По мирам - Ирина В. Иванченко

В трех шагах от них всадники осадили лошадей. Черные тонконогие кони злобно

хрипели и грызли удила.

– Эльфы!…– выдохнула Женя. Всадники просто не могли быть никем иным.

Замысловатые прически, плащи, припорошенные тонким слоем пыли…

Пока руки судорожно цеплялись за сумку, зачарованный женин взгляд обежал их с

ног до головы. Высокие сапоги из тисненой причудливым узором кожи, перехвачены

ремешками на тонких щиколотках, икрах, под коленями. Из-под плащей выглядывали

подбитые мехом курточки со шнуровкой и широкими рукавами, также перехваченными

ремешками. На одном – темно-зеленая, на другом – винно-красная. Из под курток видны

белоснежные рубахи. Штаны на эльфах тоже в цвет курток, но из ткани, плотно облегали

длинные мускулистые ноги. У того эльфа, который одет в винно-красную куртку, светлые,

почти белые, волосы, часть их рассыпалась по плечам, часть забрана в высокую прическу с

золотой заколкой. Лицо бледное, уголки губ презрительно опущены вниз. На длинных тонких

пальцах горели перстни…Второй эльф смуглый, черноволосый. Волосы уложены в плотный

валик на затылке и скреплены спицами. Перстней у него не было, в руках арбалет, а над плечом

торчала рукоять меча.

Игорь сгорбился, неуловимым движением плеча сбросил дорожный мешок в пыль.

Лицо его имело тоскливое и несколько обиженное выражение.

Смуглый эльф что-то сказал светловолосому и чуть сжал коленями конские бока.

Лошадь злобно взвизгнула, заплясала на месте, но вперед не пошла. Макс прижал уши к голове,

припал к земле и безостановочно глухо рычал. В ярком солнечном свете Жене показалось, что

шерсть пса отливает сталью. Смуглый вскинул арбалет и выстрелил почти не целясь…. Женя

не успела вскрикнуть. Игорь не успел закрыться, Макс пружиной взлетел в воздух, аккуратно

взял клыками остро блеснувший на солнце кусочек смерти и глотнул…

– Отпустите девушку! Она не причем! Я остаюсь, – скороговоркой выпалил Игорь,

делая шаг в сторону и закрывая собой Женю. Дханж он по случаю жары не надел, на его белой

рубахе расплывалось темное пятно пота…Каково же эльфам в зимних куртках?! Или они не

потеют?

В ответ на игоревы слова, светловолосый усмехнулся крайне неприятной улыбкой.

Женя заметила, что зубы у него нечеловечески мелкие, жемчужно-белые с ярко

выделяющимися острыми клыками.

– Позвольте мне скрестить с ним оружие, Государь? – смуглый склонился в седле.

– Не стоит, Кэйдзи, – светловолосый извлек из чехла на поясе какую-то странную

черную штуковину и направил ее в сторону Проводника…Жене, выглядывающей из-за

широкой спины верзилы неизвестно почему вдруг стало страшно.

– Черное Покрывало! – Игорь отшатнулся назад и чисто инстинктивно закрыл лицо

руками.

Макс повторил свой коронный прыжок. На этот раз он с металлическим лязгом

вырвал из холеной эльфьей руки штуковину и диковинным, не совсем собачьим, сальто

вернулся на землю. С трофеем он, впрочем, поступил вполне в своем стиле – принялся грызть,

как вкусную сахарную косточку. Эльфы оторопело таращились то на пустую руку, то на

жующего пса.

– Мда… – на лице светловолосого презрение сменилось недоумением. Ему с

трудом удалось удержать шарахнувшуюся лошадь

– Отбери! – потребовал смуглый, которого спутник назвал Кэйдзи, и

недвусмысленно шевельнул арбалетом.

– Дак, поздно уже, – пожал плечами Игорь, но махнул рукой на пса, правда, без

особого энтузиазма.

– Фу, Максик, брось каку…– пес вильнул хвостом. И впрямь. Поздно. От добычи и

следа не осталось.

– Это не собака, мальчик, – голос светловолосого, против ожидания, был мягким и

даже нежным. Тонкие пальцы похлопывали коня по шее, перебирали гриву. Недоумение на

лице сменилось снисходительной улыбкой. Так, умудренный годами и опытом, старший брат

смотрит на несмышленыша – младшего. Ласково и снисходительно. – Это не собака… Где ты

взял Гончую, мальчик?

– В луже, – послушно ответил Игорь и вытер о штаны вспотевшие ладони.

– В луже, – глубокомысленно повторил эльф, – хотел бы я знать, почему тебе так

везет…

– Позвольте мне, Государь?! – взмолился Кэйдзи. Его тонкое, нервное лицо

перекосилось в гримасе какого-то одержимого отчаянья.

– Это не собака, Кэйдзи, и, следовательно, она скоро уйдет. Охота не завершена,

мой верный Ловчий. Гончая не даст тебе и волоска с него срезать. Не будь столь

нетерпеливым…

– Макс, взять! Фас, Максик! – Женя решила, что пора бы ей вмешаться. Она

понятия не имела о том, какие отношения связывают Проводника и двух породистых

высокомерных эльфов. Но стоять тут, на жаре и слушать рассуждения этого типа на

лошади?!

– Девочка, заткнись! И постой в сторонке, – эльф небрежно взмахнул рукой и

неведомая сила швырнула Женю в траву на обочине и намертво сжала ей челюсти. Игорь

дернулся было в ее сторону, снова тонко взвизгнул арбалетный болт. Макс не заставил себя

упрашивать. Ему это, похоже, нравилось. Правда, нападать на эльфов он почему-то не спешил.

– Сопляк! Отзови собаку и сражайся, как подобает мужчине! – потребовал Кэйдзи.

– Не надо, Кэйдзи, – светловолосый поднял вверх тонкую руку.. – Что проку в том,

что ты его зарежешь? Он нужен нам живым. – Ласковая улыбка Игорю. – Гончая уйдет, и мы

снова встретимся, везучий мальчик. Сними рубаху, и кинь ее Ловчему. Быстро! Иначе твоей

девочке будет очень больно и плохо. Она даже умрет… Ну-ка, без резких движений…

Игорь покорно стянул через голову мокрую от пота рубаху, смял ее в ком и

швырнул в напряженного, как перетянутая струна, Кэйдзи.

– Умница, мальчик. Я буду очень рад вновь с тобой встретится. – Нежно улыбнулся

светловолосый.

Смуглый же поднес рубаху к носу… Скулы его закаменели от ненависти, взгляд

был страдальческий. Он походил на гончую, которую сворка не пускает к затравленному зверю.

С неистовым удовольствием вдыхал он запах своего врага…

– Нам пора, Кэйдзи, – светлый тронул лошадь коленями, и она взвилась прямо в

небо!

– Я приду! – пообещал Кэйдзи, заталкивая рубаху Игоря под куртку на груди. Его

конь последовал за конем Государя. Опомнившийся Макс высоко подпрыгнул, но сумел

ухватить лишь краешек плаща. Какое-то время болтался в воздухе. Затем, с треском

разрываемой ткани, плюхнулся обратно в пыль. Незавидный трофей молниеносно исчез в

клыкастой пасти. Что ж с паршивого эльфа хоть шерсти клок. Женю отпустило. Она села в

траве. Терла виски холодными ладонями и смотрела, как зябко, несмотря на жару, ежится

полуголый Игорь.

– Они что, фетишисты? – поинтересовалась Женя у верзилы. – На кой им твоя

рубашка? Стоило из-за нее такой шухер подымать? Я б еще и свою добавила. Пусть ребята

порадуются.

– Ой, мамочки. Как же я не люблю это все!! – простонал Игорь