Операция "Эликсир" - Сергей Борисович Рюмин

— Рассказывай дальше! — потребовал генерал.

— Визит к Григорию Ботковели подтверждается следующим, — продолжил Устинов. — Накануне у нашего Колдуна вскрыли гараж…

— Машину угнали? — перебил его генерал.

— Нет, судя по сводкам, украли мелочевку: канистры с бензином, инструмент, лампочки вывинтили…

— Лампочки? — засмеялся Киструсс. — Лампочки-то зачем?

— Я уверен, что целью была машина Колдуна. Полагаю, что всё это сделано, чтобы прощупать объект. Машины в гараже не оказалось. Вот они со злости и «подмели» всё, что можно. В милиции заявление брать не хотели. Но тут вмешалась бывший председатель горисполкома почетный гражданин города Зинаида Павловна Наумова, с которой у Антона тесные дружеские отношения.

Киструсс быстро поднес палец к губам. Устинов тут же замолчал. В комнату без стука зашла Елизавета Ивановна с подносом, на котором были две чашки с кофе. Сахар и вазочка с печеньем стояли на журнальном столике. «Баба Лиза» аккуратно расставила чашки, выпрямилась. Киструсс кивком поблагодарил её. Денис мысленно усмехнулся: стало быть, нашли общий язык новый начальник Управления и старая секретарша, пережившая не одного, и даже не двух, и не трех генералов.

Устинов продолжил, когда дверь за секретарем закрылась:

— Антон каким-то образом нашел воров. Ими оказались знаменитый медвежатник дядя Гоша и два его так называемыхвоспитанника-ученика. У них такое же состояние рук, что и у Строганова. Тоже находятся в стационаре областной клинической больницы. И про Колдуна ничего сказать не могут.

— Жестко он с ними, — бесстрастно заметил Киструсс.

Устинов пожал плечами, дескать, не мне судить, сделал глоток, на секунду зажмурился от удовольствия, поставил чашку на столик:

— Хорошо…

Киструсс терпеливо ждал продолжения. Заметив это, Устинов торопливо продолжил:

— Через два дня после кражи происходит еще один интересный случай. У гражданина Хомченко, известного в уголовном мире, как скупщик краденого по кличке Хомяк, сотрудники уголовного розыска без санкции прокурора, но с последующим уведомлением, благо уголовный кодекс это позволяет, проводят обыск. При обыске находят тайник в сарае, из которого вывезли краденого аж на грузовом автомобиле «Зил-131»! Кузов был загружен с верхом. Описание изъятого заняло двое суток.

— Нифига себе! — не сдержался Киструсс. — Вы полагаете…

— Так точно, товарищ генерал! — согласился Устинов. — Источник получения информации руководством угрозыска скрывается. Но Шишкин, который недавно назначен заместителем начальника управления уголовного розыска, проговорился, что это результат звонка его хорошего знакомого.

— А хороший знакомый у него наш Антон, — заключил Киструсс. — Где он сейчас?

Устинов смутился, опустил голову, выдавил:

— Извините, товарищ генерал, не знаю. Выехал с матерью в деревню. Но в деревне его нет.

— Что значит, не знаю? — нахмурился Киструсс. — Найти! Установить и как можно быстрее. На следующей встрече, дай ему понять, чтобы лучше нам информацию давал, а не милиции.

Он помолчал, потом спросил:

— Как прошла беседа с Ботковели? Он проникся?

Устинов кивнул:

— Проникся. Очень проникся! Беседа прошла, как по маслу! Особенно, когда я сообщил, что мы его подозреваем, что второй контейнер, который был у Хромого Шалвы, у него либо у его подельников. Дал ему неделю, чтобы он его вернул или сообщил, где и у кого он.

— Расписку написал?

— А как же! — усмехнулся Устинов. — У него ж выбора не было: либо пишет расписку, либо едет к нам со своими подельниками, и мы у них узнаём всю правду.

— И он поверил?

Устинов пожал плечами:

— Я был убедителен.

— Надо будет пару раз к нему наведаться, — предложил Киструсс. — Для подтверждения легенды.

— Наведаемся, товарищ генерал!

— Как тебе это? — Киструсс выставил на журнальный столик блестящий алюминиевый цилиндр сантиметров в 30 высотой, радиусом около 10 сантиметров, раскрутил его, вытащив еще один цилиндр, свинцовый и поменьше. Раскрутил и его, вытащив запаянную стеклянную ампулу с палец величиной с желтой маслянистой жидкостью внутри.

— Что это? — спросил Устинов.

— Биологически активное отравляющее вещество под кодовым наименованием «Эликсир», — улыбнулся генерал. — Разведенное машинное масло.

Он снова заложил ампулу в свинцовый цилиндр, потом в алюминиевый, тщательно закрутил.

— Ну, как? Похоже на футляр с боевым отравляющим веществом? — засмеялся начальник Управления. — По моей личной просьбе директор приборного завода сделал. В типографии сделают наклейку с черепом и костями, заложим её на соседнем участке, рядом со сгоревшим домом Хромого Шалвы. Сойдет? Поверят?

— Сойдёт! — согласился Устинов. — Очень даже похоже: и контейнер, и ампула с ОВ. Должны поверить!

— Хорошо, — согласился Киструсс. — Значит, еще один этап контрразведывательной операции «Эликсир» можно считать проведенным.

— Теперь ждём гостей, — сказал Устинов.

— Ждём гостей, — согласился Киструсс. — Но Антона никоим образом из виду не выпускай! Тут даже не угадаешь, что важнее: Антона проморгать или шпиона упустить.

Глава 9

Глава 9.

Переславль. Конец августа.

Мишка, Жазилькина мать и другие…

По плану у меня сегодня значился поход к Зинаиде Михайловне. Появилась еще одна страждущая дама, желающая помолодеть за три тысячи рублей.

До оговоренного времени было еще три часа, поэтому я, недолго думая, благо машина под боком, рванул в Химик навестить Мишку и Андрея. Вступительные экзамены у них должны были закончиться. Как они сдали, я не знал, так как всё своё время проводил на своей гасиенде-усадьбе-поместье-имении (нужное подчеркнуть), выезжая исключительно для того, чтобы привезти-отвезти maman.

Мишка оторопел, увидев меня.

— Антоха! Нифига себе ты загорел! — сходу заявил он. — Где отдыхал?

— В деревне, Майкл, в деревне! — засмеялся я. — На огороде с тяпкой в руках.

Мы обнялись, стоя на пороге его квартиры. Мишка отступил назад, приглашая зайти. Я зашел.

— На улицу курить не пойдешь? — поинтересовался я. — Как всегда.

— Предки на отдыхе, я один, — пояснил Мишка. — Пью джюс, курю в комнате, девок румяных вожу…

Мы заржали одновременно.

— Остался еще джюс?

— Кофе есть. Будешь?

— А как же!

Мы прошли на кухню. Я сел за стол, а Мишка стал священнодействовать за плитой.

— Экзамены сдал? — первым делом спросил я.

— Сдал, — ответил он, не отрывая взгляда от дымящейся турки. — Зачислили.

— А как Андрюха?

— Андрюха не сдал, — вздохнул Мишка. — Пролетел он, как