Рисуем вебтун. Леденящий хоррор с первой главы - Хван Чунхо

друг на друга, но каждая несчастливая семья несчастлива по-своему». Позитивные темы имеют схожий контекст, а потому и схожий вид, но темы мрачных историй мрачны по-разному. Освещенные солнечным светом вещи ясны и определенны, но скрытое во тьме всегда трудно определить и понять. Из-за этой неопределенности интерпретация подобных тем варьируется от человека к человеку и зависит от ситуации. Хаос, созданный тьмой, – это вечная загадка, ответа на которую не существует. Лучшее, на что можно надеяться, – робкое «Это разве не…?» Мы можем лишь догадываться о сущности хаоса, задаваясь вопросами и строя предположения. Порой ценность истории может заключаться даже в самой возможности задуматься над вопросом.

На первый взгляд, свет и тьма кажутся полными противоположностями, но это не так – даже во тьме есть свет. Помимо видимого спектра, существует еще невидимый инфракрасный. Хотя человеческий глаз не способен его увидеть, он излучает отчетливое тепло.

Существует и свет, который более заметен в темноте. «Преступление и наказание» (1886) фактически раскрывает человеческое сознание через деяния главного героя. Фильм «Паразиты» (2019) обличает ужасы системы через царящий хаос, а «Игра в кальмара» (2021) раскрывает эту тему через вспышку насилия. Проявления зла здесь неразрывно связаны с состраданием и привязанностью к людям. Мы видим, как сущность человека ярко раскрывается в жестокой истории.

Смысл страданий

С древних времен у человека была привычка придавать боли смысл. Возможно, это проявление рационального инстинкта найти причину и устранить источник боли. Но порой этот инстинкт только подтверждает заблуждения. В Библии есть персонаж по имени Иов. Он праведный человек, но теряет семью и дом из-за искушений дьявола, а затем сильно заболевает. Три друга приходят навестить его и начинают копаться в грехах Иова, чтобы найти причину всех этих бедствий. Подобная попытка найти связь между грехами Иова и сверхъестественными бедствиями, постигшими его, совершенно не удивительна. У людей есть привычка пытаться всему найти объяснение. Нельзя просто оставить хаос в покое – чтобы разрешить проблему, нужно сначала навести порядок, потому что хаос – это неизвестное, а неизвестное пугает. Потому люди тем или иным образом пытаются найти смысл в страданиях, причина которых неизвестна.

Прошлое человечества было намного более диким, чем наши дни: резня и войны были обыденностью, законы не были справедливыми и строгими, а мораль не была необходима для выживания. В мире хаоса люди жаждали порядка. Им был нужен беспристрастный судья, который разрешил бы все несправедливости их жизни. Так появился концепт ада, упорядоченного мира, в котором вершилась справедливость, где каждому грешнику причинялась боль, соразмерная греху. Ад был порядком для тех, кто жил в мире хаоса. В прошлом люди ассоциировали боль и грех через образ ада.

Эти представления о справедливости, основанные на принципе причины и следствия, глубоко укоренились в нашем сознании и формируют наше мировоззрение по сей день. Преступление – это причина, а наказание – его следствие. Если вы совершите грех, то понесете за него наказание: это ярое убеждение становится новым порядком и истиной. Эта закономерность в нашем сознании настолько непоколебима, что претерпевает инверсию: страдать – это быть наказанным, а тот, кто наказан, очевидно, совершил преступление. Так и выходит, что человек, который страдает, должно быть, согрешил. Мы приходим к такому выводу по инерции.

Как правило, страх возникает при встрече с опасностью. Над главным героем нависает угроза и причиняет страдания. Реакция современных людей на страдания других мало чем отличается от древности. Сначала мы ищем причину боли, а если не можем ее найти, то связываем с грехом. Именно поэтому многие персонажи ужасов – «грешники»: они лживы, эгоистичны и жестоки. Протагонист тоже не может быть абсолютно благородным, поэтому страдает в наказание за малый грех. У этого явления есть очень простая причина: невинные люди в нашем сознании не могут страдать. Мир не может быть настолько абсурдным, иначе нам было бы слишком страшно в нем жить. Это решение – классический способ справиться со «значением боли», которое неразрывно связывает преступление и наказание.

Есть и более циничный способ. На самом деле связь страдания и грехов иллюзорна и создана стремлением людей навести порядок в хаотичном мире. Люди верят в эту иллюзию, потому что хотят чувствовать себя в безопасности, и второй метод направлен на разрушение этой фантазии.

«Человеческая жизнь очень незначительна. Природа повторяет свой цикл, не обращая никакого внимания на человека. Мы живем в бессмысленной вселенной, созданной случайно» – слова маркиза де Сада. На самом деле он прав – природа равнодушна. В чем причина и следствие таких природных явлений, как цунами, оползни, землетрясения, извержение вулкана, похолодания и удары молнии?

Разве ядовитые растения, дикие звери и болезни не просто вопрос везения и невезения? Мир хаотичнее, чем мы привыкли думать, особенно это касается природы. В ней существует естественный порядок, и мы называем его «хаосом». Хаос природы отличается от рукотворного порядка, который создан в соответствии с человеческими желаниями.

Для нас бессмысленные спонтанные страдания намного ужаснее, чем упорядоченная боль, представленная закономерностью «преступление – наказание». Преступление и наказание позволяют нам контролировать страдания и придают боли смысл и порядок, освобождая людей от страха. Хаотичная боль пугает нас намного сильнее, потому что лишает последнего психологического щита, за которым мы можем спрятаться.

В общем, публика предпочитает логичные страдания. Даже если протагонисту и окружающим его людям приходится идти на ужасные жертвы, когда намеченная героем цель достигнута, читатель понимает «смысл боли» и испытывает облегчение. Иррациональная боль намного интенсивнее и беспощаднее – она не имеет никакого смысла. Когда история начинается с хаоса и им же заканчивается, она вызывает дискомфорт невозможности достичь желаемого, но приносит удовольствие от уникального опыта.

Многие из представителей жанра повествуют о хаотичной боли. Легендарные оккультные фильмы «Экзорцист» (1973–2005), до сих пор вызывающие страх, пугающие для своего времени японские фильмы ужасов «Проклятие» (2002) и «Звонок» (1998), а также многочисленные рассказы Дзюндзи Ито – все они повествуют о судьбе героев, которые стали жертвой безразличных стихийных бедствий и бессмысленных страданий.

Фильм «Вопль» (2016) активно поощряет иррациональность, драма «Ад» (2021) отрицает дихотомию преступления и наказания и поднимает более экстремальные темы. Исцеление путем жестокости, изображенное в «Солнцестоянии» (2019), вызывает неоднозначные эмоции, которые никто из зрителей не испытывал прежде.

Лично я вижу в этом чуждом и странном ощущении отличный источник страха. Страх исходит от неизвестности, а неизвестное находится в хаосе, а не в космосе. Потому для автора ужасов важно исследовать именно хаос. Однако это не истина в последней инстанции – писатель может раскрыть свою философию и убеждения в процессе работы над своим произведением. Хотя эффективнее будет раскрыть их