50 правил Мерил Стрип - Лидия Харпер

О своем муже она говорила так: «Мы с Доном во многом похожи. Он отшельник, как и я. Нам не нравится шумиха, фотографы и гламур. Из-за всего этого мы редко ходим на бродвейские премьеры. Самые счастливые моменты – это когда мы с детьми едем за город».

* * *

Тот год в итоге оказался самым напряженным и содержательным в ее карьере и жизни.

В апреле, всего через месяц после смерти Джона, она начала съемки в фильме «Соблазнение Джо Тайнана». Она сыграла адвоката Карен Трэйнор, вступившую в отношения с женатым сенатором. Ее игра пронизана тихой меланхолией, которая удивительным образом сочетается с силой и умом ее героини. В этой работе она нашла временное спасение, вымышленный мир, в котором смогла справиться с жестокой реальностью.

В августе того же года Вуди Аллен пригласил ее в свой фильм «Манхэттен». Она получила небольшую, но запоминающуюся роль бывшей жены героя. Стрип сыграла роль сдержанно и иронично, мгновенно приковывая к себе внимание зрителей даже в коротких сценах. Эта роль укрепила репутацию актрисы, способной привнести глубину и многослойность в образ любого персонажа, независимо от экранного времени.

Сентябрь 1978 года ознаменовался для нее двумя судьбоносными событиями. Во-первых, она начала съемки в фильме «Крамер против Крамера». Роль Джоанны Крамер, жены и матери, которая бросает семью, потребовала невероятной эмоциональной отдачи.

В том же месяце она вышла замуж за Дона Гаммера.

Восьмого декабря состоялась премьера снятого на год раньше фильма «Охотник на оленей». Мерил согласилась сниматься в нем, чтобы быть рядом с Джоном Казале, картина стала мощным свидетельством их любви. За эту роль она была номинирована на «Оскар», а фильм получил всеобщее признание, став эпитафией вьетнамской войне и истории любви Мерил и Джона.

1978 год стал для Мерил Стрип годом траура и воскрешения. Она потеряла любовь всей своей жизни, но нашла новый дом и новую семью, получила роли, которые положили начало ее головокружительной карьере и оставили неизгладимый след в истории кино.

Брак – это своего рода мышца, поэтому нельзя успокаиваться на достигнутом, его нужно постоянно тренировать и подкачивать, сказала Мерил Джину Сискелу из Chicago Tribune в 1986 году.

На столике лежала кипа страниц. Мерил Стрип читала сценарий, ее поразила сама тема – развод, болезненный, разрывающий на части. Это было так своевременно, так честно, так нужно. Сквозь строчки, написанные мужчиной, она видела реальность, которая касалась тысяч женщин.

Но чем дальше, тем сильнее нарастало недоумение. Тед Крамер, герой Дастина Хоффмана, был прописан с таким глубоким сочувствием, с такой всепоглощающей болью, что от читателей ускользал его эгоизм. Он несчастен, потерян, покинут, его страдания оказались на первом плане. А что же Джоанна?

Мерил перевернула страницу, затем еще одну. Джоанна Крамер, которую ей предлагалось сыграть, была очерчена лишь парой штрихов: она «задыхалась», «хотела найти себя», «феминистки будут ей аплодировать». Она была схемой, а не человеком. Ее мотивы казались туманными, а боль неочевидной. Авторы хотели выставить Джоанну антигероиней, капризной женщиной, бросившей семью ради удовлетворения сиюминутной прихоти. В сценах, где Джоанна возвращалась, чтобы бороться за сына, ее слова были скупыми и поверхностными, лишенными глубины.

«Нет, – подумала она. – Это неправильно».

Она закрыла сценарий и почувствовала тяжелый, горький осадок несправедливости. Джоанна не злодейка, а измученная и несчастная женщина, так и не нашедшая своей идентичности. Она чувствовала, что должна стать ее адвокатом, ее переводчиком для аудитории, которая могла бы понять героиню. Мерил не хотелось играть столь плоскую и одностороннюю Джоанну.

Она должна сыграть роль, но не для того, чтобы выйти на большой экран с самим Дастином Хоффманом, а чтобы дать Джоанне голос, которого ее лишили, чтобы превратить Джоанну из карикатурной эгоистки в живого человека. Мэрил хотела показать, что решение уйти – не каприз, а мучительный выбор, который сделала Джоанна, чтобы найти истинное я, стать лучше для себя и для своего ребенка.

В голове сами собой складывались новые реплики, новый текст, который ее героиня скажет в сцене суда. Джоанна будет говорить о своей неуверенности, о чувстве неполноценности, о страхе, что она разрушит своего сына, если останется. Ее уход не предательство, а трагедия. И Мерил страстно желала донести это до зрителя.

Правило 17: Делай то, во что веришь, даже если нужно конфликтовать. Так ты изменишь мир к лучшему

Она чувствовала, что станет голосом несчастных, не имеющих голоса домохозяек, которым предписано кивать, улыбаться, соглашаться с авторитарными мужьями в этом мире, который мужчины устроили так, как им удобно.

* * *

Развод – не просто судебный процесс и не просто раздел имущества. Это нечто гораздо более глубокое и болезненное, и фильм «Крамер против Крамера» смог показать это с мучительной честностью. Это история о том, как разрушаются представления людей о самих себе.

Герой фильма Тед – поначалу карикатурный, зацикленный на работе средний горожанин, для которого дом – лишь место, где он может поесть и поспать. Он продукт своего времени, своей культуры, где мужчина «добытчик», а женщина – «хранительница очага». Мир Тома рухнул в один вечер, когда его жена Джоанна объявила, что уходит. С этого момента начинается трансформация героя, его мучительный, полный ошибок и сомнений путь к подлинному отцовству. Он готовит тосты, переживает истерики сына, учится терпению. И, что самое главное, он учится любить.

Джоанна не просто взбалмошная женщина, бросившая семью. Она жертва удушающих социальных ожиданий. Она должна была быть идеальной матерью и женой, но при этом чувствовала себя неудовлетворенной, запертой в четырех стенах неудачницей. Ее решение уйти – не побег, а отчаянная попытка найти себя, свою идентичность.

Билли, сын Тома и Джоанны, – главная жертва этой истории, он не понимает, почему его родители больше не вместе. Он любит и отца, и мать, в этом трагедия развода.

Кульминация фильма – судебное разбирательство. И это не просто борьба за опеку над сыном, это борьба за право быть человеком. В ней нет ни победителей, ни проигравших. Есть два человека, которые любят своего сына, но не любят друг друга.

В конце фильма Джоанна, получив право опеки, совершает невероятный поступок. Она отказывается от опеки, понимая, что Тед и Билли стали семьей, что их