Парень Без Тормозов. Том 4 - Алексей Шеянов

Сторожу не пришлось объяснять дважды. Он уже понял за годы своей жизни, когда его вежливо просят уйти. Взяв угощение, он сразу же вернулся в свою будку.

Ждать долго не пришлось. Уже через полчаса приехали фургон и автобус. Сотрудники похоронного бюро ловко открыли двери фургона и вшестером подняли гроб себе на плечи. Из автобуса стали выгружаться люди, в основном это были женщины средних лет. Были мужчины того же возраста, но их было меньше. Одним из последних выпрыгнул холёный старик в сером пальто, примерно ровесник Короля, и помог выйти молоденькой двадцатилетней девушке в синем летнем плаще. Она была ростом где-то метр-семьдесят, имела короткие светлые волосы и такие же острые черты лица, какие были у самого Перепелицына в его возрасте. Но что самое главное, что заметил Король, так это её взгляд, такой же, как и у него. Люди, выбравшись из автобуса, стали о чём-то переговариваться, пока один из сотрудников не подошёл к тому холёному старику.

— Мы готовы, — сказал он.

Старик ему кивнул, после чего тот сотрудник направился в сторону кладбища. Люди с гробом пошли следом за ним, а за ними — все остальные. Впереди шла та девушка, от которой старик не отходил ни на шаг.

Потом все пришли к могиле. Похоронщики поставили гроб на две табуретки и сняли крышку. Девушка со стариком подошли, чтобы в последний раз посмотреть на Анжелику. Король тоже решил подойти.

В гробу лежала женщина пятидесяти лет, уставшая от жизни. Казалось, что только сейчас на её лице был покой, о котором она не знала долгие годы. Саван закрывал её тело по грудь, оставляя открытыми только лицо и плечи. Светлые волосы Анжелики с проседью были причёсаны, а на лице был лёгкий макияж. Но усталости покойной он скрыть не мог.

— Мамочка, — прошептала девушка и зарыдала, уткнувшись старику носом в пальто.

Тот её успокаивающе поглаживал, но ничего не говорил.

Король вдруг понял, что он потерял близкого человека, который никогда не забывал его и не питал к нему ненависти, который в своём письме просто хотел сказать своё последнее «прости». Потом все отступили от гроба, а похоронщики его заколотили гвоздями. Ящик погрузили в могилу, после чего девушка взяла горсть земли и бросила в могилу. Следом это сделал холёный старик и Король. Потом это стали делать остальные пришедшие, даже Муха решил поучаствовать.

После этого похоронщики взяли лопаты и буквально за три минуты закопали могилу. Король тяжело выдохнул и уже собирался уходить, как его взял за локоть тот самый холёный старик. Муха и охранники сразу же двинулись к нему, но Богдан их остановил жестом.

— Вы — Богдан Перепелицын? — спросил старик.

— Да, я.

Старик лучезарно улыбнулся ему и протянул руку. Король сначала осторожно посмотрел на него. У него не было принято здороваться с людьми рукопожатием, но сейчас он решил сделать исключение.

— Меня зовут Меер Меерович Штейн. Я — душеприказчик госпожи Воронцовой. Это я отправлял вам письмо. Вы есть в завещании. Я бы хотел поговорить с вами об этом в своей конторе.

К ним подошла та девушка.

— Знакомьтесь, — сказал старый еврей, — это Екатерина Воронцова, дочка покойной Анжелики, — он указал на Короля, — а это Богдан Перепелицын, друг вашей матушки.

Король кивнул ей, та ответила ему кивков.

— Катюш, я бы хотел, чтобы и ты тоже пришла ко мне в контору вместе с господином Перепелицыным.

— Спасибо, Меер Меерович, — сказала девушка, — можно вечером? А то у меня ещё поминки, в банкетный зал надо ехать, гостей сопровождать.

— Конечно-конечно! Не спрашивай. Вечером, значит, вечером. Моя контора для тебя всегда открыта!

Меер тактично удалился, поняв, что Богдан хочет пообщаться с Катей, ведь он знал всю правду. Король посмотрел на Катю.

— Позволите мне присутствовать на поминках? Я бы хотел больше узнать об Анжелике, как она жила. Давно мы с ней не виделись.

Девушка чувствовала от этого серьёзного человека какую-то родную теплоту, будто бы они знали друг друга всю жизнь. И она не хотела прогонять этого незнакомца.

— Конечно, оставайтесь! Мне будет приятно видеть вас в такое трудное для меня время. Только я не знаю, смогу ли принять и ваших сопровождающих, — она указала на Муху и охранников.

Богдан остановил её жестом.

— Не переживайте об этом. Я обо всём позабочусь, — он снова добродушно улыбнулся Кате, и та не смогла ему не ответить той же улыбкой.

Глава 8

Кучеряшка, как я прозвал про себя этого пухляша-аристократа, с довольной лыбой и со своими прихлебателями приближались к моей парте. Я же сделал вид, что нарочито не замечаю надвигающуюся «угрозу», и банально откинулся на спинку стула, лениво так раскачиваясь и делая вид, что наслаждаюсь видом из окна. По правде сказать, он вообще выглядел очень смешно. А то, что он пытался добавить своему виду серьёзности, делало его ещё смешнее. Такой пухленький прямоходящий безрогий барашек с грозным видом идёт бить мне морду и показывать, кто тут главный. Смешно ведь.

— Так-так, — прошепелявил этот кекс. М-да, теперь мне самому пришлось сделать усилие, чтобы не засмеяться. Я уж думал, что у него хотя бы голос будет погрубее, но, видимо, стереотипы ломаются. Хоть и выглядит увесисто, но всё равно остаётся жирненьким аристократишкой с почти девчачьим голоском. Ему бы гормончиков попить, — И кто это у нас тут такой? Неужели наш староста? — с издёвкой прохрюкала эта хрюшка, обернувшись к своим дружкам и громко и противно захохотав.

Вот если Шатун был боров, так боров. Самый настоящий хряк и почти кабан, а это… Поросёнок, не иначе.

— То ли девчушка какая зовёт, то ли муха жужжит, — спокойно ответил я, делая вид, что отмахиваюсь от назойливой мухи, демонстративно игнорируя эту гоп-стоп компанию. Для пущей убедительности поковырял мизинцем в ухе, якобы пытаясь его прочистить. Сам же краем глаза наблюдал за их действиями.

Почему-то я вспомнил песню Максима Леонидова про «то ли девочку, а то ли виденье», которая прошла как каравелла по зелёным волнам.

Алкин видно привык, что все вокруг чтят его персону и