Логово гадюк - К. А. Найт

Его рука опускается на нее и массирует, при этом он продолжает попивать чай из чашки. Вид того, как он это делает, почему-то до сих пор сводит меня с ума. Каждый день я смотрю, как он пьет из нее, как на чертов ритуал, как будто он меня приворожил.

Райдер ловит мой взгляд и подмигивает, а его глаза сегодня кажутся… теплее. Неужели он все больше и больше тает в нашем окружении, а я даже не замечаю? Черт, у него даже нет при себе телефона.

— Доброе утро, любимая, — бормочет он, наклоняется и целует меня так нежно, пробуя кофе на моих губах, прежде чем вернуться к потягиванию чая. — Хорошо, Ди, пора делиться информацией.

— Папаша Триады мертв, выкатился прямо в окно, упс, а вчера я убедился, что в городе не прячутся другие.

Дизель ухмыляется, открывая зажигалку и прикуривая сигарету, а затем защелкивает ей. Его ноги поднимаются и громоздятся на стол, он скрещивает ноги, продолжая курить.

— Гарретт, как ты себя чувствуешь?

Гарретт пожимает плечами и доедает свой завтрак, откинувшись назад.

— Нормально, доктор обработал раны.

Он подмигивает мне, заставляя меня хихикнуть.

— Кензо? — спрашивает Райдер.

Кензо наклоняется ко мне, продолжая поглаживать мое бедро.

— Заживает и все в порядке. Можешь благодарить Рокси за наш откат.

— Не-а.

Я качаю головой.

— Это все вы, ублюдки. Я была там, невинно дремала…

— С твоей задницей, прижимающейся к моему члену, — перебивает Кензо, но я игнорирую его.

— А вы решили устроить сосисочную вечеринку по-быстрому.

Я хватаю сосиску на своей тарелке и жестом сквозь пальцы объясняю, что заставило фыркнуть даже Райдера.

И тогда я понимаю, что это их вариант проверки ― иногда по делу, иногда по семейным делам. Так они держатся вместе, потому что слушают. Это восхитительно, но я не говорю об этом вслух, потому что четверо мужчин будут охотиться на меня и докажут, что это не так уж и восхитительно.

Бросив сосиску, я смотрю на мужчину, о котором идет речь.

— Райдер?

— Да?

Его голос звучит растерянно.

— Нет, я имею в виду, как дела? — фыркаю я.

Он моргает, и тут я понимаю, что никто никогда не спрашивал его об этом раньше.

— Эм, хорошо, у меня сегодня день открытых дверей. — Он вытирает рот и ставит свою чашку. — Что еще раз напоминает мне, что нам нужно кое-что обсудить.

Мой желудок ухает вниз, и я оглядываюсь вокруг, чтобы увидеть, как все их лица стали серьезными.

— Собираетесь попытаться убить меня? — спрашиваю я непринужденно.

Честно говоря, я бы не прогнала их, если бы они решили, что им придется это сделать.

— Не сегодня, — отвечает Дизель, поджаривая меня своей сигаретой.

— Нам нужно поговорить, милая, — серьезно повторяет Райдер, заставляя меня затаить дыхание. Что-то не так, это должно быть так… но как это связано со мной?

Я никого сегодня не избивала, так что дело явно не в этом.

~

РАЙДЕР

Усаживаю Роксану на диван и приседаю перед ней, держа ее руку в своей. Кензо и Дизель стоят по обе стороны от нее, а Гарретт стоит позади нее, защищая ее спину, как всегда.

— Любовь моя, мы тут подумали.

Я обмениваюсь взглядом с остальными, которые кивают в знак поддержки.

— Твой отец…

Она щурится от этого напоминания, и я грустно улыбаюсь и закрываю ее губы рукой, прежде чем она успевает начать кричать и снова говорить, что ненавидит нас.

— Твой отец, Рокси, должен заплатить за то, что он сделал с тобой, как в прошлом, так и недавно. Мы могли бы принять сделку, но теперь, когда мы… мы…

— Любим тебя, — уверенно вставил Кензо.

— Да, любим тебя, — киваю я. — Это значит, что мы не можем допустить такого оскорбления нашей девочки. Я знаю, что ты ненавидишь его, и он несет ответственность за отвратительные вещи в твоем прошлом ― поверь мне, любимая, я понимаю это ― вот почему я хочу знать, хочешь ли ты, чтобы мы разобрались с этим.

Я отпускаю ее губы, и она облизывает их, глядя между нами.

— Ты имеешь в виду убить его? Ты сделаешь это?

— Детка, когда же ты поймешь, что нет ничего, что мы не сделали бы для тебя? — фыркает Гарретт.

— Я не знаю, смогу ли я встретиться с ним лицом к лицу, прошли годы… — признается она, и Дизель прижимается ближе.

— Знаю, любимая, поэтому я и хочу, чтобы ты позволила нам сделать это для тебя, — успокаиваю я ее, но я знаю еще до того, как она решила, что никогда нам этого не позволит. Это ее монстр, которого она должна уничтожить, и как бы мне ни хотелось, чтобы мы могли сделать это для нее, она должна справиться с ним сама. Наша Роксана никогда не пойдет на компромисс со своими проблемами, нет, она слишком сильна для этого, и это только заставляет меня любить ее еще больше.

— Нет, нет, ты прав. Это было уже давно. Наверное, я просто… — Она покачала головой. — Честно говоря, я немного забыла о нем, но ты прав, он никогда не исчезнет из моей жизни, — грустно соглашается она и встречает мой взгляд. Ее глаза потемнели, но в них все та же сила, что и всегда.

— Да, я хочу быть там.

— Просто быть там? — спрашивает Дизель. — Потому что если ты не хочешь иметь с ним дело, ты знаешь, что это сделаю я, Птичка.

Она улыбается, но это злая улыбка, как та, которой она нас постоянно одаривала.

— Нет, он мой отец, моя ответственность. Я хочу, чтобы ты был там со мной, хотя, это было очень давно, и увидеть его снова…

— Это навеет воспоминания.

Я киваю, понимая это.

— Мы прикроем тебя, всегда, ведь ты теперь наша семья. Не его, ни разу не его. Он никогда больше не причинит тебе вреда.

Роксана кивает, протягивая руки Дизелю и Кензо. Гарретт кладет свою на ее плечо, а я обхватываю ее колени, когда Рокси делает вдох.

— Наверное, я всегда знала… знала, что он никогда не любил меня. Это должно произойти. Он всегда будет думать, что может контролировать меня, использовать меня, и теперь это распространяется и на вас. Я не могу позволить ему. Пришло время отцу заплатить за свои грехи.

Рокси поднимает глаза, и в них нет слабости. Только гребаная Гадюка мелькает в этих темных глубинах.

— Он умрет сегодня.

Да будет так.

ГЛАВА ШЕСТЬДЕСЯТ