Рогатый берспредел - Дмитрий Анатольевич Гришанин

Хорошо еще с топора, как с системного предмета, кровь и прочая слизкая дрянь из нутра монстров соскакивали сами собой — стоило лишь развеять заляпанное до крайности оружие, и призванный в следующее мгновенье обратно в руку топор материализовался уже в первозданной чистоте.

С испачкавшейся невольно из-за кровавых брызг одеждой пришлось потом еще изрядно повозиться на берегу, скобля снегом и замывая ледяной водой из пруда бесчисленные фиолетовые пятна и пятнашки. Все оттереть и отмыть, разумеется, мне все равно не удалось, но все же с грехом пополам привести спортивный костюм в достойный вид вроде бы удалось.

Время близилось к обеду. А я еще сегодня толком даже и не завтракал. Конечно в большом пространственном кармане плаща, при желании, можно было отыскать пару-тройку шоколадок, завалявшихся там еще с времен злоключений с дурачком Максимкой. Но мне захотелось на перекус чего-то более существенного. Благо кругом было множество домов с открытыми квартирами сгинувших бесследно хозяев. Можно было запросто наведаться на кухню в каждой и с немалой вероятностью достаточно быстро отыскать там что-нибудь вкусненькое, и куда как более аппетитное, чем тривиальная шоколадная плитка.

Вот я и отправился на поиски…

Глава 11

Уже на подступах к подъезду выбранного дома землю под ногами вдруг так тряхануло, что тротуарная наледь в округе пошла трещинами. Да и сама пятиэтажка напротив среагировала на резкую встряску жалобным дребезжанием оконных стекол. Но как выяснилось еще через несколько секунд случившийся земляной толчок являлся лишь прелюдией к последующему глобальному системному оповещению, полыхнувшему перед внутренним взором:

Внимание! Всем игрокам Зыбкого мира, пережившим первые 24 часа изменения миропорядка, поощрительным бонусом начисляется по 1000 ед. живы в Запас и по +1 к показателям Память и Медитация.

Внимание! Объявляется подплинтусный шторм! Трепещите, малоуровневые ленивцы, ваши бывшие незаметные соседи отныне становятся очень даже заметными и тоже начинают охоту за живой.

В подтверждение системной страшилки подъезд стандартной пятиэтажки встретил меня зловещими хрустом и скрежетом, доносящимися в основном из-за неплотно прикрытых (а порой и беспечно распахнутых) квартирных дверей. Но не только. Прямо на моих глазах трещина, толщиной не более пары миллиметров, в середине четвертой ступени первого лестничного пролета вдруг словно вспухла изнутри и под салют из каменной шрапнели с громом оружейного выстрела обернулась натуральной норой в бетоне, из которой наружу деловито высунулась усатая хитиновая морда и стала энергично выбираться на волю из каменного плена.

Позволять гигантскому таракану, системными щедротами разом вымахавшему до размеров моей ступни, спокойно выбраться на лестницу я, разумеется, не стал и, призвав в руку топор, рубанул мутанта маноемким боковым ударом из второй стойки Изумрудного берса.

Получив за эту «победу» от системных щедрот ничтожные пару единиц живы, я рванул в крайнюю квартиру первого этажа, уже представляя себе примерно что меня будет там ожидать.

Но действительность все-таки не слабо так впечатлила. Сперва я играючи прихлопнул в полумраке коридора всего парочку метнувшихся мне наперехват усатых камикадзе, о способе появления здесь которых красноречиво свидетельствовали выдранные в двух местах с корнем куски плинтуса, и открывшиеся за ними внушительные выбоины внизу стен под клочьями разодранных обоев, с россыпью перемолотого в пыль и мелкую крошку бетона и прочего строительного мусора. Однако уже в кухне, куда, как не сложно догадаться, я направился из коридора в первую очередь, меня встретила настоящая рать рыжих усачей, размером с увесистый мужской мокасин каждый.

— Твою ж мать! — невольно вырвалось у меня при виде сплошного шевелящегося ожившего кошмара кругом. — Таких теперь точно тапком не прихлопнешь.

Они были повсюду: на полу, на столе, на кухонных шкафах, на плите, на холодильнике, на стенах и даже на потолочной люстре. Все насекомые-мутанты что-то деловито скребли, раздирали и ворошили передними лапками, а из-за их бурной деятельности со стен и потолка настоящими водопадами осыпалась шпаклевка вперемешку со штукатуркой. С ящиков и бытовой техники на пол летели мелкие опилки. А с широких досок обшарпанного пола слоями сходила деревянная стружка. Лязг же беспрерывно что-то перемалывающих всеядных жвал и вовсе слился в относительно маленьком помещении кухни в непрерывный стрекот, наподобие зловещей погремушки гремучей змеи — здоровенной такой, многохвостовой.

Мое появление на пороге не заставило тараканов броситься врассыпную, как раньше. Однако и к своим текущим делам усатые паразиты все мгновенно утратили интерес, дружно скосив буркала-виноградины на неожиданном визитере. На секунду в кухне воцарилась напряженная тишина. Закончившаяся слитным рывком банды усачей на так неосмотрительно подставившуюся одинокую жертву.

Разумеется, эти только-только созданные системой нулевки не могли нанести моему серьезно прокаченному телу урона от слова совсем. Однако их довольно сильные лапки с бритвенно-острыми коготками и мощные жвала вполне способны были порвать мою одежду и обувь, и даже частично сожрать и то и другое, учитывая наличие и там и там не смытых до конца фрагментов фиолетовой крови злотов. Но отступать перед полчищем пусть и больших, но всего лишь тараканов, недавнему истребителю выводка высокоранговых жабоподобных монстров согласитесь как-то не комильфо. И для спасения одёжки я просто скастовал стойку техники Стального вепря. Не самую лучшую и манозатратную, разумеется, а простенькую третью — функционала которой за глаза хватило, чтоб оставить набежавших тараканов без толку толпиться за пеленой неодолимого нулевкам воздушного щита.

Призванный же еще на лестнице в руку топор заработал со скоростью швейной машинки, кроша рыжие спины набежавших и напрыгнувших на меня (но бесславно тут же скатившихся на пол) усачей в склизкие ошметки из брызнувших наружу кишок и кусков разрубленного хитина.

Из-за удобной скученности жадных до драки и напрочь лишенных инстинкта самосохранения насекомых, я расправился со всеми усатыми обитателями кухни всего за полминуты. Прижмурив топором в итоге, по уведомлению обожающей отчетность системы, аж сорок трех тараканов-мутантов. Впрочем, очень может быть, что в эту статистику угодила так же и пара прибитых усачей из коридора. Ну не суть… За все про все мне прилетело смешные шестьдесят пять единиц живы. И примерно столько же я потратил за каст стоек Стального вепря и Изумрудного берса — то бишь техник, использованных в скоротечной расправе над тараканами-мутантами. В общем, остался при своих. Ну и норм.

Отвоеванная мною кухня после нашествия тараканов-мутантов представляла теперь жуткое зрелище. Вырванные с корнем по всей кромке кухонного периметра плинтуса блекли на фоне прогрызенных в иных местах насквозь пусть и старых, но достаточно толстых, напольных досок. Стены оказались