Led Zeppelin. Самая полная биография - Боб Спитц

Но самой неприятной новостью оказалось, что выход In Through the Out Door состоится уже после фестиваля. Печать обложки с уймой деталей обернулась производственным кошмаром. «У нас возникла серьезная проблема с коричневыми бумажными пакетами, – рассказывает Ник Мария, продавец из дистрибьюторской компании “Swan Song WEA”. – Наши финансисты сходили с ума, потому что пакеты постоянно рвались при печати. Альбом отказывались упаковывать в термоусадочную пленку, и розничные торговцы выражали недовольство». В очередной раз релиз откладывался.

Из-за кокаина Питер оказался совершенно не готов справляться с трудностями. Он утратил присущую себе остроту ума и больше не мог выходить победителем из любой ситуации. Готовясь к фестивалю в Небуорте, Фредди Банистер и шеф «Showco» Джек Кэлмс, отвечавший за свет и звук, вспомнили встречу в Хорселанджес: «Питер сидел на гигантских дозах», – говорил Баннистер, а Кэлмс вспоминал: «Во время разговора он постоянно уходил в себя и засыпал, а затем окончательно отключился. Поэтому на следующее утро я отправился обратно [в Лондон]».

Будь Питер в добром здравии, вполне возможно, атмосфера была бы другой. Выступление в Небуорте стало серьезной задачей, и для ее решения как никогда требовался его опыт, сила духа, ревностный и заразительный энтузиазм. С помощью Небуорта Led Zeppelin могли вернуться на небосвод, но путь туда оказался еще более тернист, чем прежде.

Накануне фестиваля, в два часа ночи Юнити Маклин разбудил звонок Патриции Пейдж, мамы Джимми. По ее голосу стало понятно, что она опрокинула пару рюмок. Женщина не получила билеты на шоу в Небуорте. «Патриция два-три раза звонила Джимми, и он невнятно обещал, что достанет их для нее. Я уверила ее, что разберусь с ситуацией», – вспоминает Маклин.

Час спустя, ближе к трем ночи, ей позвонил Джимми. «Моя мать обойдется без билетов», – сказал он. Юнити попыталась возразить, но Джимми раздраженно ответил: «Ты не должна с ней разговаривать, не лезь не в свое дело».

В десять минут четвертого у нее снова зазвонил телефон. «Джимми только что рассказал мне, что ты сделала. Ты уволена, мать твою. Ты уволена! Уволена!» – ревел Питер.

Сама того не ведая, Маклин ввязалась в семейные разборки семьи Пейдж. «Мои родители разошлись, у каждого была своя семья», – объяснял Джимми. На самом деле их развод оказался непростым, сопровождался взаимными упреками и вылился в открытую вражду, а новой семьей обзавелся лишь отец.

Позже, когда страсти улеглись, Джимми отвел Юнити Маклин в сторону и сказал: «Мои мама и папа не могут находиться на расстоянии ближе тридцати метров друг от друга. Я не хочу, чтобы они устроили скандал в Небуорте». Джимми нашел компромисс, вручив отцу билеты на первый, а матери – на второй уикенд фестиваля.

То были незначительные проблемы. По-настоящему тяжелая работа ожидала Led Zeppelin впереди. Многое зависело от их выступления, от того, смогут ли они сохранить свою легенду. Британская музыкальная пресса пестрила оскорбительными статьями, предсказывая скорую гибель группы и называя их «мастодонтами, музейными экспонатами», слишком древними, слишком самодовольными, безнадежно отставшими от жизни. Led Zeppelin хотели доказать, что это не так, показать, на что способны и вернуть титул самой крутой группы в мире. Как метко заметил Роберт Плант: «Люди могут болтать, что мы остепенились, но мы по-прежнему сами себе закон».

[2]

Но даже те, кто сами себе закон, не смогли скрыть изумления, когда, прибыв в Небуорт 4 августа, они увидели необъятную толпу фанатов.

«Мы летели на вертолете и с высоты увидели бескрайнее море людей. Потрясающе!» – вспоминает Джимми.

Мнения насчет численности зрителей разделились, но никто не сомневался в одном – она была огромной. Роберт, отважившийся въехать на территорию на джипе, был ошеломлен атмосферой. Это фанаты были сами себе закон. «Люди хотели попасть внутрь пораньше и опрокинули каменные столбы с металлическими воротами. Ворота стояли там с 1732 года, а они спокойно взяли и сдвинули их», – рассказывал он. Так получилось, что Роберт никогда не видел беззаконие и разрушения, что шли по пятам Led Zeppelin в Бостоне, Детройте, Тампе, Майами, Сент-Луисе, Питтсбурге, Далласе, Чикаго, Филадельфии, Гринсборо… везде, где бы они ни выступали.

За кулисами царила другая атмосфера. Шоу в Небуорте олицетворяло их возвращение на родину, воссоединение с семьей. Жены, подруги, дети и бесчисленные родственники теснились в VIP-зоне в специально припаркованном трейлере. Среди них были и пришедшие отдать группе дань почтения коллеги-музыканты: Мик Ральфс с Бозом Баррелом из Bad Company, Крис Сквайр из Yes, барабанщик Кози Пауэлл и Крисси Хайнд из The Pretenders. В дальнем углу, словно новички на вечеринке, притаились панки Мик Джонс и Топпер Хидон из The Clash, Стив Джонс и Пол Кук из Sex Pistols, а также Стив Нив из нью-вейв группы The Attractions. Мероприятие посетил даже американский ди-джей Джей Джей Джексон, ведущий одного из знаменитых дебютов Led Zeppelin 1969 года в «Boston Tea Party». Всех присутствующих охватило ощущение, что это шоу нельзя пропустить, о нем будут слагать легенды.

Будто желая доказать, что они не утратили свой дух, Led Zeppelin вышли с опозданием. Зрителям пришлось пройти долгий и изнурительный путь, чтобы дождаться хедлайнеров шоу. Толпа плавилась под жарким солнцем, которое палило над графством Хартфордшир, пока шоу тянулось все дольше и дольше. Выступления второстепенных групп хоть и не поражали воображение, но были исполнены на достойном, а порой и на неожиданном высоком уровне. Появление Led Zeppelin превратило фестиваль в торжественное событие. Прием, который им оказала публика, нельзя было передать словами.

«Мы давали первый за четыре года концерт на британской земле, и я был на взводе», – рассказывал Роберт. Напряжение передалось музыке. Первые три номера – «The Song Remains the Same», «Black Dog» и «Nobody’s Fault But Mine» – прозвучали небрежно и неуклюже. По словам Джоунси, чей бас по ошибке отключился во время попурри, «звук с самого начала никуда не годился». Роберт с трудом контролировал свой голос и поэтому пел, используя гармонизатор[135], «сильно менявший подачу вокала», создавая высокочастотные визги.

«Мы играли то слишком быстро, то слишком медленно, – сказал Роберт, – и это было похоже на попытку посадить самолет с одним двигателем».

В течение трех с половиной часов, у Led Zeppelin наблюдались проблески неподдельной гениальности и необузданного излишества. «Местами – захватывающе, местами – ужасающе бездарно». Симпатии NME сместились в сторону новой волны и панка, и критик издания отдал Led Zeppelin должное, написав: «Когда с таким пробивным упорством и жгучей страстью играют рок-н-ролл, становится неважно, насколько он старый и рафинированный».

Группа выписывала один за другим свои классические апперкоты – «Achilles Last Stand», «Trampled Under Foot», «Kashmir», «Rock and