Доминик Каррера - Дмитрий Васильевич Колесников

Пока ехали, со скоростью неторопливо бредущей лошади, я успел насмотреться на столичную жизнь. Забавный сплав магии и технологий. Многоэтажные дома, и трамваи на конной тяге. Автомобили середины двадцатого века, и дирижабль, важно проплывший над нами. Ева была в восторге, я был полон скепсиса. Наконец мы прибыли на нужную остановку, вышли и ещё минут десять шли между высоких заборов местной промзоны. Из-за заборов слышался лязг и грохот работающих механизмов. Ева испуганно косилась на грохот, я наслаждался; все же соскучился я по таким звукам.

Наконец мы пришли к воротам, на которых висела вывеска "Ремонтные мастерские Алваро". Толкнув скрипучую калитку, мы прошли на территорию мастерских. Как только мы оказались внутри, к нам направился молодой парень, постарше Евы.

— Здравствуйте, госпожа. Я могу вам помочь?

— Наверное, — кивнула Ева, разглядывая парня. — Нам нужны кое какие детали, хотелось бы узнать, можете ли вы их сделать.

Парень кивнул и пригласил нас в контору; деревянное двухэтажное строение. На первом этаже размещались хозяйственные помещения, может быть раздевалки и склады, судя по снующим туда-сюда работникам, в основном мужчины, кстати. На втором этаже сидело начальство. Сначала нас попытались отослать в комнату, которая являлась выставкой и витриной выпускаемой продукции, но проведя там пять минут, я отрицательно помотал головой. Тогда нас и направили к невзрачной тётке в круглых очках, что сидела за большим столом в соседней комнате. Кроме тетки, тут были ещё два пожилых мужичка, которые стояли за кульманами, и что-то там чертили.

— Госпожа Мария, — представил нас провожатый. — Госпожа Мария Фернандес у нас конструктор и инженер. Надеюсь, она сможет вам помочь.

Судя по внешнему виду, Фернандес помогать нам не хотела. Но я проигнорировал ее недовольное лицо, и разложил перед ней набросок, который родился после раздумья. Ничего нового, все та же ременная передача, на разновеликих шкивах. До цепной передачи им ещё расти и расти, слишком плохая точность обработки. Госпожа Фернандес быстро просмотрела набросок, и задала несколько вполне профессиональных вопросов: как будет крепиться ведущий шкив, какие необходимы зазоры, качество материала, и всё прочее. Я показал ей инструкцию, и рассказал, что хочу поменять в нарисованной конструкции.

— Молодой человек, — заскрипела просто Мария, — вы не учитываете вибрацию и биение ремня, он будет постоянно соскальзывать со шкивов. А они у вас тут без бортов нарисованы.

— Именно поэтому я хочу, чтобы вы сделали ремень зубчатым, госпожа Фернандес, — почтительно согласился я с тёткой. — Также я хочу, чтобы вы сделали вот такие ролики, они будут выполнять роль успокоителей и натажителей. Для них я хотел бы заказать у вас несколько пружин разной жёсткости и длины, но это будет видно уже после установки ременной передачи.

Мария ещё подумала над моими набросками, и вновь покачала головой.

— У вас в этой конструкции необходима хорошо выставленная соосность шкивов. Чуть перекос — и ремень слетит или порвётся.

Я скривился. Это было слабым местом в моём плане. Действительно, если делать зубчатые шкивы под зубчатый ремень, то соосность должна быть идеальная.

— Ладно, — нехотя согласился я. — Пусть шкивы будут гладкими. Но ремень вы сможете сделать зубчатым?

— Конечно, — кивнула мадам конструктор. — Давайте посчитаем, какой длины и ширины он должен быть…

И пошло-поехало. Тетка была грамотная, а у меня были кое какие познания, так что мы в течении часа с удовольствием подискутировали о предстоящей конструкции. Фернандес хотела сделать ремень попрочнее, а следовательно подороже, я возражал, так как был стеснен в финансах. А ведь были ещё и ролики-натяжители, к которым мы перешли чуть позже. В общем, мы так увлеклись, что опомнились лишь услышав всхрап Евы, задремавшей в удобном кресле. От собственного храпа она проснулась, с удивлением смотря на нас. Это меня отрезвило, и мы быстро закончили обсуждение. Перешли к оплате.

— Пятьдесят серебром?! — неприятно удивилась Ева, когда мы ехали назад.

— И это только предварительно, — кивнул я.

— А чего так дорого?

— Дорого? Ты на этом ремне не сто метров должна будешь проехать, а как минимум километров тысячу. А лучше, — тысяч пятьдесят. Так что он должен быть прочным. Но чтобы такой ремень сделать, нужны другие материалы, в разы дороже тех, что есть у этой мастерской. Ладно, посмотрим, что получится.

— А точно получится?

— А хрен его знает, — честно признался я. — Пока не попробуем, — не узнаем.

— Так это что, мы отдали все деньги на то, чтобы просто попробовать? Мелкий, я тебя пробью сейчас!

— А ты что хотела? — обозлился я. — За полмедяшки мопед получить?

— Да я бы эти деньги с умом потратила! А так, выкинули пятьдесят монет на твои эксперименты! Приедем домой, ты у меня получишь!

— Знаешь что?

— Что?!

— Отвали! Я тут для нее стараюсь, мозги ломаю, а она мне ещё угрожать вздумала! Если ты на этот полтинник повелась, то считай, что я его у тебя в долг взял, ясно? Я его тебе отдам, не сразу, конечно, но ты ко мне больше не подходи, поняла?

— Ах ты…

Ева онемела от моей наглости, и смотрела на меня так, что я начал опасаться, что она начнет драку прямо тут, в вагоне конки. К счастью, она оглянулась вокруг, и заметив заинтересованные взгляды попутчиков, замолчала, лишь злобно зыркая на меня. Злись, злись, подумал я, тебе полезно. Так-то Ева была девчонкой незлобливой, но иногда на нее накатывало, и она могла устроить скандал на ровном месте. Я ее потихоньку приучал к тому, что со мной лучше не спорить, но получалось плохо, вот как сейчас. Правда я заметил, что если она злится молча, то это надолго, а если взрывается, то и отходит быстро. Даже извиниться может, что для этого мира нехарактерно. Не извинения вообще, а извинения перед нижестоящим по социальной лестнице. Ну а я определенно был ниже ее: и младше, и мужчина.

Ева дулась на меня всю дорогу, но когда мы пришли домой, и прошли мимо разобранного велосипеда, немного оттаяла. По крайней мере эмофон успокоился, осталась лишь обида и досада. Наверное денег жалко, решил я. Догнав ее у входной двери, я положил ладонь на ее руку.

— Не бойся, Ева, — как мог убедительно сказал я ей. — Все у нас получится, не может не получится! Поверь, пройдет месяц, и ты прокатишься на этом пепелаце, обещаю.

— "Обещаю, обещаю…" — передразнила Ева ворчливым тоном. — А если не выйдет, то что?

— Я тебе деньги верну.

— Да нужны мне твои деньги! У нас через месяц-полтора смотр