали проход на Старую Землю. Как, откуда они узнали о такой возможности – непонятно, но факт остаётся фактом: корабль-плывунец через заново созданный меж-мировой портал отправился в тот, другой мир, а люди с помощью фламберговой орбитали имели возможность наблюдать за его действиями на «той стороне». И досмотрели бы этот увлекательное представление до конца, каким бы он ни оказался, не вмешайся наездница Л'Тисс – созданный ею Тусклый Шар не только прервал этот сеанс «меж-мировой связи», но и произвёл некий дополнительный, куда более грандиозный эффект. «Пока я не могу что-то утверждать окончательно, - объяснял слушателям Фламберг, - но всё указывает на то, что она не просто разрушила созданный къяррэ меж-мировой портал – нет, она как бы зафиксировала его ТриЭс-отпечаток, и теперь сможет создавать его копии в любой точке Теллуса».

На вопрос «зачем ей это?», Фламберг пожимал плечами: погибший инрийский учёный не успел – а может, и не пожелал? - ставить каких-либо записей на этот счёт. Сам он с головой ушёл в работу – потребовал перетащить весь трофейный хлам во внутренний дворик, и с тех пор не вылезал оттуда, порой забывая даже принимать пищу. Вот и сейчас Фламберг не вышел встречать эскадру – не слишком разумно с его стороны, особенно, если учесть, что магистр намерен потребовать он командира «Байерна», капитана цур зее барон фон Клагге безоговорочного содействия своим планам. Что именно это за планы – Алекс в общих чертах представлял, и заранее предвкушал грандиозную склоку, в которую выльется подобное требование. Особенно если учесть, что там, на Большой Земле Фламберга до сих пор считают государственным преступником, мятежником и чуть ли не платным агентом инри – и чтобы оправдаться, понадобится нечто поубедительнее именной бляхи Осведомительной Канцелярии Кайзера. Фон Клагге известен скверным характером и чрезвычайным упрямством, из-за чего в Воздушном флоте барону прилепили не слишком уважительное прозвище «баран Клагге» - так что их ожидает то ещё представление…

«Байерн» завис над поляной между лагерем экспедиции и холмом, скрывающим руины Заброшенного города. Корветы сопровождения выстроились в круг полумилей выше, а ещё выше выписывали виражи палубные истребители-трипланы - за ними тянулись и таяли в воздухе белёсые шлейфы сгоравшего в трубе бустера-ускорителя мета-газа. У Алекса была мысль соорудить временную причальную мачту, но он вовремя от этого отказался – не в силах скромного личного состава экспедиции было построить из брёвен и проволоки, позаимствованной из обломков «Баргузина», вышку, достаточно высокую и прочную для приёма такого гиганта. Так что визитёры должны были спуститься в борта флюгзайтраггера на «кальмарах» - со снятым вооружением тяжёлый флаппер, кроме пилота, мог взять пятерых пассажиров. Вот три серебристые точки отделились от махины воздушного корабля и нырнули вниз; над поляной повисло густое жужжание маховых перепонок, и фон Зеггерс, командовавший почётным конвоем из матросов «Баргузина», зычно скомандовал «На караул!» Блеснули штыки, взлетел к плечу воздухоплавателя, палаш – ровно в тот момент, когда «кальмары» коснулись травы и замерли. «Ну вот, этот этап нашего путешествия позади… - подумал Алекс,– Что-то будет дальше?»

- Значит, город тут будут строить? – спросил Витька. Они сидели на склоне холма, а напротив, на большой поляне, соседствующей с лагерем, матросы с прибывшей эскадры ставили ряды армейских шатров, обустраивали кухни и навесы, ладили срубы, копали прямоугольные ямы под землянки. Другие стучали топорами в лесу – оттуда шагоход под управлением Фельтке то и дело притаскивал связки брёвен. Работа кипела, и мальчики, наученные опытом, не спешили включиться в её течение. Успеется ещё – и найдут, и припашут, а пока они наслаждались заслуженным отдыхом. Обшаривать овраги и буреломы на пять вёрст от холма, наносить их на карты вместе с молоденьким мичманом, помощником штурманского офицера «Байерна», намечать тропы, по которым могли бы передвигаться люди и повозки - тоже занятие не из лёгких. В повозки, правда, запрячь пока некого, да и самих повозок только две – собраны из разного хлама, оставшегося