Тринадцатый XII - Виктор Молотов

Я же решил оставить их с Вячеславом, им ещё многое нужно обсудить.

* * *

— Откажись от отречения, — серьёзно сказал Анатолий Андреевич своему внуку. — Это последний шанс.

— Если откажусь, то через пару часов меня всё равно свергнут. Это неминуемо. Меня готовы поддержать лишь несколько человек из моей охраны, и на этом всё, — пожал плечами Вячеслав и присел на стул, что стоял возле кровати его прадеда.

Парня всегда преследовали сомнения. Он с трудом заставил себя согласиться на отречение, а сейчас прадед подливал масла в огонь, говоря, что всё можно исправить.

— Глупый ты. Ничего не понимаешь.

— У меня нет ни армии, ни поддержки аристократии…

— Обещай первым повышенные зарплаты, а вторых освободить от налогов. И они, как миленькие, тебя поддержат. Решением общественности очень легко управлять. Поражаюсь, как тебе этого не объяснили. Знаешь, что я увидел из окна скорой, пока мы ехали сюда?

— Что?

— Много раз на стенах повторялась надпись: «Долой бессмертного императора!». Кто бы это не написал, он явно соображал, как ополчить простолюдинов против Романова.

— Но он это сделал, чтобы самому сесть на престол. А тут появился я.

— Алексей, значит, так я и думал, — хмыкнул старик.

— Лучшей кандидатуры на роль императора не найти.

— А это не важно! Происхождение у вас одинаковое. Его любят больше — да, но это неважно, как ты не поймёшь?

— А что важно? Давать людям то, что они хотят, и тогда будет поддержка?

— Именно! К каждому можно найти подход. И думай скорее, пока не совершил самую большую ошибку в своей жизни.

Сомнения Вячеслава росли. Утром он уже попрощался с титулом императора и даже готов был прадеду уступить титул князя. Но тот хотел, чтобы у его потомков было лучшее будущее. По его мнению, они уже разрушили все, до чего только смогли прикоснуться.

— Это не отменяет того, что я умру через пару минут после того, как на камеру откажусь от своих слов, — Вячеслав выдвинул главный аргумент.

Со своей жизнью он расставаться не хотел.

— Ха! Вот всему вас, молодёжь, учить надо!

— Ты о чём?

— Иди в родовое подземелье. Третья дверь слева после входа. Не благодари.

— Что там?

— То, что поможет тебе не только выжить, но и победить.

* * *

— Лёха! Спасай! — Макар спрятался за мою спину.

Опять мне не дают поспать… На этот раз я почти дошёл до своей комнаты!

— Что на этот раз? Поругался со всем призрачным отрядом, и они решили отомстить?

— Нет. Ба хочет, чтобы я на коронацию надел красный костюм. Это же ужас!

Я на миг представил Макара в подобном облачении и был вынужден с ним согласиться.

— Я с ней поговорю.

И ещё полчаса у меня ушло на то, чтобы убедить бабку Макара позволить ему надеть чёрный костюм. Бесполезный спор. Крайне бесполезный. И я пошёл на это только ради друга.

В итоге мне удалось её убедить. И снова идя к своей комнате, я уже не надеялся, что мне удастся поспать.

Однако на этот раз обошлось без приключений. И я спокойно поспал четыре часа, после чего принялся готовиться к коронации.

— Тебе очень идёт этот костюм. А с короной будет смотреться ещё лучше, — улыбалась Диана, когда я смотрел на себя в зеркало.

Пожалуй, так дорого я ещё никогда не выглядел.

— Надеюсь, мне не придётся ходить в нём постоянно.

— Нет, подобные наряды только для самых важных мероприятий.

— Успокоила, — шутливо ответил я.

Было непривычно.

И даже сложно осознать, что около года назад я очнулся в тюрьме, не помня ничего, а сейчас готовлюсь надеть на голову корону. Осталось каких-то полчаса, а в главном зале уже собрались гости и журналисты.

Слишком многое произошло. Но и это — ещё не конец. Будучи императором, я в разы быстрее смогу достичь своих целей.

— Я волнуюсь, всё-таки на нас вся империя будет смотреть, — призналась Диана.

— Всё пройдёт хорошо, тебе не о чем переживать. Единственный, кто мог помешать коронации, сейчас ожидает её в роли почётного гостя, — ответил я, имея в виду Градимира.

— Думаю, деда плохо Влияет на Вячеслава. Как бы чего не натворил…

— Почему ты так решила?

— Потому что он сказал, что, цитирую: со своими обидами я хернёй занимаюсь. Семья у нас одна, и надо думать в первую очередь о её благополучии.

— Ну, отчасти он прав. О том, что касается семьи, — мягко ответил я. — А прощать ли Вячеслава, уже лично твоё дело.

— Вот я ему так и ответила. Но деда сказал, что я должна поддерживать брата, а не стороннюю семью. Якобы то, что женщина после замужества переходит в другую семью, ничего не значит для княжеских и императорских семей.

За всем этим я понял для себя только одно — надо держаться настороже. Неприятности могут прийти оттуда, откуда я их и не ждал.

— То есть пытался настроить тебя против меня?

Вот так спасаешь людей, а они потом тебе палки в колёса втыкают. Такова суровая реальность.

— Да. А потом с Катей познакомился и прочитал ей такую же лекцию. Только в конце добавил, что мужа она должна выбирать себе по статусу. И всё равно, что князей в империи всего два рода осталось. Заграничный муж тоже подойдёт.

— М-да, если Анатолий Андреевич станет главой рода, нам сладко не покажется. Я начинаю думать, что не стоит возвращать ему магический источник. Так от князя будет куда меньше вреда.

— Не возвращай, — с ходу согласилась Диана. — Или выставь условие, что вернёшь силу только при полной поддержке рода Воронцовых.

А вот это уже был дельный совет.

— Поговорю с ним ещё раз после коронации. А сейчас, нам пора идти.

К назначенному времени мы спустились к тронному залу. И оба натянули парадные улыбки.

Охрана открыла нам двери, и мы вошли в огромный зал, полный людей. Ноги плавно ступали по ковровой дорожке.

— Главное — не забывать улыбаться, — нервно шептала Диана.

Но кроме меня её никто не слышал.

Под пристальным взором камер мы прошли к двум тронам, специально привезённым сюда для церемонии. Один высокий, сделанный словно из золота. Но