Время шакалов - Станислав Владимирович Далецкий

Занятия он посещал только те, где требовалось присутствие: по лабораторным и практическим работам, а большинство лекций пропускал, ,считая их посещение пустой тратой времени – всегда можно взять чужой конспект и подготовиться к экзамену или зачету.

Выручали и учебники, которыми обменивались комсомольские активисты между собой для самоподготовки. Комсомольские обязанности Михаил усвоил ещё в школе: главное – отчитаться о проделанной работе, провести собрание грамотно, организовать какой-нибудь сбор или коллективное посещение театра или музея, желательно по бесплатным билетам в театр, через комитет комсомола, а музеи и так были все бесплатные для студентов.

Свободное время Михаил проводил с однокашниками или с комсомольскими активистами, а лучше с комсомольскими активистками, без вредной привычки набиваться в жены, и тренирующихся в сексе, в ожидании своего суженного.

Имея в распоряжении свободную комнату в общежитии, Михаил устраивал вечеринки для ребят из своей группы или знакомых по общежитию, или для комсомольских активистов с других факультетов и курсов.

Девушек в институте училось значительно меньше, чем ребят, поскольку не все специальности годились для женщин. В основном, девушки учились на экономическом факультете, а экономика считалась тогда никчемной и малопривлекательной специальностью, и именно для женщин: с их усидчивостью и педантичностью, требуемых при финансовых расчетах.

Но студентки – москвички хотели замуж, а студентки – приезжие тоже хотели замуж, но за москвичей, чтобы после учебы остаться в Москве. И тем, и другим, такие как Михаил, желающие секса, но не желающие связывать себя брачными узами, были не нужны – разве что для сексуального здоровья: потому что женщины, без употребления ими мужчин, портятся быстрее, чем при мужчине.

Михаил, в силу своего умеренного темперамента, не зацикливался на этих проблемах и перебивался женской близостью от случая к случаю, охотно уступая свою комнату однокашникам, даже москвичам, для свиданий.

В таких случаях, он переходил ночевать к знакомым в другие комнаты, где имелись свободные кровати, хозяева которых были на работе в ночную смену, в отъезде или женились и переехали к женам – москвичкам, сохраняя на всякий случай свое место в общежитии – почти бесплатное.

Уступчивость Михаила высоко ценилась, что помогало ему и в учебе – по чужим конспектам, и в организации редких комсомольских мероприятий, необходимых ему для поддержания имиджа комсомольского активиста.

В таких заботах время текло незаметно, домой на каникулы он больше не ездил, чтобы не слушать осуждающих слов отца: справедливых, а потому ещё более неприятных.

Каникулы зимние он проводил обычно в институтском профилактории, а летом комсомольские и профсоюзные активисты выезжали на бесплатный отдых в крымский институтский пансионат.

В те времена, проклинаемые сейчас демократами, все крупные учебные и исследовательские институты имели свои санатории – профилактории в своем регионе и на берегах Черного моря. Потом, при развале страны и раздаче имущества предприятий в частные загребущие руки, эти оздоровительные учреждения были распроданы или просто разграблены и разрушены: также, как детские сады, пионерские лагеря, заводы и фабрики и прочие, ненужные новой власти, предприятия и учреждения.

К окончанию четвертого курса, Михаил получил телеграмму от матери о гибели своего отца в автокатастрофе. Телеграмму он получил с опозданием, уже после похорон.

Студенческая почта хранилась на вахте у входа в общежитие: Михаил получал почту редко, а потому и не следил за поступлением писем, отслеживая только денежные переводы от матери, и никто из его знакомых не обратил внимания на эту телеграмму.

Получив скорбное известие, Михаил сильно расстроился: с отцом отношения у него не складывались, но по-человечески ему было жаль своего молчаливого и замкнутого отца, да и мать с его гибелью оставалась одна.

Михаил заказал телефонный разговор с матерью, объяснил, почему не смог приехать на похороны отца и что не сможет приехать летом на каникулы из-за практики в институте. Эту практику Михаил выдумал, чтобы не расстраивать мать. На самом деле он собирался отдохнуть в Крыму в институтском пансионате, тем более, что вместе с ним ехала знакомая студентка с экономического факультета, с которой он сожительствовал весь четвертый курс.

Мать, выслушав объяснения сына, расплакалась, что он оставил её одну в трудную минуту, слезы матери его расстроили, но менять свои планы на летний отдых Михаил не собирался и, как мог, успокаивал мать обещаниями навестить её в ближайшем будущем. На том и договорились. Мать сказала, что пойдет собирать поминки по отцу на девять дней, а Михаил пошел договариваться со своей пассией насчет отъезда в Крым.

Отдохнул он хорошо, к матери, конечно, не поехал, сославшись на подготовку к окончанию института, и выпускной курс провел достаточно беззаботно, изредка посещая занятия, но часто посещая комитет комсомола и выбивая для себя льготы и поблажки.

Смерть отца имела одно неприятное последствие: мать стала высылать ему меньше денег на поддержку обучения сына в столице, поскольку получала небольшую зарплату бухгалтера, а большие зарплаты отца прекратились с его гибелью.

Недостаток денег Михаил компенсировал разовыми подработками вместе с другими студентами, плюс материальную помощь оказывал институт, как осиротевшему студенту. Это позволило Михаилу окончить институт в привычном образе жизни одинокого столичного студента, располагающего отдельной комнатой в общежитии, где проводились встречи с сокурсниками и студентками, вкусивших запретного плода общения с мужчиной и желающих продолжать это общение со всяким, имеющим уголок для уединения и такой уголок у Михаила имелся.

К окончанию института встал вопрос о дальнейшей судьбе Михаила. Уезжать на работу в село он не хотел, а оставаться в Москве не было оснований: ни для работы, ни по жилью. Разделяя свои заботы по учебе и общественной деятельности поровну, Михаил не получил ни крепких знаний, ни места работы профессиональным комсомольским вожаком: даже удачно жениться на москвичке у него не получилось ввиду отсутствия подходящей кандидатуры в жены.

Перед выходом на диплом, Михаил подключил к своей судьбе профессиональных комсомольских вожаков, которым неоднократно уступал свою комнату на ночь, для свиданий с комсомолками – половыми активистками, и вопрос решился в его пользу устройством в аспирантуру для дальнейшего обучения на профессионального ученого. Конечно, по своим знаниям Михаил не годился в ученые, но знакомства оказались важнее знаний.

Защитив диплом, Михаил прошел формальную процедуру зачисления в очную аспирантуру и сохранил за собой своё место в общежитии уже в качестве аспиранта.

Аспирантура – это как бы дополнительное образование выше высшего, когда в течение трёх лет аспирант изучает более глубоко свою специальность, проводит научные исследования, учится преподаванию в ВУЗе и, наконец, защищая диссертацию