Люби, когда встанешь с колен - Вифина Агрева

— Значит воинам нужно убить колдунью, — подвёл итог самый пожилой из раненых. — Иначе наше нападение не будет иметь никакого смысла. Просто погибнет много людей и гномов! Вся надежда на Ирвина и его разведчиков.

Эльза сильно нервничала. Исчезновение любимого человека грозило обернуться для неё страшной бедой. Слишком много мёртвых тел уже лежало у входа во дворец и надежды на скорое окончание битвы не было.

Глава 16

Вместе с Янгисом Эльза помогала людям и гномам страдающим от ран, потерявшим конечности или оставшимся без глаз — такое тоже бывало. Удары эрлихов гнули и рвали металл, крошили кости. Изувеченных было так много, что Эльзе порой казалось, что этот кричащий, плачущий и хнычущий поток никогда не кончится.

Со всех сторон доносились пугающие крики мутантов. Эти злобные существа были совершенно дикими и подобно зверям, подчинялись приказам своего дрессировщика — хитрого Аспира.

Этот интриган точно знал, что женщины не смогут родить ему девочку. Да он в ней и не нуждался. У мутанта не было тяги к воспроизведению себе подобных, ему нужна была армия. Он стремился к тому, чтобы подняться на трон правителя здешних земель, подмять под себя местных феодалов и сделать рабами всех, кто принадлежал к вольным народам.

— Мать! — рявкнул он и на огромной скорости устремился в высокую башню. Из её окон-бойниц поле боя было видно как на ладони.

— Чего тебе, Аспир? — холодный голос волшебницы слегка остудил пыл взбалмошного сына.

— Ты зачем броссила в бой мутантов?! — от переполнявших чувств он вновь начал посвистывать. — Нужно было сначала загнать в ловушку врагов! А теперь, если кто из них ссумеет сбежать, все узнают, что у меня огромная армия!

— Ну и что тут такого страшного? — мягким голосом, не предвещающим для сына ничего хорошего, спросила мать.

— Мы лишимсся большого преимущества, — выдохнул Аспир.

— Какого именно? Говори точнее, олух!

— Неожиданности! — злобно закричал Аспир матери в ухо.

Аханна резко отскочила в сторону. Мальчик явно не понял, что мама не в духе и нарывается на скандал. Ну что ж, теперь у неё есть причина дать выход своим эмоциям. Без раздумий она отвесила Аспиру звонкую оплеуху.

— Ты что?! — взревел мутант, терпеть унижения от матери он не привык.

— Умолкни, а то сейчас превращу тебя в навозную муху! Вот тогда нажужжишься, сколько душе угодно!

— Ты ничего не понимаешь в тактике боя и даже не пытайся командовать моей новой армией! Я сам их всех воспитал, они разорвут в клочья любого, кто выступит против меня!

— Я прикрываю этих молокососов, выросших под два метра, но не имеющих понятия о ценности своей жизни. Навожу на противников едкий туман, лью нескончаемую воду, ослепляю яркими вспышками жуткого, всепоглощающего огня!

— А я их и не берегу, что ли? Хотя мне ещё нарожают, видишь как много женщин в замке. К тому же не всех мутантов я успел подготовить. В подвалах дворца сидит ещё столько же, только они пока не обучены.

— Ты знаешь, что ты неполноценный, мутант? Тебе не нужны жена и дети, ты не сможешь стать родоначальником династии! Ты мой просчёт, моя ошибка, Аспир! Какое право ты имеешь меня укорять?!

— Тогда зачем ты меня родила? — глаза Аспира налились кровью, рот искривился и на нижней губе появился сгусток коричневой слизи.

— Я тебя создала, я тебя не рожала, — отчеканила Аханна. — Когда-то ты должен был это узнать, чтобы более точно понимать своё место в жизни. Не зазнавайся, ты просто солдат, всего лишь один из тех, кто сейчас обороняет мой замок. Но запомни: без меня тебя не было бы! Поэтому ты должен беспрекословно поклоняться моему величию!

— А отец? У меня же был эрлих отец! Это в его замке мы сс тобой живём, на его деньги покупаем у караванов вссё необходимое и продукты для армии. Благодаря ему ты не знаешь нужды, мать! Ну или скажи сама, как мне тебя теперь называть? — сдавленно прошипел Аспир. Он уже ненавидел эту холодную и расчётливую женщину, стоявшую перед ним и указывающую, что ему делать.

— У меня есть имя — Аханна! И оно мне нравится, Аспир. Будь любезен, с этого мгновения всегда прибавляй к нему одно слово — «госпожа». А насчёт отца не думай, он тебе такой же отец, как любой из медведей в глухом лесу. Разве что я взяла у него, умирающего, немного крови для тебя и добавила крови моей служанки, так она сама виновата, что бросилась защищать эту тварь! Или ты хочешь сказать, что я могла полюбить какого-то эрлиха, пусть и очень богатого? Развеселил! А то, что он сразу умер, как только я вселилась к нему, так это простая случайность!

— То есть ты втёрлась к нему в доверие и он тебя приютил? А потом взяла и убила его?!

— Это не твоё дело, сопляк!

— Тогда открой секрет— как же плодятся эрлихи, почему они не вымерли до сих пор?

— А, наконец-то задумался! — хмыкнула Аханна. — Это бывает редко, но однажды, очень тёмной зимней ночью, когда нет света Луны, какой-нибуь из эрлихов внезапно начинает тихо стонать. И почти сразу, рядом с ним появляется ещё один такой же взрослый эрлих. У них нет детей, к твоему сведению, точно так же, как и пола.

— Я хочу задать тебе ещё один вопрос…

— Всё, аудиенция окончена! Немедленно отправляйся к войскам и вдохновляй их на победу личным примером! Нечего здесь отсиживаться за моей спиной!

Аспир отполз к двери, а потом развернулся и злобно посмотрел на Аханну. И раньше он не испытывал к ней сыновьей любви. Не за что было. Она воспитывала его в строгости и невыносимых условиях, не делала для него никаких поблажек.

После того, как он вырос и набрал нужный, по её мнению вес, чтобы намного превосходить остальных эрлихов и доминировать над ними, она сделала его командующим небольшого отряда, охранявшего замок. Вот и все его привилегии.

Поджав губы и крепко стиснув острые, как лезвия, зубы, мутант выскользнул на площадку. Ну, что же, ему не хуже чем другим, по крайней мере он жив, в отличие от того неизвестного добряка, вздумавшего когда-то пожалеть Аханну.

Аспир понимал, что ему нужно вступить в бой, ведь создательница точно наблюдает за ним с какой-нибудь из бойниц башни. Но он не мог, так как совсем не видел врагов впереди. Его глаза закрыла пелена.

— Люди, гномы, да какая разница, — думал Аспир. — Все они пострадали от необъятного, вселенского ужаса, созданного Аханной. И первыми