Голубая Луна - Возвращение - Саймон Грин

- Ты пришёл в нужное место, - сказал Хок. - У нас есть репетиторы на все случаи жизни. Мы найдём того, кто сможет тебе помочь.

- Но, - сказала Фишер, - мы оставляем за собой право приковывать тебя в подвале каждое полнолуние.

- Спасибо, - сказал Скотт. - О, спасибо вам. Он всё ещё говорил это, когда охранники повели его прочь.

Следующим был тёмный маг. Он не скрывал того, кем он был; более того, он превозносил это. Ободренный восторженным вниманием толпы, он принял перед Хоком и Фишер выверенную позу, чтобы продемонстрировать свои тёмные одежды, клубящийся тёмный плащ и множество демонических амулетов, висящих на цепочках на его груди. Он даже отрастил аккуратно подстриженную козлиную бородку и добавил немного тонкого тёмного макияжа вокруг глаз.

- Все тёмные искусства подвластны мне! - сказал он величественно. - Я могу вызывать духов из мерзких глубин бездны, поражать живых и повелевать мёртвыми. Все силы тьмы склоняются передо мной…

- О, приступай, сказал Хок. - У нас нет целого дня.

- Точно, - сказала Фишер. - Драматурги-любители прослушиваются по соседству.

И каким-то образом, перед лицом их совершенно обыденного внимания и неподвижных взглядов толпы, оказалось, что повелитель тёмных сил ничего не может сделать. Он пытался скандировать и проклинать, но слова просто не шли, а руки слишком сильно дрожали, чтобы справиться со страшными знаками-жестами. Он схватился за один из своих демонических амулетов, но тот лопнул у него в руке, и он уронил его на пол, где тот раскололся на сотню осколков. В конце концов он топнул ногой, произнёс несколько детских ругательств и, не оглядываясь, вышел из зала.

- Попробуй ещё раз в следующем году, - крикнул ему в вслед Хок. - Только в следующий раз оставь нервы дома.

- Хороший спич, однако, - сказала Фишер.

- Я слышал и похуже, - сказал Хок.

Следующий участник прослушивания утверждал, что умеет летать, но когда на него надавили, он смог лишь зависнуть в нескольких футах от пола.

- И это всё? - сказал Хок.

- Вот почему я здесь! - сказала молодая ведьма, тяжело опускаясь на пол. - Мне нужна тренировка!

- Возвращайся, когда сможешь коснуться потолка, - безжалостно сказала Фишер.

Молодая ведьма едва успела отойти с дороги, как вперёд вышла зрелая женщина солидного возраста и комплекции, в платье такого яркого цвета, что оно почти доминировало, таща за собой возмущённого молодого человека. Она сердито посмотрела на Хока и Фишер, громко фыркнула на других преподавателей и подтолкнула вперёд своего высокого худощавого сына.

- Покажи им, на что ты способен, Сидни!

- О, мама! - воскликнул Сидни, уставившись на свои ноги. - Я не хочу. Оставь меня в покое! Ты ставишь меня в неловкое положение!

- Не будь глупцом, Сидни! Это твой шанс. А теперь покажи им свои чудеса!

- Не хочу поступать в Академию Героев, - пробормотал Сидни, все ещё упрямо глядя в пол. - Не хочу быть героем. Я же сказал тебе. Я хочу быть портным и делать интересные вещи из тканей.

- Где же здесь деньги? - проворчала его мать, схватила его за руку и хорошенько встряхнула. - Где слава и известность? Если бы твой отец был жив, он бы очень расстроился из-за тебя. Теперь покажи им свои чудеса, или будут неприятности!

Сидни издал весьма удручённый вздох, и с потолка, словно проливной дождь, посыпались камешки, появившиеся из ниоткуда. Из толпы, тесно прижавшейся друг к другу и не успевшей рассыпаться, раздались крики и проклятия, но ни один из камешков не был достаточно велик, чтобы причинить кому-либо вред. Каменный дождь резко прекратился, и Сидни устроил настоящий дождь.

Хотя это было больше похоже на морось и длилось недолго, чтобы никто не промок. Он заставлял одежду людей временно менять цвет, вылечил несколько головных болей, отрастил волосы на лысой голове и создавал ощущение, что может грянуть гром, если подождать достаточно долго. Затем он сложил руки на впалой груди, шмыгнул носом и твёрдо уставился в землю.

- Ты закончил? - спросил Хок, вполне вежливо, учитывая обстоятельства. Ведь даже самое маленькое чудо, в конце концов, было чудом.

- Не смей так разговаривать с моим Сидни! - огрызнулась его мать. - Когда-нибудь он станет великим человеком, нравится ему это или нет! Он может сделать всё, если только приложит к этому усилия.

- Ты уже совершил один великий поступок, не так ли, Сидни? - сказала Лили Пек, недавно вернувшаяся в зал. Что-то в её голосе заставило Сидни поднять голову и посмотреть на неё, и она ласково улыбнулась ему. - Скажи мне, Сидни, как давно умерла твоя мать?

- Прошло уже четыре месяца, - сказал Сидни. - Я так скучал по ней, когда был один, поэтому я призвал её обратно. Только это не совсем она. Просто её восставшее тело, говорящее всё то, что я мог помнить. И теперь я не могу избавиться от неё. Не могу заставить её снова лечь и оставить меня в покое. Вот почему я в конце концов позволил ей запугать меня и заставить прийти сюда. Потому что надеялся, что кто-то здесь сможет научить меня тому, что мне нужно знать; чтобы она снова стала мёртвой.

- Сидни! - взвизгнула мёртвая женщина. - Так нельзя говорить о своей матери!

- Позвольте мне, - сказала Лили Пек. Она щёлкнула пальцами, и мать Сидни рухнула на пол и затихла. Сидни посмотрел вниз на свою мёртвую мать, потыкал тело носком ботинка, чтобы убедиться, и наконец испустил долгий вздох облегчения. А потом он начал плакать. Лили наклонилась поближе к Хоку.

- Он действительно обладает большой силой. Ты бы видел его ауру. Лучше позволь мне оставить его здесь, на обучении, где мы сможем за ним присматривать. И принять меры, если понадобится.

- Согласен, - сказал Хок. Он повысил голос, обращаясь к Сидни. - Хорошо, ты в деле. Но больше никаких воскрешений мёртвых без присмотра специалистов.

- Конечно, - сказал Сидни. Он перестал плакать и громко высморкался в пятнистый носовой платок. - Поверьте мне, некоторые ошибки можно совершить только один раз. Он снова посмотрел вниз на мёртвое тело. - Моя мать не была такой. Когда она была жива.

Он тихо ушёл вместе с охранниками. Чтобы вынести тело, потребовалось ещё четверо стражников.

Это была последняя встряска. После этого остались только обычные бойцы,