Дочь от мажора - Рина Райт

Как только Лена возвращается со школьного собрания, мы с Марусей собираемся домой. И у меня нет ни сил, ни желания делиться с сестрой информацией о Назаре.

Уверена, стоит мне перешагнуть порог — мама всё расскажет Ленке. Так что буду ждать звонка от сестры. Так и происходит: она звонит мне на следующий день, и обеденный перерыв я трачу на короткий рассказ о том, как почти полтора дня работаю на бывшего парня. Ленка меня подбадривает.

Глава 12

Проходит неделя, за которую, могу с уверенностью сказать, я почти привыкаю к мысли, что Назар ходит где-то рядом, что иногда мы сталкиваемся в коридорах офиса. С первого сентября начинается учебный процесс. Теперь у меня вечерние занятия, а у Маруси тренировки. Приходится составить график, в какие дни с Марусей Стас, а в какие я.

Полная загруженность учебой, работой и художественной гимнастикой Маруси накрывает меня с головой. Я разрываюсь на части от нехватки времени. Вечерами корплю над курсовым, боковым зрением наблюдая, как моя девочка отрабатывает гимнастические упражнения. Иногда в минуты усталости я задаюсь вопросом: а не бросить ли? Но быстро отметаю этот вариант. Ведь какой тогда пример я покажу своей дочери? Не стоит бросать университет в последний год, словно книгу перед финалом, будучи неуверенной в том, что эпилог придётся по вкусу.

Берём волю в кулак, методичку в руки, и вперёд — к поставленной цели. На самую вершину.

В офисе у нас полная суматоха, Назар открывает филиал в соседнем городке. Светлана Сергеевна полностью уходит в проект, назначив меня на своё место на период её командировки. Где-то внутри я расстроена, что Назар не захотел работать со мной. Моё эго немножко задето, но лишь слегка, ведь я прекрасно осознаю, что так будет лучше для всех. Для нас с Назаром. И для компании в том числе.

Со Стасом у нас что-то вроде перемирия. Мы разговариваем, проводим время с Марусей, спим в одной постели. Но это лишь картинка идеальной семьи, от которой меня уже подташнивает.

Свёкра прооперировали, и он теперь отдыхает, пока его сыновья пытаются не развалить дело всей его жизни. Я всё жду, когда же Стас заведёт разговор о кадровых перестановках в руководстве “УрОил”. Но муж молчит, видимо посчитав, что я и так всё знаю и нечего мусолить данную тему.

В день, когда Александра Владимировича выписывают из клиники, свёкор звонит мне лично и просит привезти к нему внучку. Я не вижу причин для отказа, тем более Маруся тоже соскучилась по дедушке. К тому же сегодня пятница, сокращенный рабочий день и нет тренировок в школе олимпийского резерва в связи с тем, что тренер Маруси и более взрослые гимнастки находятся на первых соревнованиях в этом учебном году. У моей девочки ближайшие соревнования в декабре, успеем подготовиться как следует. Моя маленькая чемпионка первой залетает в дом Лунеговых.

— Вы рано. — Встречает нас свекровь, странно косясь в сторону столовой.

— Пятница же, — отвечаю спокойно.

Виктория Степановна хмурится, но Маруся привлекает её внимание, и она натянуто улыбается.

— Наша девочка. — Обнимает и целует в щёчку внучку. — Ты давно не приезжала. Совсем про нас забыла?

— Бабушка, привет! Никого я не забыла. Я занятая девочка. Садик, гимнастика, английский с тетей Леной, — перечисляет дочка.

— Действительно. И как ты всё успеваешь? — качает головой свекровь.

— Мама и папа меня везде возят.

— Это хорошо. — Снова косится в сторону столовой, и меня осеняет догадка о причине её странного поведения.

Возможно, Назар сейчас там. И она не горит желанием, чтобы мы с ним пересекались. Какие бы цели она ни преследовала, я решаю ей подыграть.

— Виктория Степановна, Александр Владимирович у себя? Мы поднимемся к нему?

— Да-да, конечно, — оживлённо соглашается свекровь. — Пойдёмте. Маруся, дедушка очень по тебе скучал. Спрашивал, когда же приедет Маруся.

— Мы приехали! А, забыла! — восклицает дочка. — Бабушка, я видела папину машину! Надо поздороваться! — И, прежде чем мы успеваем среагировать, Маруся мчится в столовую, откуда доносятся мужские голоса.

— Маш! — окликаю дочку, скидывая шпильки на ходу, чтобы догнать её до того, как она влетит в столовую.

Моя чемпионка шустрее, и вот она уже пробегает мимо Назара.

— Папа! — Вскарабкивается на колени Стаса и обнимает его своими маленьким ручками.

Торможу где-то посередине между Стасом и Назаром, выхватывая ошеломленный взгляд последнего. Он впивается глазами в Марусю, после чего переводит бешеный взгляд на меня. У меня сердце словно останавливается. Все органы чувств отказываются функционировать: из-за шума в ушах ничего не слышу, картинка перед глазами расплывается, пытаюсь сжать ладони так, чтобы почувствовать боль от ногтей, но ничего не чувствую.

Какой бы сценарий встречи Назара с дочерью я ни планировала, он никогда не смог бы стать более реалистичным, чем тот, что разворачивается в данную минуту.

Назар качает головой, словно вытряхивая непрошеные картинки и мысли из головы, и мне страшно подумать, что он представил. Меня и Стаса. И то, что у нас общая дочь.

Голубые глаза Назара вмиг теряют свою яркость. Он отступает, и я, не думая ни секунды, делаю шаг к нему. В мои глазах стоят слёзы, я не могу ему врать о Марусе. Это сильнее меня.

Но прежде чем мой рот успевает произнести хоть слово, Назар резко разворачивается и покидает столовую.

Меня тянет за ним словно магнитом, я не могу отпустить его сейчас. Стас с Марусей на руках преграждает мне путь.

— Лиза, не смей, — произносит сквозь зубы.

Но я уже всё решила.

— Малышка, сходите с папой к дедушке, он уже заждался, а я присоединюсь к вам чуть позже, мне нужно кое-что сделать. — И, прежде чем Стас посмеет попытаться меня остановить, я выбегаю из столовой.

Босиком покидаю дом и чудом успеваю перекрыть путь Назару, который уже сел на свой мотоцикл.

— Назар, это совсем не то, что ты подумал, — знаю, как жалко это звучит, но это первое, что пришло на ум и слетело с языка.

Назар смотрит на меня исподлобья, сведя брови к переносице и криво улыбаясь. Он сейчас похож на Джокера.

— Та маленькая девочка разве не твоя дочь?

— Моя, — киваю, облизывая резко пересохшие губы.

— И моего брата, — почти выплёвывает.

— Нет! — выкрикиваю в сердцах, переминаясь с ноги на ногу и заламывая руки. — То есть да.

— Ты уж определись, Лиз.

— Маруся считает папой Стаса, но она не его дочь.

— А чья? — вцепляется