Белеет "Парус" одинокий - Илона Волынская

- Що там таке?

- Ничего! – сквозь стиснутое воротом горло прохрипел охранник.

- А ты откуда знаешь? – подозрительно процедила Янка и сквозь край винтовой лестницы всмотрелась в холл. Но слабый отсвет прожекторов на ограде не мог рассеять царящей внизу тьмы. Янка прислушалась, но услышала лишь захлебывающееся дыхание болтающегося на весу человека.

- Все ясно? – так ничего и не разглядев, Янка снова обратила свое внимание на охранника.

- Ясно, - выдавил тот.

- От и добре, - Янка поставила его на ступени и заботливым движением расправила скомканный ворот камуфляжной куртки.

- Ружье можно оставить? – опасливо косясь на мелькающие у его горла женские пальчики, угрюмо поинтересовался сторож, - Я без него… как голый. Обещаю без приказа не стрелять, – торопливо добавил он.

- Приказа не будет, - жестко отрезал Рико, - Как-нибудь без вашей стрельбы обойдемся.

Он поглядел, как нервно охранник прижимает ружье к груди, потом перевел взгляд на Лину, точно также обеими руками стиснувшую сумочку и усмехнулся:

- Каждому – свое. Если вы так в нем нуждаетесь, оставьте. Прошу вас, сударь, – Рико подтолкнул Серегу в спину. Тот помедлил мгновение, словно ждал чего-то. – Святой Доминик, да сдвинемся мы когда-нибудь! – нетерпеливо проворчал Рико. И тогда Серега покорно зашагал дальше.

Сзади послышался дробный топот. Перескакивая по две ступеньки за раз, из-за поворота винтовой лестницы выбежал Славик. В его широко распахнутых глазах стоял ужас. Ничего не видя перед собой, он слепо налетел на Янку, вскрикнул, метнулся в сторону…

- Ой, Славик, ты все-таки решил идти с нами! – вскричала Лина, выглядывая из-за плеча Романа. Краем глаза Роман подметил, что на лице ее сперва промелькнуло разочарование, сразу же сменившееся облегчением. М-да, неоднозначно Лина к супругу относится.

- Какая радость, просто нема слов! – сквозь зубы процедила Янка, удерживая рвущегося бежать Славика.

Заказчик еще пару раз дернулся, потом взгляд его стал осмысленным. Он оглядел стоящих перед ним людей, увидел жену у Романа за спиной. Растопыренными пухлыми пальцами ткнул Романа в грудь, отпихивая его от Лины.

- Я тебе что насчет яиц обещал! – срывающимся петушиным фальцетом голосом выкрикнул он, - Еще раз полезешь к моей бабе – таки оторву! А ты… - он грозно поглядел на Лину, - На одну минуту муж, ну, задержался, там внизу… Так сразу парней клеить? Шлюха и есть! Все время присматривать надо! Шевелись давай, чего встала! – и ухватив Лину за руку, он поволок ее по ступенькам вслед безучастно вышагивающему Сереге.

Оскальзываясь на осыпавшихся краях ступеней, но упорно стараясь держаться рядом с Линой и Славиком, двинулся охранник со своим неизменным ружьем.

Очутившиеся позади Янка и Роман переглянулись.

- Ну никакого порядка! – безнадежно вздохнула Янка, - Ромасыку, може, бабу оставим – вона тут едына нормальна, – а цих двох психов я сама пришью? – Янка покачала дулом огнемета, и было в этом движении нечто искусительное, - Чую, намаемся мы з ними.

Невероятным усилием воли поборов желание согласиться – хоть от паршивца Славика избавится, а то взял моду пихаться и поминать всуе самое, можно сказать, дорогое, что есть у мужчины! – Роман отрицательно покачал головой. Янка вздохнула, закинула огнемет на плечо, и они оба зашагали по лестнице вслед поддерживающему проводника Рико и троице своих почти случайных попутчиков.

Сверху, из темных, продуваемых ветром глубин недостроенной гостиницы снова раздался вопль.

Пронзительный и страшный. Он оглушал. Лишал чувств и соображения, выдавливал ледяной пот ужаса.

В ответ послышались испуганные крики Лины, ругань охранника – дуэтом со Славиком. И неожиданно веселый Янкин смех.

- Гей, человек з боевым опытом, - громко окликнула она охранника, - Що ты там про единственного в мире кролика рассказывал? Рико, соображаешь, що оно таке орет? Ну, господа заказчики, з другой проблемой цього отелю, мы, считай, разобрались, лише пийматы осталось! Давай, хлопче, веди, де там оно заховалося, - поторопила она Серегу и вдруг посерьезнела, всю веселость ее как языком слизало, - Стоп. А чому це оно заорало, як раз колы мы наверх пишлы? – выражение Янкиного лица стало обиженным, - Ни, ну знов якись неприятности будут – я так точно опоздаю!

- Скажи пожалуйста, а когда наша работа доставляла удовольствие? – с меланхоличной убежденностью ослика Иа ответил Рико, - Разве что Эдварду твоему, так он известный извращенец.

- Колы ж це скинчится! Мало, что его в голливудские консультанты перевели, еще и поиздеваться треба! Один раз в житти сотрудник ошибку совершил… - взвилась Янка.

- Ах, так он по ошибке! – ехидно протянул Рико, - Странно. Мне всегда казалось у драконов внешность достаточно своеобразная – ни с кем не спутаешь!

Огнемет в руках у Янки зловеще дрогнул.

- Господа начальство, а может, поясните… - торопливо вклинился в ссору Роман.

Зловещий раструб огнемет метнулся в его сторону.

- Що тоби пояснить? Вот що я тоби повинна пояснюваты, га? Яке твое дило, що саме… - Янкин палец прижимался к гашетке огнемета все теснее, словно бы сейчас у них должна была состояться прям таки пламенная любовь.

Роман сглотнул, уже чувствуя, что ему становится горячо:

- Я только хотел спросить, что именно там орет? – пробормотал он.

Последовало долгое молчание. Наконец Янка шумно выдохнула и закинула огнемет на плечо.

- Реестр з кодификатором выучи як следует – сам здогадаешься, неуч! – буркнула она, и решительно двинулась вверх по лестнице.

Роман жадно втянул воздух сквозь перехваченное горло. Дернулся, схватился за свою окованную металлом палку, ощутив легкое прикосновения к плечу.

- А вы всегда такие нервные? – жалко улыбаясь, Лина отдернула руку.

- Да не сказал бы, - промямлил Роман, лишь сейчас сообразив, что и правда, как-то излишне много эмоций. Никогда раньше Рико с Янкой так не ругались. Ну силен Эдвард, еще не приехал, а уже такая буря страстей! А что будет утром, когда он появится? И наступит ли утро для тех, кто сейчас поднимается по осыпающейся винтовой лестницы, ежась от свистящего в пустые проемы ветра с реки? Старательно, прям по учебнику, контролируя своих подопечных, Роман повел их наверх.

Снизу, из-под ступеней, донеслось длинное шарканье, сильно пахнуло смесью застарелой грязи и мертвечины и послышалось тихое, разочарованное шипение.

***

- Лампочка! – не веря своим глазам, прошептала Лина, умиленно всматриваясь в тусклый огонек, слабо мерцающий в раздвинутых створках новехонького коричневого пластика. – Смотрите, лампочка! Самая настоящая! Здесь! – она потрясенно оглянулась на темный коридор, по которому с неумолчным посвистом носился ледяной ветер с реки. Серые бетонные стены источали влажный холод, заставляя женщину зябко кутаться в шубу и украдкой пошмыгивать покрасневшим носом.

С почти молитвенным