Похитители бриллиантов - Луи Анри Буссенар

Своему Синему человеку – еще одному персонажу, страдающему от жены-мегеры и в финале разводящемуся с ней, – Буссенар дал имя Феликс Обертен (Félix Aubertin), прокричав тем самым на весь мир: «Счастлив с Альбертиной!»

Новые путешествия

После длительного, растянувшегося на полгода путешествия в Гвиану Буссенар совершил еще две короткие охотничьи экспедиции в Африку.

Повергнутый в ужас морозами и затяжными снегопадами зимы 1881/82 года, романист решает следующий холодный сезон провести в теплых краях. 19 ноября 1882 года газета «La Justice» сообщает о скором отъезде Буссенара в Алжир. А почему тот в итоге оказался в Марокко, мы можем прочитать в очерке «От Орлеана до Танжера» (1886).

Из-за иголки, впившейся Буссенару в ногу накануне отъезда, ему пришлось четыре дня пролежать в постели, и он опоздал на пароход, следующий из Пор-Вандра в Оран. Неделю до следующего рейса романист гостит у своего друга-золотоискателя Казальса в пиренейской деревушке Сен-Лоран-де-Сердан (близ испанской границы), поднимается в горы, посещает пещеру трабукеров (разбойников, наводивших ужас на местное население в 1845–1850 годах), охотится на зайцев и красных куропаток, после чего… вторично опаздывает на пароход!

Тщетно Буссенар пытается догнать корабль на поезде. Прибыв в Картахену через полчаса после отплытия неуловимого судна, отчаявшийся путешественник фрахтует парусную фелуку. Но маленькая «Санта-Каталина» не в силах противостоять шторму и вынуждена убегать от него в сторону Гибралтара. Смирившись с судьбой, Буссенар согласен высадиться в Танжере.

А там его ждали удивительная встреча с арабом Мохаммедом, знакомцем по битвам под Решоффеном и Шампиньи, и охота в его владениях, которая получилась совершенно незабываемой. В распоряжении Буссенара были ловчие соколы и свора слюги (арабских борзых). Он пересекал пески пустыни, преследуя антилоп, выслеживал зайцев в альфовых[45] зарослях и собственноручно насаживал их на вертел, повергая в ужас арабов-мусульман, не употребляющих в пищу зайчатину. В январе 1883 года ему удалось за две минуты подстрелить семь кабанов, скрывающихся в мастиковых[46] чащах… Трудно сказать, сколько на самом деле времени романист провел в Африке, но «Журнал путешествий» анонсировал очерк о поездке как «Восемь дней в Марокко».

Романа о Марокко у Буссенара нет, но образ араба Барки из «Подвигов санитарки» наверняка был подсмотрен им именно в той поездке. А недельная остановка в Пиренеях помогла автору яркими штрихами изобразить двух каталонцев – героев романа «Похитители бриллиантов».

Еще одну поездку в Африку Буссенар описывает в рассказе «Смерть слона» (1894). В 1884 году, устав от протоколов за случайное пересечение границ охотничьих владений, он собрал все необходимое для трехмесячной экспедиции и выехал из Бордо в Сенегал. В порту Дакара его окликнул капитан Мак-Дугалл, знакомец по Тринидаду, направляющийся к месту службы во Фритаун. Шотландец пригласил француза поохотиться вместе с ним в Сьерра-Леоне, и тот немедленно перенес свой багаж на английский пароход. На протяжении трех недель Мак-Дугалл и Буссенар с величайшим комфортом (в гамаках с навесами) путешествуют к верховьям реки Рокел. Обедают они из серебряной посуды, отдыхают в креслах-качалках, спят на кроватях, пьют марочные вина, а подстреленной ими дичи вдоволь хватает на двадцать пять носильщиков-круменов. Апофеозом стала охота на слона, которому Буссенар сначала перебил ногу, а затем прикончил гиганта выстрелом в лоб.

История эта может быть как подлинной, так и вымышленной. С одной стороны, путешествие к верховьям Рокела воспроизведено Буссенаром в его романе «Приключения парижанина в стране львов» (1885). С другой стороны, в документальном труде «Охота для всех» (1886) писатель, хвастаясь своими путешествиями, никаким образом не упоминает о поездке в Сьерра-Леоне, зато сообщает, что «бродил по джунглям Сенегала с дикарями из племени волофов». Среди дичи, что ему довелось отведать за свою жизнь, он упоминает и слона.

Думается, мы в равной степени можем допустить и то, что на обратном пути из Фритауна Буссенар успел поохотиться также в окрестностях Дакара, и то, что в 1884 году он побывал только в Сенегале, но при сочинении рассказа умышленно перенес события в английские владения, чтобы не подставлять французского колониального чиновника или военного, организовавшего для него это сафари.

По всей вероятности, эта экспедиция в Западную Африку стала последним плаванием Буссенара за океан. Впоследствии он выбирался только на побережье Ла-Манша (летом) и на средиземноморские курорты – в Канны, Ниццу, Ментону, Бандоль (в зимнее время).

Как путешественник с репутацией, Буссенар был вскоре принят в члены Французского географического общества (8 января 1886 года). Его поручителями стали известные исследователи Бро де Сен-Поль Лиас и Поль Солейе. Примерно тогда же (в 1885 или 1886 году) писатель вступил и в Парижское общество коммерческой географии.

Буссенар-охотник

Вдоволь поохотившись на экзотических зверей за океаном, писатель с неменьшим азартом предался своей давней страсти в родной французской глубинке. Поселившись в провинции, Буссенар вместе с тремя друзьями организовал охотничью ассоциацию и арендовал в складчину 1500 гектаров охотничьих угодий – половину в Босе и половину в Солони (болотистая местность в петле Луары, где «полным-полно красных и серых куропаток, зайцев, кроликов; бекасов – в сезон, а диких уток – в любое время года»).

В 1886 году в издательстве Жоржа Деко вышла документальная книга Луи Буссенара «Охота для всех», где писатель увлеченно рассказал об охотничьем оружии, породах и дрессуре легавых собак, разнообразных видах боровой, степной, водоплавающей, болотной дичи, премудростях ее преследования… и приготовления в пищу.

Книга содержит немало эпизодов из жизни писателя. Вместе с автором мы трепещем от волнения, когда с неба отвесно падает удачно подбитая утка или в воздухе кувыркается подстреленный заяц. Вот смертельно раненная цапля яростно отбивается от собаки, нанося ей кровавые раны, вот верный пес бросается в реку вдогонку за косым, удирающим от охотника вплавь… Буссенар упоенно описывает и норную охоту на кроликов с хорьком, и свое любимейшее развлечение – охоту на жаворонков с зеркальцем, и встречу с волком, и удивительные лисьи хитрости…

С огромной любовью писатель рассказывает нам о своих четвероногих помощниках.

Двенадцать лет делила с ним радости и неудачи его первая собака, Флора, из породы французских бракков[47]. Со стыдом вспоминает он, как, будучи еще подростком, однажды отхлестал Флору плеткой, свалив на нее вину за свою охотничью неопытность. А когда крестьянин-воришка