Альманах «Российский колокол». Спецвыпуск им. Велимира Хлебникова. Выпуск второй - Альманах Российский колокол

Но, как ни странно, Борис вставал в шесть утра – даже раньше, чем в Москве. При этом он чувствовал себя совершенно свежим, полным пульсирующей бодрости.

Чтобы не утратить этого ощущения, Борис решил исполнить ещё одно желание, невозможное в прежней адвокатской жизни. Он начал бегать по утрам.

Оказалось, что это так просто и так немыслимо приятно! Всего-то и нужно, что купить кроссовки и выбежать из дому навстречу рассвету. Но сколько удовольствия получал Борис, чувствуя, как напрягаются его мускулы, как расправляются лёгкие от прохладного ветерка с Адриатики… Пробежка стала обязательным ритуалом, непременной частью дня. Постепенно Борис выработал для себя несколько маршрутов по знакомым переулочкам, мимо ухоженных домов, инжирных и яблоневых садов.

Он любил останавливаться где-нибудь на открытом месте и любоваться восходом. Для жителя мегаполиса это было поразительным зрелищем, интереснее самых знаменитых театров и музеев. «Я и не знал, что солнце каждый день разное, – растерянно думал Борис. – То слабое, разнеженное, словно юная девушка, то яркое, сладкое, как переспелый плод». Ещё удивительнее было море. Борис ощущал, что оно таинственным образом общается с ним, предсказывая движением и цветом волн, какой день ожидается впереди – душный и скучный или лёгкий, полный загадочного предчувствия радости.

Однажды, когда Борис, по обыкновению, глядел на море, его окликнули сзади.

– Шнурок развязался, так можно и упасть ненароком, – произнёс негромкий голос.

Мужчина вздрогнул и оглянулся. Рядом никого не было, лишь ветер покачивал кустики ладанника с ярко-розовыми цветами.

– Показалось, – сказал Борис, усмехаясь.

– Нет, не показалось, – возразил тот же голос, – посмотри ещё раз вниз!

Борис глянул на изгибы тропинки, вьющейся вниз по скале, и увидел большого золотистого лабрадора. Собака внимательно смотрела в глаза человека.

– Это ты, что ли, любитель поговорить? – ошеломлённо спросил Борис.

Происходящее казалось фрагментом из сюрреалистического фильма. Взрослый, психически нормальный, благоразумный мужчина всерьёз разговаривает с собакой! В действительности такого быть не может. Так что же это – сон, переход в параллельную реальность или галлюциногенный эффект каких-то местных растений?

– Конечно я, – услышал Борис в ответ. – Ты меня не помнишь, хозяин? Разве я так сильно изменилась? А ты – совсем такой, как раньше!

Теперь Борис отчётливо понял: с ним разговаривает его бывшая собака, золотистый лабрадор Алмека. Десять лет назад Борис был вынужден вернуть её заводчикам. Расставаясь с преданным животным, он не мог сдержать слёз. И долго потом воспоминания об Алмеке вызывали резкую душевную боль.

– Боже мой, неужели это ты, Алмека? Здесь, за тысячи километров от России? – с дрожью в голосе спросил Борис. – Да ещё разговариваешь? Или я умом тронулся?

– Нет, с тобой всё в порядке! – заверила Алмека. – Я сама здорово удивилась, когда вчера увидела тебя бегущим трусцой. Целый день я размышляла, стоит ли подойти к тебе и поговорить. Посоветовалась с товарищами и получила разрешение на короткую беседу. Сам понимаешь, ситуация нестандартная. Но если честно, я очень соскучилась по тебе, хозяин.

Алмека завиляла хвостом и склонила голову набок – точь-в-точь как она делала раньше, встречая Бориса после работы. Её карие глаза были полны той искренней любви, какую умеют проявлять лишь собаки и маленькие дети. Борис невольно ощутил жгучий стыд и тоску. Эти чувства ещё раз убедили мужчину, что он не спит и не бредит.

– Конечно, надо тебе всё объяснить, – продолжала Алмека. – Помнишь ту страшную аварию, из-за которой мы с тобой расстались? Летом, в субботу, ты ехал на дачу к друзьям и столкнулся с чужой машиной…

Конечно, Борис помнил. Компания нетрезвой молодёжи резко развернула свой автомобиль в неположенном месте. Борис въехал в него на полной скорости. Алмека находилась на заднем сиденье и совершенно не пострадала. А её хозяин получил множество переломов. Почти четыре месяца пришлось провести в больнице, пока не срослись шейные позвонки, повреждённая лопатка и ключицы.

Позже, анализируя ситуацию, Борис понимал, что предотвратить аварию было невозможно. Удивительно, что он вообще выжил – врачи говорили, что если бы обломок позвонка сместился на несколько миллиметров вперёд, пострадавшего ждала бы неминуемая смерть. Словно прочитав его мысли, Алмека сказала:

– Когда машины столкнулись, время как бы остановилось. И наш Правитель, – Алмека подняла глаза и качнула мордой вверх, – спросил у меня, готова ли я уйти вместо тебя.

Собака села на тропинку и, не отрывая взгляда от бывшего хозяина, продолжила:

– Я не особо раздумывала. Ответила – да, согласна! Но с условием, чтобы ты не чувствовал себя виноватым в моей смерти. Пару дней я должна была побыть якобы живой. Собиралась потом убежать и умереть где-нибудь подальше от дома. Но ты сам вернул меня заводчикам, так как из-за травм не мог мною заниматься.

Борис кивнул. Он помнил, как, едва придя в сознание, он попросил врача набрать номер заводчика. Тот выслушал Бориса, но не сразу согласился взять Алмеку назад. Он приехал в больницу, долго стоял перед кроватью Бориса и уговаривал:

– Ведь у вас есть жена, дети… Разве они не могут присмотреть за собакой? В конце концов, можно нанять человека, который будет с нею гулять!

Заводчиком был неразговорчивый пожилой мужчина. Он привык общаться с животными и не умел красноречиво беседовать с людьми. Борис понимал, что в неловких словах заводчика прорывается бескорыстная любовь к собакам.

– Конечно, Алмека – прекрасное животное. Красивое, здоровое, с отличной родословной. Я легко найду ей новых хозяев. Но, поймите, для взрослой собаки очень тяжело перенести расставание с хозяевами. Это всё равно что… отдать собственного ребёнка в сиротский приют.

Вот тогда на глазах Бориса выступили слёзы. И он не мог вытереть их из-за медицинских колец, стягивавших сломанные ключицы.

– Я понимаю, – с трудом выговорил он, – но я на самом деле не могу…

Вспомнив это, Борис почувствовал, что горло вновь перехватило. Он отвернулся, чтобы Алмека не заметила, как увлажнились его глаза. А она спокойно продолжала:

– Не грусти, хозяин! Я не страдала. Через два дня я ушла, не почувствовав никакой боли. Добрый заводчик, кажется, решил, что я умерла от тоски по тебе. Теперь я работаю собачьим ангелом. Честно говоря, меня никто не может видеть. Только в особых случаях мне разрешают стать видимой.

Борис почувствовал слабость в ногах и сел на плоский камень, лежащий у тропинки. Алмека подошла поближе и села у его ног.

– За примерное поведение и хорошие