Разорванное небо - Максимилиан Борисович Жирнов

– Значит, вы – Джек Риппер, наш слушатель, – уточнил кэптен. – У меня приказ назначить вам охрану и ни в коем случае не выпускать за пределы базы.

– А полковник? – спросил я, неожиданно раздосадованный своим полутюремным положением.

– На него приказ не распространяется. Какие-нибудь пожелания?

– Разрешите, чтобы моим охранником была комендор-сержант Джоанна Смит?

– Вы знакомы? – поинтересовался Деннис.

– Летели вместе в самолете. Думаю, она заслуживает доверия.

Кэптен поднял трубку телефона:

– Комендор-сержанта Смит ко мне! Срочно!

Через пять минут Джоанна стояла навытяжку перед командиром.

– Вы до особого распоряжения назначаетесь начальником охраны капитана Риппера, – сказал Деннис.– Не отступайте от него ни на шаг. Не пропускайте к нему никого, кроме полковника Келли и меня. Организуйте караул у его комнаты, когда он спит. Возьмите столько людей, сколько необходимо. И ни при каких обстоятельствах не позволяйте капитану покинуть базу. Единственное исключение – учебные и боевые вылеты. Вопросы?

– Нет вопросов, сэр, – звонко выкрикнула Джоанна и повторила приказ.

– Тогда садитесь.

Охрана? Боевые вылеты? Дело куда серьезнее, чем тренировки на «Миражах»! Но пока рано расспрашивать. Надо ждать.

– Риппер, ваш инструктор – майор ВВС Франции Антуан де Перье, прилетит завтра утром. Пока отдыхайте.

– У меня вопрос, – вскочил я.

– Слушаю.

– Можно мне отдыхать в казарме морпехов?

– Зачем это вам? – изумился Деннис.

– По-моему, три десятка охранников лучше, чем один. Даже самый лучший.

– Логично. Разве что вы будете мешать морпехам. Джоанна?

– Предлагаю компромисс, – ответила она. – Комната инструктора строевой подготовки пустует. Пусть капитан Риппер спит в ней. Я ночую в казарме.

– Не возражаю, – ответил кэптен. – Вы свободны.

Тесть остался в кабинете. Джоанна проводила меня в серое приземистое здание сразу за ангарами. Она организовала мне постель в крохотном помещении с маленьким окошком. Единственное, что через него было видно – вечно укрытая снегом вершина Этны.

Я рухнул на солдатскую койку, но позволил себе поспать всего четыре часа: надо привыкать к местному времени.

Когда стемнело, я попытался выйти на улицу. Приставленный ко мне морпех зашагал за мной.

– Дружище! – я обернулся к нему. – А если я пойду в сортир, ты последуешь за мной?

– Останусь у двери, сэр!

– Хоть какую-то свободу оставили. Попроси кого-нибудь позвать сержанта.

– Есть, сэр!

Джоанна явилась немедленно, будто ждала приказа.

– Мне захотелось пройтись, – сказал я. – Может, прогуляемся вдвоем?

– Рядовой Лоуренс! Вы свободны!

Морпех исчез. Мы направились к ангарам.

– Значит, вы – летчик, – разговорилась Джоанна, когда мы остались наедине. – Мой бывший жених тоже летчик. Штурмовик. Он вернулся после операции «Успех» и развелся с женой.

Со стороны рулежных дорожек раздался знакомый гул.

– Бежим! – крикнул я и рванул к летному полю.

Мы пробежали мимо ангаров. Несколько незнакомых мне турбовинтовых машин стояли у рулежки.

– А вы в хорошей форме. Еле догнала… – Джоанна осеклась, увидев мое лицо.

Свистя прижатыми к фюзеляжу двигателями, на взлетную полосу выруливал небольшой реактивный самолет. Он остановился на минуту, клюнул тупым носом, разбежался и ушел в усыпанное звездами ночное небо.

– Что-то не так? – обеспокоенно спросила Джоанна.

Я посмотрел вслед удаляющимся огням:

– Не так. Только что взлетел самолет радиоэлектронной борьбы «Праулер». А если этот бродяга где-то появляется – намечается серьезное дело.

С инструктором я встретился на следующее утро. Майор Антуан де Перье, худощавый француз, ждал меня в учебном классе. Глядя на него, я почувствовал себя неловко: куда до этого дворянина мне, грязной помеси колонистов-скваттеров и беженцев из Ирландии.

Первое, что сделал Антуан – достал из портфеля толстый том с фотографией «Миража» на обложке, полистал его и швырнул через плечо.

– Это тебе не понадобится, – он вытащил маленькую брошюрку и протянул мне. – А это – вызубрить наизусть. А теперь полетели. Лучше один час в самолете, чем сто часов теории.

– А тренажерная подготовка? – спросил я.

Антуан хлопнул меня по плечу:

– Тренажер тебе ни к чему, дружище.

Аэродромный тягач выкатил двухместный «Мираж». Несколько минут я запоминал арматуру кабины: расположение переключателей и приборов. Конечно, с первого раза в новом самолете не освоишься, но за день-другой я, думаю, разберусь.

Засвистел двигатель, и мы с Антуаном покатили на полосу. С этого дня моя жизнь на базе превратилась в череду взлетов и посадок.

За неделю я налетал на «Мираже» пятьдесят часов днем и ночью, освоил радар, навигационную систему и даже потренировался в учебных пусках ракет. Но к бортовому компьютеру я так и не привык.

– На чем ты летал в ВВС? – спросил меня Антуан.

– F-15C. Одноместная модификация.

– А сейчас на чем?

– На «Старфайтере».

Антуан присвистнул:

– Старая школа? Тогда понятно. «Мираж» – современный истребитель. На нем ты – не пилот. Ты – оператор летающего компьютера. Достаточно указать ему, куда лететь, а дальше он все сделает сам. Зачем пилотировать по старинке, по наитию, когда есть указатель, который точно показывает направление?

Я терпеливо дождался окончания монолога:

– Что делать, если вся эта заумная электроника выйдет из строя?

Антуан рассмеялся:

– Тогда остается катапульта. В «Мираже» четыре компьютера и еще один резервный. Если все пять откажут, значит, обломки самолета уже ищут домик какого-нибудь незадачливого фермера.

После вылетов я, измученный перегрузками, приходил в казарму, падал без сил на койку и мгновенно проваливался в страну несбывшихся надежд. Но на восьмой день, после очередного вылета, техник неожиданно поднял над головой скрещенные руки. Повинуясь команде, я перекрыл топливный кран. Турбина умолкла.

– На сегодня все, – сказал Антуан. – Мне больше нечему тебя учить. Завтра экзамен.

Я с неохотой выбрался из кабины в послеполуденную жару и побежал в казарму. Джоанна, как хвост, рванула за мной. Внезапно я остановился:

– Может, пообедаем вместе? В ресторане «Белла Этна», прямо на базе. Конечно, у вас и так неплохая кормежка, но все же? Надеюсь, тебе не надо беречь фигуру?

Джоанна рассмеялась:

– Вряд ли мне грозит располнеть. Идем.

По-моему, мне удалось растопить сердце сурового комендор-сержанта. И я не знал, к счастью это или, наоборот, к беде.

Мы уже доедали свои порции жаркого, когда открылась дверь, и на пороге ресторана возник мой тесть. Собственной персоной.

– Вот вы где, голубки! – сказал он и бесцеремонно подсел к нам. – Джек, ты когда заканчиваешь учебу?

– Завтра экзамен.

– Отлично! – полковник даже хлопнул в ладоши.

– Почему? – вырвалось у меня.

– Потому что луна. Не буду мешать вам, – и тесть пересел за соседний столик.

Мы с Джоанной гуляли по базе, пока солнце не скрылось за зубчатыми вершинами невысоких гор и на безоблачном небе не проступили первые, самые яркие, звезды. Я за это время произнес лишь несколько скупых слов